Часть 1

Автобус остановился. Виола вышла из него, кряхтя, накинула на плечико большой современный рюкзак с кучей аппаратуры. Типичная обшарпанная остановка встретила её своей неизбежной сельской пасторалью. Русская глубинка. Настоящее село, а не какой-то там СНТ или коттеджный комплекс. Виола огляделась. Ей сообщили из сельсовета, что у неё будет сопровождающий до дома принимающей семьи, однако она видела только группку детей с мороженым, что неспеша подходили к автобусной остановке. - И что же я тут должна найти для редакции? Погладив удостоверение журналиста РенТВ, Виола посмотрела на ещё холодное, но изрядно припекающее солнце. "Грязно", - мысленно отметила она себе. - "Неприятно". - Это вы Виола Альфредовна? - спросила её девочка с мороженым. Она выглядела типично русской. С широкой костью, но добрыми голубыми глазами, с русыми волосами, но сама - худенькая. Веснушки на лице чуть украшали немного надменный, но заинтересованный вид. - Я, - сперва не поняла Виола. Затем до неё дошло. - Так это вы - мои сопровождающие? - Да. Мы же вас к колдуну нашему привести должны были! - объяснилась девочка. - Я - Масяня. - Мария, получается? - Масяня! - настояла девочка. - Это у вас в городе все пафосные. А вы, кстати, из какого? - Из Москвы, - чуть поморщилась Виола. - О-о, круто. И много там пидорасов? Неожиданный вопрос сбил Виолу с толку. - Д-давай не будем об этом. Мне сказали, что я поживу у какой-то семьи. - М! - кивнула Масяня. - У нас, в доме председателя сельсовета. В пристройке для гостей поживёте. - Тогда показывай! - Не-ет, мне деда сказал вас к колдуну отвести сразу, чтобы если что - сразу же вас домой и отправить. Или вертолёт МЧС вызвать. - А? Виола не совсем поняла, что ей сказали. - А что он? Такой буйный? - Колдун-то? Не-е, он добрый. А вот нечисть у него может тебя не принять, Виола. Хмыкнув, девочка махнула ей рукой и пригласила за собой. - И долго нам так ходить с ней? - пожаловалась её товарка. - Вроде как пока не отстанет. Если что - по мобильнику позвоним в сельсовет. *** Идти пришлось долго. Виола замаялась тащить за собой тяжеленный рюкзак, но следовала за девочками, идущими вдоль реки по колдобинам, раскисающим на солнце. Девочки были в сапогах, и им, похоже, было вполне неплохо. - Колдун какой из себя? - спросила Виола. - А-а? Ну... - Масяня задумалась. - Дед чуть больше тридцати. Он седой почти, и глаза добрые в морщинках. - Ага... Так и работает он у вас колдуном? - Нет же! Лесником. У него вон там сторожка! Виола смотрела на бескрайнее поле вдоль реки, и ничего не видела впереди. - Где - там? - удивилась она, мысленно сильно огорчённая - тут нужен был вездеход, а не туристические ботинки. - И вы пешком сюда добираетесь? - Лесник-то? На МТЛБ до сельсовета катается, если нужно. А в магазин он не ходит вообще. Если только по ночам, наверное. - МТЛБ - это же армейский гусеничный тягач? - Да-а, мы катались тоже, когда заблудились. Дошли примерно через час. Виола и правда выдохлась, хотя призналась себе, что если уж и идти было, то сейчас. Она желала скорее заснять сюжет и свалить уже отсюда. - Так у него и пулемёт должен быть... - Ему в райцентре саблю подарили недавно, а за кулемёт я не знаю, - ответила Масяня. - Саблю? - И бубен, как почётному и понечётному шаману Якутии, - ответила Масяня. - И даже грамота есть? - Грамота в сельсовете висит, Виола, ну ты чего! - возмутилась Масяня. Сзади подъехала машина, выглянул пузатый мужчина с лицом в неприятных ямках. - Масяня, к лесничеству идёшь? - Так тошна, товарисч прапорщик! - она быстро объяснила Виоле. - Это наш агроном. - Понятно. - Ты обратно-то успеешь? - спросил агроном. - Обед уже, мать твою! - А вы нас обратно не подвезёте? Вот у нас журналист из ящика! - Ох... Садись! *** - Леонид Петрович, - представился грузный водитель. - Виола, репортёр РенТВ, - улыбнулась столичная красавица и модница. Агроном покосился на неё недовольно. - Значит, слушай. Ты к колдуну приехала, а не он к тебе. Так что если он тебя погонит отсюда - ты сама виновата, и не жалуйся. Ясно тебе. - Не общительный? - Общительный. С людьми не любит говорить. - Смотрела анимэ "Мастер Муши"? - спросила Масяня. - Вот он такой же. - Ого... Ехать было недолго, но даже так - неприятно и довольно болезненно. И когда агроном остановился, Виола с