Ты умна, а я идиот

      Евровидение отгремело. Прошло относительно немного времени. Томми было совсем не до концертов, которые раньше проходили чаще. Теперь у него много работы во Франции, в модельном бизнесе. Песни выходили, но свободного времени хватало от возможности. Девушка, различные креативные идеи, новая волна популярности. Конкурс эстрадной песни в Европе принёс больше слушателей и различных поводов для упоминания музыканта в СМИ. ***       Знакомство Томаса и такого творческого коллектива как «TER» (аббревиатура коллектива) началась не так уж и давно. Эти удивительные ребята шутили о том, что скоро отправятся на тот же конкурс, где побывал когда-то в недавнем времени Кэш. Они любили творческие эксперименты, довольно эпотажные образы, дизайнерские решения. Всё это — заслуга их вокалистки по имени Эми. Эми Николь Смит. Рыжеволосое чудо, одногодка Томми и просто красавица. Их песни стали относительно популярными благодаря социальным сетям и хоть не с глобальной популярностью, однако среди множества людей они до сих пор имеют ценность. ***       Почти не успело прийти письмо на почту менеджера Томаса от другого подобного лица, как эстонский артист уже прибывал в Лондоне, хотя это и не родина его новых коллег. N-ый город на севере Англии, спокойный и иногда шумный, что не нравится мисс Смит. Не все люди в шоу-бизнесе обожают грохот среди их структуры, несмотря на любовь к своей профессии. ***       Томми приезжает на место встречи и выходит из машины, приводя в порядок свой наряд. Он смотрит на здание, где находится студия его новых коллег, и в нём нарастает легкое волнение и любопытство. Четверо парней стояли у обочины. Все они рыжеволосые, веснушчатые, с большими голубыми глазами. Первый был толстым, среднего роста, с волнистыми волосами до плеч, одет как американский деревенщина из Канзаса, у него был большой круглый нос. Второй был очень худым, одет как ботаник из американского сериала для подростков, но не менее стильным, у него прямые волосы до груди, курносый нос, огромные глаза, и он немного выше толстяка. У третьего была стрижка Дэймона Албарна из 90-ых, маленький круглый нос, он был самым низкорослым и худым, но одет в рубашку-поло и джинсовые шорты. Четвёртый был кудрявым, с волосами до плеч, длинным тонким носом, очень худым и высоким. У него больше гранж стиль.       Парни из группы оказались в процессе дружелюбными, обычными английскими ребятами, которые вели себя позитивно по отношению к балтийскому гостю. Но рыжей девицы не видно уже минут пять, десять. Где же звездочка Эми? Как выяснилось, она всегда опаздывает. Причины этому нет. Точнее, она глубоко в голове артистки. Наверное, она следовала философии Мэрилин Монро… «Опоздать — значит убедиться, что тебя ждут. Именно тебя и никого другого. Знать, что ты незаменима».        Ну и ладно, наконец-то она пришла. Чёрное платье с длинными рукавами и вырезом, обычные чёрные туфли. Наверное, лабутены? Скорее всего. Рыжие волосы крашенные, не натуральные. Видно издалека. Сейчас они завиты в кудряшки. На лице Эми явно имеется макияж, при чём, относительно яркий. Ногти отдыхают от длинных ногтей. Светлая шубка с полосами, качественная. Её лицо сегодня отражает тоску и печаль, неизвестно почему. По крайней мере для Томми. Он вежливо поздоровался на английском языке с прибалтийским акцентом и элементами русского.       Кэш пожал Эми руку, почувствовав, как её тонкие пальцы крепко сжали его. Их взгляды встретились, и он почувствовал любопытство и волнение. Он не мог не быть очарован её английским акцентом. — Привет, Эми. Приятно наконец-то познакомиться с голосом, стоящим за музыкой! — С тобой тоже, дорогой. — англичанка улыбнулась.       Томми улыбнулся в ответ, чувствуя, как от неё исходит тепло. Он не мог удержаться и стал изучать её лицо, отмечая резкие черты и яркие глаза. — Так, значит, это о вас все говорили, да? Вокалистка «TER». У вас там неплохая репутация. — эстонец усмехнулся, впечатленный её уверенностью, его взгляд задержался на ней ещё на мгновение, прежде чем он заговорил снова. — Вы, должно быть, чертовски хорошая певица, раз держите этих парней в узде. Хотя, должен признать, они тоже кое-что из себя представляют.       Томас был удивлён её миниатюрностью, заинтригован контрастом между ее мощным голосом и утонченной внешностью. Как только они вошли в студийный кабинет, Томми поймал себя на том, что наблюдает за каждым движением Эми. В реальной жизни она казалась более хрупкой и миниатюрной, что почти противоречило той живости, которую она излучала на сцене и в своей музыке. Это ещё больше разожгло его любопытство, когда он стал гадать, что скрывается за её уверенным видом, какие секреты она скрывает за этой лучезарной улыбкой. И он оказался прав.       