Часть 17

/Ли Сон Джун/ - Ханыль, он сказал правду? – уже сидя в машине, спросил я, - У меня был ребёнок? Он умер? - Врать дальше или сказать правду? – саркастично, произнесла девушка, - Сон Джун, у тебя был сын. - Нет, у меня не может быть детей! Нет, - в этот момент я был шокирован новостью, сын? Мой сын, которого я не успел даже увидеть. - Ну, если уже признались, то давай не будем отрицать. - Я не верю, нужно сходить в больницу! – у меня помутнел рассудок, я открыл дверь машины. - Идиот? – крикнул брат, его голос дрожал не лучше моего, он держал меня за футболку, пытаясь затащить обратно, - Ты не хочешь спросить, от кого ребёнок? Кто та девушка, которая продолжает страдать даже сейчас!? - Я не хочу этого знать, - бросив колкий взгляд на Ханыль, - Если, она не соизволила сказать мне, значит, пусть страдает дальше, - я не уверен, должен ли я так поступать... - Дурак, может, были какие-то причины? - Да даже если были, она должна была сказать мне! - Даже сейчас, ты говоришь: «она должна» - проговорил Сон Хван. - Сон Хван, ты тоже должен узнать правду. - Какую правду? – прервался он. - Я усыновила Им Хона, - произнесла она. /Ли Сон Джун/ *** /Ли Сон Хван/ Чувство тревоги нарастало, как гром среди ясного неба. Я помнил, как Ина прислала мне фотографии УЗИ — те маленькие черные точки, слабо напоминающие человечка, который должен был появиться на свет. Я навещал её, зная, что это событие могло стать началом новой жизни, новой главы в нашей истории. Она рассказывала о своих мечтах, о том, как хочет назвать сына — её голос звучал так нежно, так по-матерински, что я ощутил в себе нечто большее, чем просто страх. Это было предвкушение, надежда. Но потом она перестала даже звонить... В конце концов, я продолжал писать ей, в надежде услышать ответ, надеясь, что всё хорошо. Я помнил, как мой брат подмигивал мне, спрашивая о том, когда я соберусь об этом рассказать, и откуда у меня такая таинственность в глазах. « Для меня всё закончено», думал я. - Сон Хван, он называет меня мамой... — проговорила она, и в её голосе звучала неожиданная гордость, смешанная со слабостью. Я почувствовал, как в горле подступает ком. Это было одновременно радостно и тяжело. - А как же Ина? - Она умерла при родах, - эти слова, как удар молнии, пронзили пространство между нами всеми. Время ненадолго замерло, а вместе с ним и вся моя уверенность. В голове метались мысли о том, как же все могло обернуться так трагично и неожиданно. Я ощущал, как сердце сжимается от горя и беспомощности. Образ Ины, её улыбка, её мечты о будущем — всё это перемешалось с реальностью, которую я не мог принять. Как же мне теперь быть с этой новостью? Как сказать себе, что однажды, в тот момент, когда мир представился мне обещанием счастья, я потерял всё? Не только любящую девушку, но и собственного сына. Да, Ина любила меня, а я выбрал не ту. - Я не против, чтобы ты была его мамой, — ответил я, стараясь сохранить спокойствие, — Но меня это всё шокирует... - слова с трудом давались, и я знал, что с этими эмоциями нужно как-то справляться. — Если ты хочешь, можешь навещать его, только не забирай его у меня на совсем... — сказала она, и в её голосе прозвучали нотки предостережения и надежды. Её взгляд был полон противоречивых чувств — любви, страха и неуверенности в завтрашнем дне. Я почувствовал, как слезы подступают к глазам. Это было так много. Думать о том, что у меня есть сын, который, возможно, даже не знает о мне, о том, кто я, как я живу. Я никогда не представлял себе, как это быть отцом. Чувство ответственности охватило меня с головой. — Я не собираюсь отнимать его у тебя, — сказал я, стараясь говорить уверенно, — Я просто хочу быть частью его жизни, узнать его, быть рядом. Я понимаю, что ему нужна ты, и я ни в коем случае не хочу разрушить это. Она кивнула, но в её глазах был страх. Мне стало грустно от того, что судьба так до боли запутала нас, разделив две жизни, которые переплелись на каком-то этапе. Я знал, что мы оба должны были найти способ двигаться дальше. — Ты ведь понимаешь, что для него важно знать своих родителей, — попытался я объяснить. — Я просто хочу, чтобы он понимал, кто его папа, кто его мама. Она вздохнула, и в её руках заметно дрожали пальцы. — Я боюсь, что он будет искать тебя, и тогда я потеряю его, — проговорила она тихо. Я положил руку на её плечо, стараясь поддержать её в этот трудный момент. — Ты не потеряешь его. Он всегда будет частью тебя. Я просто хочу быть частью его жизни, чтобы он знал, что его любят. Ситуация была сложной, и я чувствовал, как тяжесть лежит на моих плечах. Я знал, что нас ждут трудные разговоры и эмоциональные испытания впереди. — Давай сделаем это вместе, — сказал я, стараясь наладить контакт. — Это нужно и нам, и ему. Она посмотрела на меня и в её глазах мелькнула надёжность, как будто мы оба приняли на себя ответственность за то, что будет дальше. Мы с нетерпением ждали момента, когда сможем вновь увидеть нашего сына, и понимание, что мы не одни в этом, давало надежду на лучшее. - Спасибо, - произнесла. - Ханыль, тебе спасибо. Ты помогла мне начать жить не только ради моей доченьки, но и сына. /Ли Сон Хван/