Глава двадцать вторая. Мне нужно быть осторожной

Снова здравствуй читатель. Я всё ещё не могу отойти от того, что сделала. Ключ от наручников всё ещё лежит на столе, перед моим лицом. Птичий грипп меня побери, если бы месяц назад, мне сказали, что я вырублю транквилизатором самого Антиплаща, прикую его наручниками к столу и вдобавок свистну ключ от них... Я бы не поверила ни единому слову! И послала бы тех, кто мне бы это сказал в ближайшую психушку, лечить свою явно нездоровую голову! Но это произошло на самом деле... И доказательство этому, этот маленький ключ и утреннее объявление Антиплаща... Он сказал, что Похититель бросил ему вызов. Я бросила вызов самому Антиплащу! Мне надо успокоиться. Сегодня у нас незапланированный выходной, так как лорд пытается найти хоть какие-то следы в пустой лаборатории, так что... Я пойду, займусь стиркой. Да, это правильное решение. Я снова здесь читатель. Только что из прачечной. И да, как я и ожидала, стирка помогла мне успокоиться. Должна сказать, прачечная у нас находится под общежитием и над лабораторией. Спуститься в неё можно либо на лифте, либо по лестнице. Да, у нас есть и лестница. Но в лабораторию по ней не спустишься, так как она кончается именно в прачечной. Прачечная у нас выглядит довольно... Тоскливо. Серые, обшарпанные стены, мигающие лампы болтающиеся под потолком и куча огромных стиральных машин. И огромные они не только для меня. Я сидела на полу, скрестив ноги и смотрела, как моя одежда крутится в барабане, попутно пытаясь привести мысли в порядок. Кроме меня, в прачечной было ещё несколько сотрудников, решивших посвятить этот день стирке. Одни погрузили своё бельё в машину и ушли, а пара пацифисток, как и я, предпочли остаться. И эта пара начала обсуждать новую выходку Похитителя. —Ты слышала, что Похититель вытворил этой ночью?—спросила собака примерно чуть постарше меня у канарейки примерно того же возраста. —Разумеется я слышала.—ответила та—Я же работаю здесь так же, как и ты. Но подробностей я не знаю. —А я знаю.—усмехнулась собака—У меня среди охранников есть один знакомый. Так вот, он поведал мне, что когда он и несколько других охранников спустились в лабораторию, чтобы дать подопытным еды, они обнаружили Антиплаща без сознания, прикованным наручниками к ножке одного из лабораторных столов. —Да ты что?!—поразилась канарейка. —Всё так, уверяю тебя.—закивала собака—И все оставшиеся камеры были пусты. Ни одного подопытного не осталось, представляешь? А ещё у Антиплаща не оказалось при себе ключа от наручников. Одному из охранников пришлось срочно бежать наверх, за болторезом. —Представляю, как Антиплащ был зол, когда очнулся.—усмехнулась канарейка. —Зол это ещё мягко сказано.—рассмеялась собака—Он рвал и метал. И покрывал Похитителя такой бранью, что ууух. По словам моего знакомого "Кусок дерьма с глистами" было самым безобидным из всех прозвищ, которыми лорд его наградил. На этом месте я чуть не прыснула со смеху. И чего уж скрывать, я была горда собой. Я вывела Антиплаща из себя. Такое достижение мне бы даже в самом приятном сне не привиделось. —А его сегодняшнее объявление ты слышала?—канарейка перешла на заговорщицкий шёпот—Антиплащ сказал "Считай, что ты бросил мне вызов". —Слышала конечно же.—усмехнулась собака—Трудно не услышать такие вопли. —Похитителю стоит быть осторожнее.—сказала канарейка, боязливо оглядываясь—Если Антиплащ и пощадит его, то Клювер точно сожрёт заживо и не подавится. —И бросит кости Гризликову.—мрачно добавила собака. Я сглотнула со страху. Они правы, если я попадусь, от меня ничего не останется. Клювер об этом позаботится... Но, я думаю, что достаточно осторожна. Я не оставляю ни отпечатков пальцев, ни каких-либо других следов. И Антиплащ даже не знает, какого я роста, ведь я использую свиснутый у него же прибор. Кстати о нём... Помнишь, я писала, что часы невидимости внезапно нагрелись и немного обожгли меня? А как оруженосец Антиплаща Зигзаг в разговоре с сотрудницами упомянул, что прибор не испытывали и он может иметь какие-то неисправности? Я помню. И честно, меня напрягают эти факты. Вот будет смешно, если они взорвутся прямо у меня на руке, хаха... Извини, читатель, что так коротко, просто мне больше нечего писать. Но это ненадолго. До скорого.