Затем, во время разговора она выглядела довольно подавленной, естественно ещё и грустной. Смит спросила у парней можно ли ей отойти и отстранилась в уборную. Кэш и не понял как пролетело время между его вопросом с беспокойством и как она пропала из его виду. Проходило уже минут пятнадцать, может больше, и вдруг Льюис, басист из «TER» решил поинтересоваться, выкинув интересную фразу о нынешнем состоянии ментального здоровья своей подруги. Это насторожило Кэша. Неужели эта вечная задорная и весёлая девушка, которая придумывала безумные идеи для клипов — сейчас так подавлена? А что случилось? Томми решил разобраться и отправился в туалет. Эми поправляла волосы, размазанный на лице макияж и украшения. — Что-то не так? — поинтересовался рэпер, заходя в комнату. — Нет, нет, всё отлично. По крайней мере, я так думаю… — что-то в глазах Эми Николь было такое ужасное, и заставляющее душу замереть.       Томми не сводил глаз с её лица, на его чертах было написано беспокойство. Он не мог не почувствовать острую беспомощность, наблюдая, как она пытается взять себя в руки, а на щеке у нее осталось маленькое пятнышко туши. Он молча наблюдал, как Эми пытается унять дрожь в руках, как её дрожащие пальцы касаются щек. У него защемило сердце при виде её борьбы, и он пожалел, что не может помочь облегчить бремя, которое давило на неё. Смит испугалась, когда криво провела тушью по глазам и психанула. Баночка с тушью отскочила и упала на пол. Девушка прижалась к новому коллеге громко крича и ревя, но только в его грудь. Ведь ей не хотелось чтобы другие слышали это. Даже люди, которых она считала своими лучшими друзьями, сейчас были в отторжении. Томми не хотел принуждать её, но он знал, что важно подтолкнуть её к тому, чтобы она поделилась своими чувствами с коллегами по группе и самим Кэшем. Он хотел, чтобы она опиралась на систему поддержки, которая заботилась о ней, впустила их и разделила её проблему.       Когда Томми и Эми вышли из ванной, парни сразу заметили перемену в поведении Эми. Её глаза были немного припухшими от слёз, а отсутствие макияжа придавало ей ещё более уязвимый вид. Ребята обменялись обеспокоенными взглядами, молча гадая, что же произошло. Их взгляды метались между Эми и Томми, они заметили, что он держался рядом с ней, защищая её. Басист Льюис заговорил первым, его голос был полон беспокойства. Он видел следы слёз на её лице и то, как она прижималась к Томми, молча ища утешения. — Как ты себя чувствуешь?.. — спросил он.       Эми отбежала от Томми и прижалась к гитаристу Дэну. Тот же обнял свою лучшую подругу с подросткового возраста и она успокоилась. Он показал всем остальным шиканье. ***       Спустя время, вечером Эми около студии поджидал муж. Седовласый мужчина средних лет, с кудряшками по всей голове, лёгкой щетиной и с огромным букетом красных английских роз. Ирония? Это заставило Томми задуматься. Единственное, факт, как зовут этого невообразимого мужчину — некто под именем «мистер Ф». ***       Томми встречался с Полиной Грибановой. Это не очень известная русская модель, живущая во Франции. Тем не менее, она играла свою роль в жизни Томаса. И вот она... Эми… Николь... Смит! Он обнаружил, что разрывается между двумя женщинами, которых привлекали их совершенно разные характеры. Он не мог не задаться вопросом, не изменяет ли он себе, думая об Эми, будучи преданным Полине. Его грызло чувство вины, но он не мог отрицать очарования пламенного духа рыжей англичанки. Он понимал, что это случается, бывает со всеми, спонтанная тяга к прекрасному, когда тебе надоедает и тебе хочется новизны. Как же это трудно! Кэш умудрялся поддерживать все общественные приличия, присоединяясь к общему подшучиванию и стараясь вести себя как обычно. Но в глубине души его мысли метались, разрываясь между преданностью Полине и необъяснимым влечением, которое он испытывал к Эми. ***       Прошло две недели. Томми прибыл в паб, где его встретили знакомые товарищи по группе. Они сидели в уютном углу в глубине зала, оживленно разговаривая и смеясь. Он глубоко вздохнул и подошел к столику, его сердце бешено колотилось от предвкушения. Эми уютно устроилась на стуле во вчерашней шубке, свернувшись калачиком и словно мурлыча. На ней белое платье-комбинация и белые туфли на маленьких кошачьих каблуках. Ребята из группы естественно были все рядом. Томми сел вокруг них — прям напротив Смит. Томми оглядел окрестности, оценив теплую и располагающую атмосферу самого паба. В воздухе витал знакомый запах пива, смешанный с ароматом еды, а звуки оживлённой болтовни и смеха наполняли помещение. Направляясь к тому углу, он уже испытывал знакомое чувство комфорта и сопричастности. — Здравствуй! — по лицу Эми бежали искорки от света паба, не говоря о её лучезарной улыбке. — Привет. — ответ Томми был небрежным, и даже в какой-то мере холодным, но он не смог скрыть нервозности в своём голосе. Он старался сохранять хладнокровие, не обращая внимания на то, как бешено колотилось его сердце при одном её появлении.       С течением небольшого времени прибывания в пабе, Томми не мог не заметить вишневую сигарету в её тонкой, изящной руке. Он попытался как бы невзначай отвести взгляд, но его взгляд был прикован к едва уловимым движениям Эми. То, как она курила, то, как её пальцы держали сигарету, странным образом завораживало.       