Diamkey

Диамкей, оказавшись на загадочном острове, столкнулся с непростыми испытаниями. Его тело, некогда способное выдерживать различные нагрузки, не выдержало сильных перепадов температуры. Понимая, что его тело нуждается в модернизации, Диамкей принял судьбоносное решение. Он обратился к технологиям, которые могли бы изменить его тело. С помощью нескольких знакомых, которые также оказались на острове, он прошел через ряд операций, в ходе которых его тело было частично заменено на импланты, созданные из меди и других прочных материалов. Этот процесс был долгим и болезненным. Диамкей изолировался от окружающего мира на время реабилитации, проводя дни и ночи в тишине, пока он не восстановился. После завершения всех операций Диамкей обнаружил, что его новое тело стало не только более прочным, но и значительно более эффективным. Он больше не боялся солнечного света, который раньше был для него, скажем так очень неудобным. Теперь он мог спокойно выходить на улицу даже в полдень, наслаждаясь теплом и светом, которые когда-то были для него недоступны. Его потребность в пище снизилась до минимума, что дало ему возможность сосредоточиться на других аспектах жизни. Его скорость и сила увеличились в разы. Теперь он мог легко перемещаться по местности. Вдобавок стало легче строить механические фермы, которые были его страстью. Каждая ферма, которую он создавал, была не просто источником пищи и материалов, но и искусством. Он научился использовать свои новые возможности для создания сложных систем, позволяющих ему эффективно добывать ресурсы. Однако не все изменения были положительными. Несмотря на улучшения, Диамкей столкнулся с неожиданными трудностями. Он потерял большую часть своей памяти, и каждый день ему приходилось заново открывать для некоторые аспекты, который когда-то были ему знакомы. Он не помнил, кто его оперировал, и что произошло до того, как он оказался на острове, помнил только что это связанно с холодом. Это создавало ощущение пустоты, которая время от времени накатывала на него, заставляя чувствовать себя одиноким и потерянным. Единственное, что осталось от его прежнего «я», — это сердце и мозг. Эти части его сущности были не тронуты, сохраняя его человеческую природу. Однако даже они претерпели изменения. Благодаря имплантом, тело могло дольше находиться в состояние, при котором он мог дольше обходиться без сна, не испытывая при этом сильной усталости. Интересной функцией разработанная личность им, добавляла возможность трансформироваться в гигантского робота высотой около трёх метров. Эта способность открывала перед ним новые возможности, позволяя справляться с задачами, которые ранее казались ему затруднительными. Однако, несмотря на её полезность, такая трансформация имела свои недостатки. Быстрая усталость и трудности в маневрировании в ограниченных пространствах заставили его отказаться от этой функции на время. Благодаря всем приобретённым возможностям Диамкей смог больше времени проводит за механизмами. Каждая ферма была хороша. Его фермы не только обеспечивали его различными ресурсами но и материалами для продажи. Чем больше времени проходило, тем больше ферм полу-вампир строил. На остове жил не только он, но и ещё около 30 существ. Некоторые были его друзьями, другие просто знакомыми. События на острове развивались с бешенной скоростью. Некоторые произошли из-за новоприбывших обитателей остова. Другие же из-за сторонних сил. Так много чего случилось. Сначала они пытались выбраться за пределами острова, не получилось, в добавок к этому они стали проклятыми и страдали бессонницей. Потом, многие стали слышать шаги, хотя рядом никого не было. Самое странное по меркам большинства были глаза бога. Почему они появились? Зачем наблюдают? На это не было ответа. В добавок они нашли укрытия, учёного? Оттуда забрали записи и самое интересное, радио. Жители острова долго думали как создать ещё один экземпляр, но благодаря Душеньки они нашли рецепт. По радио можно было не только говорить, оно ещё было и активатором. К примеру модно взорвать что-то. Так и поступил невидимка. После инцидента с радио и динамитом Пугод решил основать государство — ГНДР. Оно должно было быть укрытием для всех кто искал его. И Диамкей решил присоединиться к только формирующемся государству. В ГНДР каждый гражданин должен был заниматься своим делом, чтобы обеспечить процветание государству. Кто-то взял ответственность за