облегчением выдохнула. Она выбралась, и первое, что по большому счёту увидела - это тот самый МТЛБ под навесом. - Мявка! Мявка! - прокричал Леонид Петрович. - Мявка, мы в гости, сейчас молока тебе достану! Он достал из багажника красивую фарфоровую чашку и целую канистру молока, из которой тут же налил словно бы подношение. - Мя-а-ав? Из открытого люка броневоза выбрался ОГРОМНЫЙ кот. Виола была поражена размерам чёрного лосного чудища, это же настоящий ягуар, может, немного меньше. - Вот тебе, дорогуша, - агроном поставил чашку на броню. - А где Василий? Кот наклонил голову. - Позвать бы! - Ба-ба! Ба-ба-ба-а-ба-ба-а!!! - заворчало это чудище, уставившись на Виола. Та поёжилась. Жутко. Было впечатление, что кот возмущён, и орёт "В доме БАБА!" - Ба-ба-ба-бам-м-ба! - Масянь, что она говорит? - обернулся к девочкам агроном. - Говорит, что вы опять приволокли сюда бабу, и что она всех порвёт. - Чё надо? - А-а-а-а!!! - вскрикнули все от неожиданности. Позади с грустным лицом остановился мужичок в телогрейке и кепке. Он выглядел грязным, и в тоже время несколько величественным. - А, Василий, - быстрее всех отошёл Леонид Петрович. - Не подкрадывайся так. Я чего приехал-то... Слушай, можешь обряд провести... - К батюшке, - отрезал так называемый колдун. - Нет, ты не понял, - Леонид поднял руки. Он достал из жилетки несколько мятую бумагу. - Вот, посмотри. В общем, надо бы плодородие усилить. - Ваше плодородие, госпожа... - колдун нахмурился, посмотрев на журналистку. - ТНТ, я уже говорил вам, я не поеду на вашу тупую программу. - Я не с ТНТ! - Удобрений купите! - возмутился колдун Василий. - Ба-ба-ба-ба-ба!!! - Помолчи, Мявка! - прервал он огромного кота. - Быстрее с ними разберёмся - быстрее уедут. - Там русским по белому написано, что у нас не хватит денег тогда на зарплаты. Ну, неурожай был! Слушай, если мы на это пойдём, то не сможем тебе топливо с комбайнов давать, слышишь. Пешком в село ходить будешь. Или на метле катайся, как хочешь! - Ты себя слышишь, агроном? Лёлик, - возмутился колдун, - кроме того, что никто не даст гарантии, а денег я с тебя всё равно возьму, и много, я каждый раз спрашиваю. Ты уверен, что хочешь с этим играться, а? - Ты же, Василий, уже делал так, и урожай был просто огромным! - Значит, слушать не хочешь? Ладно. Нужна девственница, - проговорил Василий, и агроном поперхнулся. - Ба-ба-ба-ба-ба!!! - заворчал кот снова. - Да помолчи ты, Мявка! - Мявка! - Масяня подошла к кошке. - Ба-ба-а! - Это, Виола. Ты девственница? - спросил агроном у журналистки. - Нет, а что надо делать? - Вот и ищи девственницу. Колдун явно упёрся. *** Мужчины торговались очень долго, но отошли и перешли на шёпот. Виола на всякий случай не стала их подслушивать и - пока - снимать. Вместо этого журналистка спросила у Масяни и девочки. - А вы, значит, её понимаете? - М? Мявка - это бакенэко, - ответила вдруг Масяня. - Дух, принимающий днём форму кота, а в три часа ночи превращающийся в чудовище с копытами. - А-а... Так ты понимаешь, или нет? - Ночью с ней поговорите - и сами понимать будете, - возмутилась вдруг Масяня. - Если, конечно, выживете. Мявка лакала молоко, щурилась, смотрела на Виолу своими жуткими жёлтыми глазищами. Мявка села, облизываясь. А потом сделала то, от чего Виола заморгала - провела когтем у себя под горлом. - Да, лучше вам здесь не ночевать, - определила Масяня. - Э... Мне не показалось? - Нет, - подтвердила Масяня. - Ты в своём уме, агроном? - воскликнул колдун. - Ты понимаешь, что не ангелы на мои песни приходят?! Это не старушечий шепоток!.. - Василий! Серьёзно! Очень надо! Иначе жрать нам будет нечего в двадцать первом веке! Наконец, Виола решилась. Она подошла к мужчинам и спросила: - А что нужно сделать? - Нужна девственница, - ответил агроном, когда колдун серьёзно поморщился и даже отошёл от Виолы. - Лет шестнадцати и при этом очень сильная физически, поскольку ей целый час ночью танцевать голышом. Василий вздохнул. - А ещё красивая, - заметил он, - иначе Карачун землю холодную не отпустит. Вкусы у него специфические - она должна олицетворять солнце, так сказать, лучик, его застывшую жену: рыжая, с веснушками, тонкая телом. - Ого, - Виола удивилась. - Это и правда непросто. Виола присмотрелась - а у колдуна были странные зелёные глаза. В радужной оболочке была окаёмка