Всем ребятам пронесли по пиву, которое потом они всё равно продлят, а Томми — вино. Он не особо любил пить алкоголь, однако сегодня был праздник. Праздник его сердца, его души и его намерений. Эми же осталась без напитков. Только со стаканом воды. Томас не мог не заметить, что для неё не было выпивки, и ему в голову пришла мысль. — Ты не пьёшь? — Томми повернулся к Эми, его любопытство на мгновение затмило внутренний конфликт. — Нет, я не пью… — Эми легонько отвела глаза на стол. — О, всё в порядке. Тебе не обязательно пить… — ответ Томми был беспечным, скрывающим его любопытство по поводу причины, по которой она не пьёт.       Эстонец старался не лезть не в своё дело, но вопрос не выходил у него из головы. Ему было интересно, есть ли какая-то особая причина, по которой она избегает употребления алкоголя, но он не хотел переходить границы дозволенного. Вместо этого он вежливо кивнул и сделал глоток вина. Потягивая алкогольный напиток, он снова перевел взгляд на Эми. Парень молча наблюдал за игривым подшучиванием и смехом вокруг них. Он не мог не заметить жест Эми с сигаретой, её тонкие пальцы, элегантно сжимающие окурок. Это было простое действие, но оно вызвало у Томми бурю смешанных эмоций. Он попытался отогнать это чувство, сделав ещё глоток вина, но образ женских пальцев не выходил у него из головы. Кэш незаметно наблюдал, как она поднесла сигарету к губам и сделала томную затяжку. То, как её губы обхватили сигарету, только усиливало её очарование, и он не мог не задаться вопросом, каково было бы попробовать её губы на вкус, ощутить её нежную кожу под своими пальцами. Или даже собственные губы.       Томми заметил пристальный взгляд Эми и понял, что она поймала его на себе. Он быстро отвел взгляд, и его охватило чувство вины и дискомфорта. Кэш не мог избавиться от ощущения, что его застали врасплох и что его мысли были слишком очевидны.       Ребята покинули кафе вечером. Ни ранним, ни поздним. Музыканты, спотыкаясь, вышли из кафе, громко смеясь и беззаботно подшучивая друг над другом. Они явно ощущали воздействие алкоголя, который ослабил их сдержанность. Томми, тоже захмелевший от красного вина, был среди них, его обычное самообладание сменилось более беззаботным и оживленным поведением. Несмотря на свое пьяное состояние, они умудрялись поддерживать беседу, их слова были невнятными, а хихиканье наполняло ночной воздух. Во время прогулки Томми заметил Эми, которая шла недалеко от всех, казалось, погружённая в свои мысли. Ночной воздух контрастировал с их оживленным поведением, создавая разительную разницу в атмосфере вокруг них. Молодые люди продолжали свою шумную болтовню, их голоса эхом разносились по пустым улицам, в то время как Эми молча оставалась погружённой в свои мысли, сохраняя дистанцию.       Эми на мгновение отвлеклась, из-за чего споткнулась о неровный булыжник. Её каблук зацепился за неровную поверхность, и она неуклюже пошатнулась. Томми, шедший на несколько шагов впереди, обернулся на звук её внезапного падения. Его глаза расширились от беспокойства, когда он увидел, как она изо всех сил пытается восстановить равновесие, её тело шатается. Не раздумывая ни секунды, он бросился к Эми, его обычно уверенная походка выдавала намек на опьянение. Он потянулся, инстинктивно положив ладонь ей на плечо, чтобы поддержать и не дать упасть ещё больше, но Смит всё равно обрушилась на холодный асфальт. Девушка быстро встала, но уронила презервативы и все свои вещи из сумочки. Когда она быстро встала на ноги, её грациозность внезапно сменилась неуклюжей попыткой собрать свои вещи, которые рассыпались по земле. Среди предметов, разбросанных у её ног, внимание Томми невольно привлекла коробка презервативов, которая оказалась среди её вещей. На мгновение его взгляд задержался на этом предмете. Он почувствовал удивление и, если быть честным с самим собой, намёк на интригу: зачем ей понадобились презервативы? Это неожиданное открытие только усилило его растущее любопытство. Он молча опустился на колени, чтобы помочь ей собрать разбросанные вещички, а в голове у него роились вопросы и невысказанные соображения. — Спасибо.       Кэш молча кивнул, всё ещё находясь под впечатлением от произошедшего. Он не ожидал такого поворота событий, и его разум не пришел в себя от неожиданного открытия. Пока он смотрел, как Эми пытается взять себя в руки и уйти, в нём бурлили противоречивые чувства. Он знал, что должен что-то сказать, найти слова, чтобы нарушить неловкое молчание, повисшее между ними, но в голове у него было пусто. В кои-то веки остроумные и очаровательные слова, на которые он обычно был способен, казалось, покинули его, сменившись путаницей мыслей, которые он не мог до конца распутать.       Скоро Эми Николь растворилась в одном из чёрных кэбов, которых полно в этом шумном городе. А тот уже, в свою очередь, среди других таких же маленьких тёмных машинок. Думы Томми продолжались: а как же так? Как только несколько минут назад Эми забралась в такси и закрыла дверцу, помахав на прощание с мягкой улыбкой на лице, парни помахали в ответ, их прежняя веселость постепенно возвращалась. Они смотрели, как такси отъезжает, исчезая в темноте. ***       Прошла неделя. В дополнение к работе над общим проектом, Эми работала над дизайном обложки и стилистикой. По крайней мере, всеми возможными вариантами, а также предложениями. И однажды, в этот прекрасный субботний день Эми позвонили с неизвестного номера. Это был личный телефон Томми, который она не точно узнала. Ведь знала она только рабочий номер Кэша и несколько номеров его рабочей команды. — Алло?       