экономику, кто-то за строительство, а кто-то занимался созданием ферм, которые обеспечивали ресурами новое государство. Однако чем больше становилось граждан, тем больше разных мнений, и конечно же споров. Одним из наиболее ярких представителей нового государства стал БЛС, который создал бюро патентов. Эта идея вызвала широкий резонанс сридет жителей острова, многие поддержали её, но Диамкей был из немногих кто был против. Он понимал, что патенты были просто бессмысленны. Более того, он был возмущён тем, что Модди Чат, который не имел никакого отношения к государства, получил патент на использовании символики ГНДР. Это казалось ему не только несправедливым, но и обсурдным. Сначала он пытался собрать единомышленников, тех, кто разделял его мнение о необходимости отмены патентов. Но это оказалось сложной задачей. Существовало слишком много тех, кто поддержал идею БЛС и мало кто мог выступить против них. Диамкей чувствовал, что его голос теряется в толпе, и его усилия не приносят результата. Разочарование нарастало, и он понимал, что необходимо действовать более решительно. Следующим утром, собравшись с духом, Диамкей предпринял решительное действие. С ним пошёл Санчез, так как тоже был не согласен с патентами. Они хотели поговорить, но разговор не шол и остался один выход. Взорвав стену бюро патентов, оставив после себя лишь обломки, они скрылись. Этот акт был не просто протестом; это было его стремление к справедливости. После взрыва Диамкей разучился с Санчесом и попытался скрыться, он ощущал, как нарастает напряжение. Он знал, что его действия будут иметь последствия, и что теперь его жизнь в ГНДР может стать не лёгкой. Состоялось собрание граждан ГНДР, и не по большему счёту о его поступке с Санчесом. А о том чтобы принять нового участника. Клеш Рейка, что подорвал достаточно много чего и прикрывался другой личностью, Хаусом. Лишь два голоса были несогласы и один нейтрален, остальные за. В тот момент он принял решение, которое изменило его судьбу. Через несколько дней на глазах у всех, он сжег свой паспорт — символ своей принадлежности к ГНДР. Он больше не хотел быть частью этого общества, которое, по его мнению, стало отклоняться от своей идиалогии. Сжигая паспорт, он чувствовал легкость, но в то же время и тяжесть. Это событие пробудило в нем нечто странное, что-то из глубины его потерянной памяти. Ему казалось, что он уже переживал нечто подобное, что-то, что происходило очень давно. В его голове возникали обрывки воспоминаний, но они были неясными и смутными. Он не мог понять, что именно это за воспоминания, но чувство тревоги не покидало его. *** Диамкей сидел на краю своей механической фермы, глядя на закат. Небо окрасилось в яркие оттенки оранжевого и фиолетового, но он не мог насладиться этой красотой. Внутри него разгорась жажда, который становился всё более невыносимым. Сначала это было легкое, почти незаметное чувство, но со временем оно превратилось в постоянную боль, которая терзала его изнутри. Каждый раз, когда Диамкей пытался утолить голод, он лишь чувствовал, как его тело стало чаще отвергать обычную пищу. Он не понимал, что с ним происходит, и это добавляло ещё больше стресса. Каждый кусок, который он мог съесть, казался полу-голему пустым, не давая ни капли удовлетворения. Состояние Диамкея усугублялось бессонницей и кошмарами. Временами ему казалось, что он находится на краю безумия. В его мозгу возникали образы, которые он не мог понять, и они заставляли его чувствовать себя ещё более уязвимым. В поисках временного облегчения он скупал ромашковый суп, которые помогали ему уснуть, но их действие длились слишком мало, и он снова оказывался в ловушке бессонницы. Постепенно в его сознании начала возникать тень. Сначала это было лишь смутное ощущение, но вскоре тень обрела четкие очертания. Диамкей стал замечать её всё чаще — серые волосы, коричневый плащ, очки с красными линзами и бледная, почти серая кожа. Это была его копия, но более целостная. 