из жёлтого цвета, венчающая зрачок - смотрелось жутковато. - Но - это всё? - удивилась Виола. Она ожидала большего. "Покажите мне что-нибудь стоящее!" - А девственница зачем? - Затем, что след мужчины на женщине остаётся. Карачун поймёт, что его обмануть пытаются, и накажет наглого колдуна и его помощницу, - ответил Василий. - Тебе какое дело? Вали давай! Ты на свою зарплату всем тут зерна купить можешь. Но не-ет, я за острыми ощущениями, и только за них платить буду! - Василий Михалыч! - агроном неожиданно поклонился, сняв шапку. И колдун замялся. Стал тереть лицо. Затем закричал: - А-адлер!!! Он поднял руку в рукавице, и большой ворон внезапно приземлился ему на руку. - Сигареты свои давай, все, - потребовал колдун, а затем, получив прошенное, сказал ворону: - Адлер, отнеси Карачуну сигареты и пригласи его на Дикую Охоту. В следующий раз нормального табака принеси, Лёлик. - Ладушки, - пожал тот плечами. - Так, а нам что делать? - Три ночи не высовываться, - ответил колдун. - Вообще. На улице будут играть мощные барабаны, как у Раммштайнов каких-нибудь. Как только услышите - под одеяло. И батюшку предупредите, пусть всенощные стоит. Лети, Адлер! Он подкинул птицу, и ворон улетел. *** Виола ещё ни с кем толком не познакомилась, поэтому, когда ей показали пристройку и стали разбираться со своими делами, она только лишь стала раскладывать аппаратуру. Камеру Гоу-Про, штатив, обычную камеру. Она расставила всё так, чтобы записать всё случившееся. - Дикая Охота, насколько я помню, это пир Одина или кого-то такого, - проворчала она. - Однако, интересно будет посмотреть, как мечется по улицам этот сумасшедший. И вот ночь. Виола поправила камеру и стала смотреть изображение на компьютере. На поле, видимый, вышел колдун с какой-то женщиной и высоким мужчиной. Они были с музыкальными инструментами... О как. Виола жалела, что не может записать отсюда звук. Потому что через две минуты началось! Грохот был такой, словно с горы спускался камнепад! - А-а! - Виола закрыла одно ухо. А на камере - неожиданно - словно бы оказался какой-то цыганский табор. Камера захватывала лица, и были они жуткими, словно на шоу уродов, и казались мертвенными. Однако Виола не могла увидеть ног у всех, кроме первых трёх. Колдун завыл и изогнулся, затрясло его словно тряпочку, и воздухе словно заревела густая труба. Дергаясь, как бесноватый, колдун пошёл с поля по улицам, а за ним и вся его свита. Виола поправляла камеру, наблюдая за ними. - Отлично... Отличненько... Бах! Раздался гром. И ветер завыл, наклоняя садовые деревья. Заскрипела пристройка, в которой поместили Виолу, словно сама собиралась в пляс. - Хох. Раздалось позади. Черноволосая азиатка стояла прямо в комнате. - А я говорила тебе, что тебе секир-бошка? - спросила она мягким приятным голосом. - А-а? - Зде-е-есь, псы!!! Зде-е-есь!!! Девка вцепилась в Виолу, но та вырвалась. Она не стал думать, и немедленно выбежала на улицу. - Ухахаха-ха-ха! Виола увидела, как за ней собрались лица, словно у панк-рок-фестиваля. - А-а... - долго думать тоже не стала. Она бежала, бежала, бежала через поле куда-то. - Ты осталась с ним вдвоём, не зная ни-че-го о нём! Что для всех опасен он! Виолу нагоняла азиатка. - Наплевать тебе! Ведь ты тупая!.. К настоящему колдуну, он загубил таких, как ты, не одну! Словно куклой, в час ночной, теперь он может управлять тобой! Азиатка влетела в один угол сарая, проломив его, и вылетела из другого, и тот осыпался. Виола бежала изо всех сил. Изо всех сил! Её рвали когти ворона и большой кошки. А затем схватили за ноги крепкие руки. Виола пыталась вцепиться в землю пальцами, но оставляла только борозды. - А-а-а!!! - Аха-ха-ха-ха!!! *** - А? Пип. Пип. Пип. Виола приоткрыла глаза. - Я... Где? Она вздрогнула всем телом. Голова болела невыносимо. Впрочем, аппаратура и капельница прямо намекали Виоле, что она находится в больнице. Она с трудом выбралась из палаты и пошла на пост медсестры. - О, очнулись? - Простите, а что со мной?... - попробовала спросить Виола. - Дилериум тремен. Белая горячка, - ответила медсестра. - А-а... А меня с камерами привезли? - уточнила журналистка подозрительно. - Разбили вы камеры, гражданка. Вас в лесу нашли, голышом, с выпученными глазами. Не стоит, знаете ли, пить местную бормотуху без местной же закалки. ***