Сердце Томми бешено заколотилось, когда он услышал звук её голоса на другом конце провода. Он несколько дней собирался с духом, чтобы связаться с ней, размышляя, уместно ли использовать свой личный номер телефона. Но сейчас, услышав её голос, он почувствовал трепет и облегчение, стресс и тревогу одновременно. Впервые, наверное, с подросткового возраста. — Привет... — он прочистил горло, стараясь, чтобы его голос звучал ровно. — Это я, Томми. — Ой, привет! Как ты? — голос девушки звучал ровно и одновременно скромно.       Простое приветствие вызвало у него волну возбуждения и нервозности. Он всю неделю готовился к этому моменту, и теперь, когда она разговаривала с ним по телефону, он не находил слов. Сделав глубокий вдох, он подавил свою нервозность и постарался говорить непринужденно. — Надеюсь, я не побеспокоил тебя. Я просто... Хотел немного поговорить с тобой. — Да?       Кэш почувствовал лёгкое колебание в её ответе и мысленно выругал себя за нервозность. Он хотел казаться уверенным, произвести на неё впечатление своими словами и присутствием, но в этот момент чувствовал себя неуклюжим дураком. — Прошло много времени с тех пор, как мы разговаривали. Я подумал... Может быть, мы могли бы встретиться?       Эми прикусила губу с другого конца телефонного разговора, издав характерный звук. — Да, хорошо. Ладно, может быть…       Его сердце пропустило удар от ответа Эми, и он почувствовал, как в груди бурлит смесь надежды и тревоги. Он не хотел показаться слишком настойчивым, но в то же время не мог игнорировать непреодолимое желание увидеть её, услышать её голос лично, а не по телефону. — Если ты не занята, мы могли бы встретиться где-нибудь... Если хочешь. — Хочу! А когда и где? — Смит энергично отвечает. — Как насчет того, чтобы встретиться в том кафе, в которое мы ходили две недели назад с парнями утром? Около полудня? — Томми был рад, что она не сразу отвергла его предложение, и быстро стал подыскивать подходящее место, хотел найти тот простор, где они могли бы поговорить наедине, но при этом чувствовать себя уютно и расслабленно. — Отлично. Тогда увидимся там в полдень. — размышления сошли на нет, сердце подпрыгнуло от её согласия, и он не мог не почувствовать прилив возбуждения.       Эстонец рискнул, предложив это место, и её согласие придало ему неожиданную уверенность. — Пока, пока! — Эми хихикнула в конце. — Пока. Тогда увидимся. — Томми поймал себя на том, что ему почти не хочется заканчивать разговор, его разум уже кипел от предвкушения их предстоящей встречи, ведь удалось заставить себя заговорить, и в его голосе послышались нотки нетерпения. ***       На следующий день Эми вышла из дома в полдень и быстро направилась в ту самую кофейню. На ней было летнее тонкое платье на воздушных бретельках в цветочек и её любимая сумочка от «Louis Vuitton».       Томми пришёл в кофейню за несколько минут до полудня, и сердце его бешено колотилось в груди, пока он ждал прихода Эми. Он выбрал уединенный столик в глубине зала, подальше от любопытных взглядов других посетителей. Он нервно ерзал, поправляя одежду и каждые несколько мгновений поглядывая на часы.       Когда часы пробили двенадцать, он заметил Смит в окне. У него перехватило дыхание, когда он увидел её в облегающем платье. Она была прекрасна.       Взгляд Томми был прикован к своей красавице, когда она приближалась к столику, за которым он сидел. Он не мог не восхищаться каждым её движением: она двигалась с грациозной легкостью, каждый жест излучал утончённую женственность, которая была одновременно пленительной и интригующей. Выбранные ею босоножки, казалось, подчеркивали стройные изгибы ног, а рыжие волосы ниспадали на плечи водопадом огненных локонов.       Сердце Томми подпрыгнуло при звуке её голоса, приветствия, и какое-то мгновение он был не в состоянии произнести ни слова. Когда он увидел её вблизи, она стала ещё более сияющей, а в голове у него внезапно стало пусто. Ему потребовалось некоторое время, чтобы собраться с мыслями и заговорить. — Привет. Ты выглядишь... Прекрасно! — Спасибо! — Всегда пожалуйста. — его сердце замерло, когда она поблагодарила его, он не сводил глаз с её лица.       Слова, которые он собирался произнести, казалось, вылетели у него из головы, и он почувствовал, что просто теряется в присутствии этой особы. Он хотел сказать что-то ещё, сделать ей комплимент, но странная застенчивость одолела его, и все, что он смог выдавить из себя — это пробормотать в ответ. Когда она садилась, Томми не мог удержаться и украдкой поглядывал на эти стройные ноги, которые теперь были видны под столом. Это зрелище одновременно завораживало и отвлекало, мешая сосредоточиться на чем-либо другом. Он попытался отвести взгляд, но его глаза продолжали возвращаться к стройной фигуре, словно притягиваемые магнитом. — Что ж... Ты хотел что-то обсудить? О нашей песне возможно? — О, да. Наша песня. Да... Да, я хотел кое-что обсудить. — Томми почувствовал укол смущения, осознав, что слишком долго молча смотрел на неё, быстро стряхнул с себя оцепенение и сосредоточился на её вопросе. — Да? — девушка наклонила голову, её бледная кожа блестела на осеннем солнце.       