'Он'? Был вампир, в то время как сам был лишь наполовину вампиром и големом Каждый раз, когда Диамкей пытался игнорировать эту галлюцинацию, 'он' становился всё более настойчивой. Он не мог понять, что происходит, и это вызывало у него ещё большее беспокойство. Диамкей также начал замечать, что у него иногда случались припадки. В моменты, когда голод становился невыносимым, он замирал, падал на землю и начинал задыхаться, дёргаться. Это было ужасно, особенно когда он был один. Полу-вампир чувствовал себя беспомощным, как будто его тело пыталось утолить экстремальный голод собственными материалами. В такие моменты ему хотелось кричать. Прошло около месяца, и Диамкей заметил, что у него начали расти клыки. Это было странное и пугающее изменение. Сначала он не мог понять, что с ним происходит. Его новые зубы были острыми и длинными, и это пробуждало в нём ужасные воспоминания, которые были покрыты туманов. Он был вампиром, хоть и сейчас на половину, но его тело требовало крови. "Что же со мной происходит?" — думал он. "Почему я не могу вспомнить что нужно делать? Почему я не могу утолить этот голод?" Эти мысли терзали его, и каждый день он чувствовал, что теряет контроль над собой. Он понимал, что всё это связано с его потерянной памятью. "Может, это всё просто галлюцинации?" — пытался он убедить себя. "Может, я всё это выдумываю. Да, это всё мои выдумки на фоне стресса и кошмаров." Но в глубине души он знал, что они не могут быть такими вправдоподобными. Он чувствовал, как его истинная сущность пробуждается. Это одновременно пугало и чем-то завораживало. Размышляя про всё это Диамкей продолжил разработку своего механизма. Как вдруг начался новый приступ и он свалился, опрокидывая чертежи со стола. После того как приступ закончился, Диамкей медленно начал подниматься, опираясь на стол. Он огляделся по базе, и его взгляд вновь упал на галюцинацию. 'Он' стояла там, как всегда, с серыми волосами и красными линзами, но теперь 'он' казался ещё более зловещим. Полу-голем чувствовал, как в нём нарастает тревога, и это ощущение становилось всё более невыносимым. — Как тебе живётся без памяти? Без возможности себе помочь? — спросил 'он', приближаясь к нему. Диамкей отступил назад, пока не врезался в сундуки, которые стояли у стен. Он чувствовал, как его сердце начало колотится в груди. Молчание растянулось на несколько секунд, и он не знал, что ответить. Все эти изменения в его теле, все эксперименты и всевозможные поиски оставили его в полном замешательстве. Галлюцинация остановилась на шаг от него, 'его' красные линзы блеснули в тусклом свете. 'Он' продолжала смотреть на него с выражением, которое было одновременно и насмешливым, и сочувствующим. — Ты ведь не всегда был таким, — произнесл 'он', обходя его вокруг. — Рядом с тобой всегда кто-то был, кто-то кто мог помочь, например друзья. — всё продолжал говорить 'он'. Диамкей почувствовал, как его сердце сжалось. Да, он помнил, что у него были друзья. Но теперь, когда он нуждался в них больше всего, их не оказалось рядом. Он пытался узнать у знакомых, что произошло, но никто не мог дать ему ответ. Все говорили, что раньше такого не было. — Почему они не пришли помочь мне? — прошептал он, глядя в пол. — Мы были гражданами одной страны, но они… они просто оставили меня. — уже неся бред, говорил Диамкей. — Разве можно считать людей друзьями, если вы граждане одной страны? — с издевкой спросил 'он'. — Ты сам ушёл от них. Как ты думаешь, они будут помогать тебе, когда ты сам отрёкся от них? — Я не отрёкся! — резко ответил Диамкей, чувствуя, как гнев поднимается внутри него. Мозг как будто забыл, что он самолично сжог свой паспорт на глазах у всех. — Они всё ещё беспокоятся обо мне. — продолжал говорить 'себе' Диамкей. — А ты уверен? — продолжал 'Диамкей' обходя его кругами. — в прошлый раз был такой же сценарий. После того как ты покинул Якудз, они продолжали процветать , а ты перебравшись в Тени конечно завоевал к себе дополнительное внимание, но после роспуска пропал на долгое время. Никто даже не пытался тебя найти. — подходя всё ближе приговаривал 'он'. Диамкей закрыл глаза, пытаясь игнорировать 'его' слова. Он чувствовал, как у него закладывает уши от нарастающего напряжения. Дотянувшись до первого попавшегося предмета — почти что сломанный топор, он запульнул её в 'себя'. 'Он' стал исчезать, но перед тем как окончательно уйти, улыбнулся и произнёс — Это не последняя наша встреча. — После этого разговора Диамкей потянулся к ромашковому супу, который давно собирался выпить, надеясь, что он поможет ему уснуть и успокоиться. Но когда он уже прикоднёс тарелку ко рту, внезапно тело охватил новый припадок. Это было нечто большее, чем просто жажда. Он почувствовал, как его мышцы напрягаются и увеличиваются, это происходило очень быстро. Всё вокруг стало расплываться. — Нет, нет, нет… — прошептал Диамкей, пытаясь справиться с нарастающим приступом. Он рухнул на пол, его тело начало дёргаться, и он не мог сдержать крики боли. Эти припадки становились всё более частыми и всё более сильными, он не знал как с ними справляться. Диамкей чувствовал, как его голод становится всё более сильным, и это пугало его. — П-по… — попытался он сказать, но его голос снова сорвался на крик. Он был один на своей базе, и никто не мог ему помочь. В его сознании всё смешалось — страх, голод, отчаяние. Он понимал, что должен найти выход, но Диамкей лежал на холодном полу, его тело сотрясалось от приступов, а в голове царил хаос. Каждая волна боли, пробегающая по каждой мышцы, заставляла его кричать, и он не мог сдерживаться. Внутри него разгорался голод, который становился всё более невыносимым, и он чувствовал, как его клыки растут с бешеной скоростью, болезненно прорываясь сквозь дёсны. Диамкей раскрыл рот пошире, стараясь не порвать его о растущие клыки, но они уже пробили дёсны и его губы, рот начал кровоточить. Собственная кровь потекла ему в горло, и в этот момент клыки замедлили свой рост, но это было незаметный эфект. Диамкей не мог нормально соображать, и всё, что его интересовало, — это избавиться от этой невыносимой боли. В отчаянии он начал искать что-то, что могло бы хоть ненадолго замедлить рост клыков. Боль затмила его сознание, и он стал котатся по полу, пытаясь дотянуться до чего-то, что могло бы помочь. Его рука нащупала что-то мягкое и живое — это была крыса. В состоянии паники он не осознавал, что это живое существо, и, несмотря на её писк, протянул её к своему рту. Крыса пищала, но звук её крика не был слышен из-за другого крика. Диамкей продолжал сжимать её, пока не прозвучал последний писк, после чего её кровь потекла ему в горло. Запах железа заполнил его ноздри, и в этот момент боль немного уменьшилась. Клыки начали немного уменьшаться, но Диамкей продолжал высасывать последние соки из крысы, как будто это было единственное, что могло его спасти. Когда полу-вампир отбросил обескровленную тушь в сторону, он заметил, что его голод немного утих, а клыки больше не так сильно мучили его. Встав, Диамкей решил направиться к своим фермам с животными. Если кровь крысы помогла ему немного остановить рост клыков, то, возможно, выпив ещё крови, он сможет окончательно избавиться от своих мучений. Когда Диамкей зашёл в вольер с коровами, его разум стал затуманиваться из-за жажды, которая не давала ему покоя. Он не понимал, что творит, пока не очнулся от этого состояния. Оглянувшись, он увидел, что половина его коров шарахалась от него по крояв вольера, а другая часть уже лежали обескровленными на земле. Вокруг стоял резкий запах железа, и он почувствовал, как его желудок был наполнен. — Как я сюда попал? — прошептал он приходя в себя. Диамкей смотрел на ужасное зрелище, которое открылось перед ним. В этот момент он не мог поверить, что сделал. Выбегая из вольера, Диамкей направился к своему дому. Он почувствовал, как страх и ужас переполняют его. Он знал, что что-то не так, и это стало ему ясным, когда он посмотрел в зеркало. То, что он увидел, заставило его сердце сжаться от ужаса. Перед ним стоял зверь — с кровавыми глазами, полными безумия, и покрытым с ног до головы кровью, особенно вокруг рта и на руках. Он выглядел как хищник, который только что вернулся с охоты. Посмотрев ещё раз, он обратил внимание на свои клыки. Они уменьшились, но всё ещё оставались довольно большими — около трёх сантиметров сверху и одного снизу. В то же время Диамкей испытывал странное чувство сытости — давно забытое, но такое желанное. Собравшись с мыслями, полу-голем начал размышлять о том, как ещё уменьшить длину клыков, хоть они изначительно уменьшились, но всё равно были большими. Вдруг в его голове прозвучала мысль, которая показалась ему безумной, но в то же время привлекла его внимание. Почему бы не выпить свою кровь? Это могло помочь ему, как это уже произошло с крысой и с коровами. Поднеся правую руку ко рту, он раскрыл рот пошире и прокусил её. Боль от укуса была незначительной. Кровь потекла по его горлу, и в этот момент он почувствовал, как клыки снова начали уменьшаться. Это вызывало облегчение. Теперь они были в пределах разумного размера, с которым можно было говорить и есть нормально, но преждний дискомфорт всё ещё оставался, видимо из-за недавних болей. Пока Диамкей стоял напротив зеркала, его мысли метались между страхом и решимостью. Он знал, что должен