Он наклонился вперёд, не отрывая взгляда от её лица, отчаянно стараясь, чтобы его голос звучал ровно. — У меня есть идея для песни... Что-то вроде темы, если хотите. Но сначала я хочу спросить вас кое о чём. — Что же это? — Мне нужно тебя потрогать. Почувствовать.       Томми начал свои нежные прикосновения, его пальцы двигались медленно, словно пытаясь запомнить ощущение кожи Эми. Казалось, это прикосновение зажгло что-то внутри него, смесь возбуждения и желания. Ему хотелось отстраниться, закончить этот интимный момент, пока он не зашёл слишком далеко, но не мог заставить себя остановиться. Он поймал себя на том, что медленно переносит свои прикосновения с её руки на обнаженный изгиб талии. Ткань её платья была тонкой и изящной, позволяя ему чувствовать тепло её тела под своими пальцами. — Томми… Я жената, а ты… Встречаешься с девушкой. — сердце бешено бьётся в грудной клетке Эми.       Его движения на мгновение замедлились, когда её слова эхом прозвучали в его голове. Холодная правда об их положении обрушилась на него, как ведро ледяной воды, на мгновение выведя из транса. Он убрал руку, чувствуя, как в нём борются чувство вины. — Я знаю... Я знаю. Я не должен был этого делать. — он попытался взять себя в руки, отчаянно пытаясь отогнать охватившее его непреодолимое желание.       Рациональная часть его сознания приказывала ему отступить, уважать границы их отношений. Но желание обладать ею, желание снова ощутить прикосновения Эми Николь было почти непреодолимым.       Эстонский гражданин наблюдал, как она делает глоток кофе, и его взгляд был прикован к едва заметному движению её губ над краем чашки с горьким и чёрными американо. Ему до боли хотелось поцеловать её, ощутить сладость её губ, но он знал, что не может этого сделать. Внутренний конфликт давил на него, желание боролось с чувством приличия. Кэш не мог удержаться и украдкой поглядывал на неё, его взгляд задерживался на изгибе её шеи, на изгибе плеч, на стройных ногах. Казалось, каждая частичка её тела дразнила его, приближая к грани соблазна. — Ну? Вы хотели, чтобы в нашем клипе была необычная идея? — голос Эми стал мягче. — Ах да, о видео. У меня была идея, но... Это немного необычно конечно. — И? — Как ты относишься к наготе? — Томас наклонился вперёд, его голос понизился до шепота, как будто он делился секретом. — Вполне себе… Нормально наверное? Я до этого много экспериментировала в прошлом с этим в своём творчестве. — Эми расслабилась, ведь для неё это не совсем серьёзная тема.       Кэш на мгновение заколебался, оценивая её реакцию. Эта идея вертелась у него в голове уже несколько дней, с каждым днем становясь все смелее. Но он знал, что это рискованное предложение, и не был уверен, как она отреагирует. Ведь это было просто хорошей идеей, подходящей к клипу. В конце концов, оба они — эксцентричные артисты! А ещё, Томми правда хотелось побыть в такой роли наедине со Смит. Он был застигнут врасплох её небрежным ответом, изначально, его разум лихорадочно обдумывал все шаги и последствия её согласия. Это логично. Они оба уже прибывали в таких амплуа. Однако… В отличии от своей яркой и дерзкой натуры, которая была с Эми всю её жизнь, во время встреч с Томасом она была не прям стеснительной, но более скромной явно чем обычно особой. Неужели это всё-таки тоже что-то означает?       Румянец, окрасивший щеки Эми Николь, только усилил его симпатию, его сердце учащенно забилось, когда он понял, что она не только была открыта для этой идеи, но и, казалось, не была обеспокоена концепцией наготы. Томми не мог поверить в свою удачу, несмотря на то, что тихий голос разума в глубине его сознания предупреждал его действовать осторожно. Он глубоко вздохнул, пытаясь сдержать свое желание и продолжить разговор. Кэщ кивнул, не сводя с англичанки пристального взгляда, пытаясь понять её реакцию. Он заметил в её глазах смесь любопытства и нервозности и подумал, чувствует ли она тот же головокружительный прилив предвкушения, который разливался по его венам. — Это было бы... — Томас сделал паузу, прочищая горло. — ...Сделано со вкусом, конечно. Ничего вульгарного. — И правда ли? — Представь: это могло бы стать своего рода визуальной метафорой. Контраст наготы и ткани: ты в постели, на фоне простыней, в темноте, и я, сидящий рядом с кроватью. На видео видны тени от одежды на мне, а настоящая я просто сижу в джинсах, топлесс, курю, в каком-то драматическом кадре. А ты лежишь в кровати, но в темноте. — Я даже забыла, что ты умеешь сочинять такие клипы, мистер Кэш.       От небрежности, прозвучавшей в её тоне, у него по спине пробежали мурашки, дрожь возбуждения, смешанная с чувством благоговения. Как она могла так равнодушно отнестись к идее такой интимной и провокационной сцены? Действительно ли её устраивала мысль о том, что она будет частично обнажена перед камерой, или за её кажущейся непринужденностью крылось что-то большее? Он понятия не имел, что чувствовать в тот момент, эмоции бушевали в нём подобно бурному шторму. Томми ощущал такие эмоции в последний раз несколько лет назад, и забыл, что Эми, аналогично ему, позабыла о стеснении на камеру и долго варилась тут, в музыке и искусстве.       Томми увидел, что ты отвернулась от него и больше ничего не говоришь, он вздохнул, и его плечи опустились в знак поражения от того, что он не может достучаться до тебя, заставить тебя заговорить, заставить тебя посмотреть на него. Он откинулся на спинку стула и молча уставился в потолок, стараясь сдержать слезы, которые, как он чувствовал, наворачивались на глаза. Он знал, что всё испортил, но он всё равно не мог заставить себя оставить тебя. *** — Ну что? Договорились?       Свидание закончилось вечером. Эми и Томми прогуливались по Гринвичскому парку в Лондоне. Когда они шли вместе, лучи вечернего солнца отбрасывали длинные тени на мощеную дорожку. Воздух был прохладным и свежим, наполненным ароматом распускающихся деревьев и цветов. Их окружала умиротворяющая атмосфера парка, пение птиц и хруст гравия под ногами создавали успокаивающий саундтрек к прогулке. В голове Томми роились мысли и вопросы, события прошедшего дня прокручивались в его голове, как кинопленка. Обед с Эми был одновременно волнующим и сбивающим с толку, её своеобразное безразличие к рискованной концепции видео вызвало у него смесь волнения и трепета. Пока они шли по парку, он не мог удержаться и время от времени поглядывал на неё, любуясь её длинными ногами, стройной фигурой и уверенной походкой. Он испытывал странное чувство благоговения и желания, и ему потребовалось все его самообладание, чтобы не протянуть руку и не прикоснуться к ней.       Эми и Томми болтали весь день, гуляя по родному городу мисс Смит. Они узнали друг друга лучше, и в целом мы как будто стали лучшими друзьями. Однако Эми была немного напугана клипом. Она много экспериментировала и делала эксцентричные вещи на сцене и в музыкальных клипах, но тогда ей впервые стало стыдно перед своим мужем. Женаты они около пяти лет, а эмоции проснулись только что. Проснись, это любовь. Может быть, потому, что это будет уже с настоящими эмоциями? Нет, они, безусловно, есть везде. Однако… Здесь есть что-то ещё. Сладкое, липкое... И Эми увлеклась этим. Любовь? Смотри, это любовь. — Да, ладно. Скоро мы сделаем это. А сейчас… Мне пора идти! Пока.       Его сердце упало, когда её слова прервали приятную беседу, внезапно напомнив о том, что этот момент не может длиться вечно. Он молча кивнул, пытаясь скрыть свое разочарование при мысли о том, что их время, проведенное вместе, подходит к концу. — Пока, пока…       Томас выдавил из себя слабую улыбку, пытаясь скрыть комок, который образовался у него в горле. Мысль о том, чтобы попрощаться с ней, причиняла физическую боль, словно рука сжимала его сердце. Он стоял и смотрел, как она садится в такси, и на сердце у него было тяжело от смеси эмоций. Какая-то часть сердца хотела догнать машину, попросить остаться, провести вместе ещё несколько мгновений. Но он знал, что это невозможно, что существуют границы, которые он должен уважать. ***       Выходные. «TER» и Томми Кэш устроили общую репетицию впервые. Эстонский артист бежал на встречу коллегам. Он прибыл в репетиционную студию, испытывая волнение и нервозность. Прошло несколько дней с тех пор, как он в последний раз видел Эми, и он не мог не испытывать трепета предвкушения при мысли о том, что снова окажется с ней в одной комнате. Когда он вошел в зал, его внимание привлекли участники группы, которые уже настраивали свои инструменты и проводили разминку. Он занял свое место среди них, все еще думая об Эми. — Да, мой ненаглядный вчера вечером уехал в командировку… Немного необычно, конечно… О, привет, Томми! — Привет.       Джоэль, клавишник «TER», любезно не отказался поболтать с их новым гостем, и он пытался сосредоточиться на разговоре с пареньком, но его мысли постоянно возвращались к Эми. Её частые выходы на улицу, чтобы позвонить мужу, были как назойливое напоминание о его собственных сложных чувствах. Каждый раз, когда она уходила позвонить, он испытывал смешанное чувство любопытства и разочарования. Барабанщик по имени Джеймс тоже подбрасывал брёвна в костёр с помощью своих шуток.       Кэшу было легко сосредоточиться на музыке, как только они заиграли, знакомый ритм барабанов вернул его в настоящий момент. Он не мог не заметить, как красиво звучал голос Эми, когда она пела, сладкие мелодии наполняли комнату и вызывали у него дрожь по спине. Несмотря на все свои усилия сосредоточиться на музыке, он поймал себя на том, что время от времени украдкой поглядывает на Эми, и при виде её пения его сердце учащенно билось от смеси восхищения и влечения. Его взгляд задерживался на её лице, на том, как она изредка закрывала глаза и шевелила губами, когда пела. Он обнаружил, что очарован присутствием этой особы, музыка, казалось, отошла на второй план, поскольку его разум был поглощен мыслями о ней. Томми попытался стряхнуть с себя оцепенение, напомнить о Полине, которая вообще ни о чём не подозревала, хоть и знала о его поездке в Великобританию, но наверняка даже не догадывалась о намерениях и размышлениях её парня. Он пытался сосредоточиться на ритме, но её вид притягивал его внимание, как мощный магнит, несмотря на все попытки сопротивляться. Что же? Репетиция проходит весело. ***       Поцелуй и расскажи. Ты ведь доктор