найти способ контролировать свою жажду, прежде чем она поглотит его целиком. Сев на кровати, Диамкей начал анализировать произошедшее. В его голове царил хаос, но он понимал, что должен собрать свои мысли и найти решение. Он знал, что ему нужна кровь. Но как её достать в нужных количиствах? С одной стороны, брать кровь у животных — это конечно вариант, но он понимал, что для утоления его жажды эффект всё равно будет неполным. Он чувствовал, что его тело требует чего-то большего, чем просто кровь животных. На собственной крови далеко не уедешь, и он понимал, что это лишь временное решение. Тогда у него остался ещё один вариант — пить кровь у кого-то из знакомых. Эта мысль заставила его поразмыслить над тем, как он сможет это сделать. Он мог бы предложить кому-то алмазы в обмен на кровь. Это звучало довольно просто, но он не мог избавиться от ощущения, что это будет неправильно. Диамкей не хотел, чтобы его считали сумасшедшим, но в то же время ему было всё равно на чужое мнение. Однако эта мысль вызывала у него беспокойство. Он не мог понять, почему. "Может, это потому, что я недавно поссорился с большинством знакомых?" — размышлял он. В конце концов, он решил, что стоит попробовать договориться с кем-то. Если не получится, то, возможно, ему придётся прибегнуть к насилию. Надев элетры, Диамкей полетел к спавну. Ветер свистел в ушах, и, несмотря на всю тревогу в его сердце, он ощущал, как свобода полета даёт ему какое-то временное облегчение. Когда Диамкей приземлился на спавн, он решил осмотреться и найти кого либо. Не найдя никого на поверхности, было принято решиние спуститься на чёрный рынок. Удача улыбнулась ему, ведь там растовлял свои товары владелец магазина, а именно Барсигоуд. — Привет Бирси, — начал Диамкей, стараясь, чтобы его голос звучал уверенно. — Давно не виделись. — Привет Диамкей! Ты прав, после того как ты ушёл тебя что-то не видать. Всё нормально? — спросил Барст, на его лице было небольшое беспокойство. Диамкей почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Он знал, что сейчас или никогда. — У меня есть небольшая просьба. Ты… ты можешь продать мне свою кровь. — Он быстро произнёс эти слова, боясь, что его остановят. Барси приподнял бровь, и в его глазах читался вопрос. — Кровь? Это довольно странная просьба… — начал он, но Диамкей перебил его. — Я готов заплатить. У меня есть алмазы. Я могу предложить тебе их сразу. Как насчёт литр за десятку? — произнёс он, чувствуя, как сердце замирает от страха, боясь что его прогонят. Барси замялся, и в его глазах промелькнуло сомнение. — Зачем тебе кровь? Тем более за такую сумму? — спросил он, явно озадаченный. Диамкей почувствовал, как его охватывает раздражение. Он не хотел объяснять свои проблемы, он просто хотел получить то, что ему нужно. — Это личное дело, — ответил он, стараясь говорить спокойно. — Я просто… мне это нужно. Гндоровец всё ещё смотрел на него с недоверием, и Диамкей почувствовал, как его терпение иссякает. Он знал, что время поджимает, и ему нужно было действовать. — Если ты не хочешь, я пойду к кому-то другому, — произнёс он, пытаясь скрыть своё разочарование. — Подожди, — сказал Бирси, и в его голосе послышалась неуверенность. — Я наверное соглашусь, но алмазы вперёд. Диамкей почувствовал, как его сердце замирает после вопроса Барси. Он хотел уже уходить, терзаясь мыслями о том, как быстро ему нужно решить свою проблему, и в то же время ощущая нарастающее давление бессонницы. Он не спал уже несколько дней, и это начало сказываться на его состоянии. Мысли путались, и он не мог сосредоточиться. — Земля вызывает Диамкей, земля вызывает Диамкей — пытаясь отвлечь от размышлений говорил Барси. — Ты в порядке? — Диамкей очнулся и понимял, что его мысли всё ещё затуманены бессонницей, и он не мог позволить себе показать беспокойство. Ему нужно было сосредоточиться. — Спасибо, спасибо, спасибо. — быстро пожимал руку говорил Диамкей. — Ты даже не представляешь что это значит для меня. — — Да всегда пожалуйста, не чужие же люди. — говорил Барси, забирая руку из рукопожатия. — Ты только скажи сколько тебе нужно, а я попробую поискать добровольцев. Только знай, цена повысится. — в своей манере продолжал говорить владелец рынка. — Только давай немного попозже, мне надо товар дорагложить. — — Хорошо, я тогда напишу тебе через несколько часов. — с радостью сказал Диамкей. Возможно теперь припадки от голода исчезнут и оставят его в спокое.