своего тела? Или моего? Прошло ещё некоторое количество дней. Всё шло своим чередом, и Томми продлил свою поездку в Лондон. Эми сегодня вечером прибывает дома, работает над некоторыми документами, связанными с группой, а также пишет новые песни. Вечером она с удовольствием испекла печенье себе на ужин и на завтрашний день. Жизнь без мужа непривычна, однако позволяет расслабиться. Печенья конечно он не опробует у себя в США, но зато ты можешь съесть их в один миг сама и без проблем. Внезапно раздается звонок в дверь. В общих чертах, звук дверного звонка нарушил тишину в комнате, заставив Эми с легким удивлением оторваться от своих документов. Она не ожидала гостей в столь поздний час, а внезапный шум знатно возбудил её любопытство. Смит сделала закладку на странице на которой находилась и отложила документы в сторону, прежде чем встать со своего места. Пока она шла к входной двери, в красивой голове роились догадки о том, кто мог быть по ту сторону в столь поздний час. И это Томми. Он же, в свою очередь, стоял по другую сторону двери с робкой улыбкой на лице. Его сердце бешено колотилось от предвкушения, пока он ждал её реакции на его неожиданный приход. Эми Николь почему-то забыла о существовании дверного глазка и радостно открыла дверь. Как будто предвкушала чей это может быть приход.       Очень уютный, но вполне современный частный домик. Красивый английский сад, сам дом состоит из множества различных частичек. Есть гараж, даже несколько симпатичных статуй. — Добрый вечер… — Эми слегка зевнула и потянулась при виде Кэша, хотя на ней были только лёгкие домашние шорты и какая-то старая домашняя майка. — Привет! — Томас не вытерпел и протянул своей пассии букет роз, тех же самых английских, но уже ярко-розовых. — Ой! Спасибо большое! — Эми не ожидала и принялась разглядывать и нюхать красивейший букет.       Цветы ярко переливались на фоне ночного неба. Он кивнул ей, ожидая окончательной реакции. — Проходи, к слову! — Эми указала рукой на свой дом.       Томас оглядел гостиную, отмечая уютную атмосферу и мелкие детали, которые указывали на всё, что связано с Эми. В комнате сочетались комфорт и элегантность, что отражало её вкус и даже индивидуальность. — Итак! Что привело тебя сюда в столь поздний час? — Эми принялась ставить цветы в вазу, разглаживая все лепесточки. — Просто хотелось заглянуть, и увидеть тебя. — Томми пожал плечами, пытаясь сохранить невозмутимый вид.       Эми смахнула лёгкие следы муки со своей майки и убрала печенье в холодильник. Она слегка и очень застенчиво улыбнулась. Внезапно, что-то маленькое и пушистое начало крутиться около ног Томми. Это маленький, но вполне умный сиамский котёнок. Внезапное появление застало эстонца врасплох, и он поймал себя на том, что тихонько посмеивается, глядя, как кошка вьется у его ног, мяукая, требуя внимания. Он наклонился и погладил кошку по голове, его прикосновение было нежным. — Как её зовут? — спросил он. — Шанель! — ответила Смит. — О, кажется, ты ей нравишься... Она не любит частых гостей в нашем доме... И даже моего мужа! Тебе довольно повезло. Обычно она кусает абсолютно всех посетителей, я бы сказала, всех подряд, и конечно, как я уже сказала, моего муженька. Но любит она только меня. Видимо. — Как зовут это чудо? — Кэш тихо засмеялся, продолжая гладить кошечку по спине медленными, успокаивающими движениями. — Шанель. Моя малышка… — Эми взяла на ручки свою кошечку и принялась тискать.       Томми тихо засмеялся, продолжая гладить кота по спине медленными, успокаивающими движениями уже с чужих рук. Пока он смотрел на кошку, в его голове сформировалась мысль. Он привёл пример: маленькая, элегантная и грациозная, как миниатюрная модель прямо с показа мод. Ему показалось немного ироничным, что и у неё имя одного знаменитого французского модельера женщины. — Это буквально мой ребёнок… — Эми налила молока в миску Шанель и та подбежала отпить лакомства. — Ну, и что же мы будем делать?       Повисла неловкая пауза. Они смотрели то на котёнка, то в глаза друг-друга. Простое предложение застало Томаса врасплох, но мысль о том, чтобы провести с ней больше времени, была слишком соблазнительной, чтобы сопротивляться, как наркотик, которым он никак не мог насытиться. Он кивнул, и лёгкая улыбка заиграла в уголках его губ. — Конечно. Звучит заманчиво. — ответ оказался простым и лаконичным, на удивление.       При виде тарелки со спагетти и грибами на него накатила волна голода. До этого момента он не осознавал, насколько сильно проголодался, и при мысли о еде у него потекли слюнки. Он сделал глубокий вдох, аромат блюда достиг его ноздрей, и он почувствовал, как его тело расслабилось почти автоматически. Он поднес вилку ко рту, позволяя макаронам скользить по его губам. Вкус спагетти был сочетанием комфорта и удовлетворения, простого удовольствия, которое говорило о простоте момента и легкости, с которой он чувствовал себя в её присутствии. — Тебе нравится? — Эми слегка улыбнулась снова, своей мягкой и маленькой улыбочкой. — Это прекрасно! ***       После ужина Кэша, точнее когда он закруглялся с ним, Эми снова приступила за свою работу. Она начала быстро печатать нечто привлекающее эстонского музыканта. Он сидел тихо, его присутствие безмолвно излучало желание быть ближе к ней. Он украдкой поглядывал на неё, наблюдая за тем, как её пальцы быстро бегают по клавиатуре, как её взгляд скользит по монитору. Его глаза скользнули по линии её профиля, восхищаясь изящным изгибом носа, подбородка, мягкостью губ. Ему так сильно хотелось обнять её, почувствовать тепло её тело в своих объятиях. Внезапно Томми обнял Эми. Его горячие губы прикоснулись к её и без того раскрасневшийся щеке. Настроение поднялось автоматически у обоих. Но… — Томми, нам нужно поговорить. — твёрдо ответила Эми.       Он ненавидел себя за то, что не мог сформулировать свои чувства, за то, что застрял в этом подвешенном состоянии между разумом и желанием. Он попытался снова, пытаясь выдавить из себя слова, но чувствовал себя оленем, пойманным светом фар, застывшим между ярким светом того, что было логично, и очарованием того, что было неправильно. — Я не знаю, что сказать... Что сделать… Я уже поняла, что между нами что-то есть. Нечто такое… Тягучее и липкое, приторно сладкое! Но… Я замужняя девушка, а ты встречаешься сл своей девушкой. Честно говоря, я не понимаю, как это произошло…       И Томми ничего не сказал. Он поцеловал Эми в лоб. После поцелуя на мгновение воцарилась тишина, стук сердец громко отдавался в ушах. Он не знал, что делать или говорить, его мысли были в беспорядке, эмоции разрывали его на части изнутри. Это было всё, что он мог сказать. Всё, что он чувствовал, все эмоции и желания, сводились к простому звуку восклицания. Томми не мог поверить, насколько неадекватно звучали эти слова, насколько они были недостаточны, чтобы выразить бурю внутри него. ***       У дивана была мягкая и податливая поверхность, позволявшая им прижиматься друг к другу, чувствовать каждый изгиб тела друг друга. Руки Томми блуждали по телу Эми, обводя изгиб бедра, нежность кожи. Он не мог насытиться, не мог заставить себя остановиться, желание обладать ею поглощало его подобно приливной волне.       Он раздевал её, впитывал запах её духов, изучал каждую незаменимую вещь на её теле, например — веснушки на плечах. Рассматривал их как под микроскопом. Она пыхтела, кричала, стонала. Но это несерьёзно. Ведь самое главное, что все счастливы. И все эти чувства искренне, и их искренне проживают люди. Когда Томми сильно двигался внутри, Эми издавала характерный звук. ***       Ночь. Эми надела пижаму и пошла на кухню посмотреть, что случилось с Томми. Вроде как, он не отказался бы от очередного ночного перекуса. Она застала его стоящим босиком на кухне с необычайно серьёзным видом. Единственным источником света в комнате были слабые отблески ночного города, проникавшие через окно. Томас смотрел на стакан воды в своей руке, а его мысли витали за миллион миль отсюда. Казалось, он не заметил ее появления, погруженный в какое-то внутреннее смятение. Эми тихо приблизилась к нему, её шаги были легкими и нежными. Она постояла рядом с ним мгновение, молча наблюдая за ним. Выражение его лица было напряженным, брови нахмурены, он так крепко сжимал стакан, что побелели костяшки пальцев. Ей стало интересно, что его беспокоит, какие мысли тяжелым грузом оседают в его голове. Она открыла рот, чтобы заговорить, но заколебалась, не зная, что сказать. Наконец, она нерешительно потянулась и коснулась его руки. Он попытался отмахнуться от её вопроса, не желая обременять любимицу своими заботами. Но в глубине души он понимал, что не может продолжать избегать этой темы, не может продолжать скрывать правду. Он вздохнул и с тихим стуком поставил стакан на столешницу.       Он помолчал, пытаясь подобрать нужные слова. Он хотел сказать ей правду, быть честным с ней о том, что его беспокоит. Но он боялся пё реакции, боялся отвержения и осуждения. Он глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться, и, наконец, заговорил. — Я... Я думаю, что, возможно, я влюбился в тебя… — слова сорвались с его губ тихим голосом, едва слышным шёпотом, который повис между ними, как тяжелое облако. Он чувствовал, как его сердце учащенно бьётся в груди, предвкушение вызывало тошноту.       Эми что-то мурлыкнула и по сути молча погладила своего возлюбленного по щеке. Её пальцы заботливо запутались в его прямых каштановых волосах. Сейчас прямо ей хотелось бросить всё, в особенности их брак с мистером Ф. и больше никогда не возвращаться в рутину. Но сейчас она решила пойти спать. Именно с Кэшем. Благо, скоро они уснули в обнимку. Тонкие усы покалывали кожу шею, а в последствии и лицо Эми во время поцелуев. ***       Они начали встречаться тайком. Томми уж слишком много дней собирался вернуться из Лондона, однако этого не происходило. Он остался тут ради Эми. А не ради Полины. Муж Эми тоже вернулся и даже не видел, не замечал подвоха в элементарных вещах. Но зато заметили остальные участники «TER» и друзей Кэша… *** Трагедия Эми Николь! Вы знали что она принесла себя в жертву? Посмотрите на эти снимки. Тут звезда английской музыки целует победителя Евровидения этого года. Они мило сидят на лавочке в центре города, попивая молочные напитки. Посмотрите как это мило, целовать партнёра в носик… Вы не поверите! Где же их избранники? Таинственный муж и девушка!