Глава 25: Арья Тэнэро. (Часть 2)

Неторопливо добираясь до своего двухэтажного кирпичного коттеджа, время уже близилось к ночи. Потемневшие улицы королевства бездушно пустовали, и лишь крайне изредка можно было увидеть одиноких конных наездников, возвращающихся по своим нынешним пристанищам. Многие же заведения уже давно, как были закрыты, что не позволило Настасьи совершить несколько желанных ей покупок. Подплыв к своему дому, первым что бросилось нашим героям в глаза, был горящий оконный свет на первом этаже, всё говорило это о том, что Кевин благополучно возвратился с замка Марокк-рад. Неторопливо отворив дверцу, до ушей Сирен донёсся ясный шум работающей газовой кухонной плиты, всех это конечно удивило, ведь как никак готовая еда присутствовала в доме, да и Кевин никогда ранее ничего сам обычно не готовил, а тут такая неожиданность. Услышав, что кто-то заплыл домой, Сирен прекратив свою работу, направился в коридор, где и встретил свою блуждающую до поздна семью. Обменявшись взглядами матушка первой соизволила выяснить в чём непосредственно дело. — Кевин, ты что... Готовишь? — Да мама, решил попробовать. Вас очень долго не было и я подумал, что вы будете голодными, вот и попробовал, надеюсь съедобно. Готовил по твоему личному рецепту из поваренной книжки. — Какой ты у меня молодец! — крепко обняла Настасья своего сына. Сирен не ожидал такой реакции от собственной матери, так как раньше им крайне редко приходилось обниматься. Чуть помешкав он невольно улыбнувшись также приобнял её в ответ, но только стоило ему запечатлеть явное недовольство собственного отца, как юноша сразу же передумал продлевать подобные объятия. — Ну ладно мама, мне пора доготавливать, а то переварю. — Хорошо сынок, — ослабив усилия отстранилась Настасья. Как только еда приготовилась вся семья с нетерпение приплыла на кухню, дабы отведать приготовленной Кевином тростниковой пасты. Перед начало трапезы Настасья уже по привычке хотела была разлить всем морского чая, но и тут Кевин знатно всех удивил приняв данную задачу на себя. Отец же в свою очередь который самолично воспитывал юношу, никогда ранее не видел своего сына таким хозяйственным, что его конечно ещё более сильнее раздражало, но виду Карон старался не подавать. — Ммм, Кевин получилось очень вкусно! — радостно призналась Настасья. Приняв похвалу от матери, юноша вне себя от счастья постучал по своим копытам, и демонстрировал свою радостную улыбку. Вслед за Настасьей, очередь дошла до Арьи с отцом. Девочка разделила такие же впечатления как и её матушка, что не сказать об отце, который всё так же мрачно посиживал внушая страх каждому, кто только соизволит на него посмотреть. — Отец, — промолвил Кевин, увидев явное недовольство Карона, — что с тобой? — Со мной всё в порядке, — проворчал генерал, посматривая на не тронутую им пасту. — Дорогой, поешь, — настаивала Настасья. В этот момент нервная система Сирена уже явно дала сбой. Оскалив свои клыки, Карон всплыв из-за стола, резко схватил блюдце и со всей силы швырнул в стену, да так, что посудина раскололась на множество меленьких осколков, а вот паста осталась красоваться прилипшей на стене. В край испугавшись, Арья незамедлительно прижалась к маме, которая сама никак не ожидала подобного поведения от своего мужа. В порыве ярости, Карон был готов весь дом разгромить если бы с ним сейчас не заговорили. — Карон, что ты себе позволяешь! — не ослабляя объятий, истерично вскричала Настасья, в то время как Кевин лишь следил за происходящим. — Я что себе позволяю? — удивлённо произнес Карон, но вскоре его тон изменился на более грубый. — Это вы себе, что позволяете! Какие пасты! Какие нежности! Какие добрые сердца! — Что ты хочешь этим сказать? — тут же переменившись в тоне, спокойно спросила жена. — А то, что Сирены не должны быть добрыми! Раньше я мог закрыть на это глаза, видя как ты добра к другим или ещё что-то, но я устал терпеть. Арью исключили из школы, Кевин хладнокровный убийца, которым гордится его отец, теперь готовит еду! — Арью исключили их школы? — прервав собственное молчание, рефлекторно всплыв из-за стола, ужаснулся Кевин, бросив на отца вопросительный взгляд. — Представь себе, да! После чего Карон глубоко выдохнув подплыл к холодильнику, и взяв оттуда бутылку водки, уже собирался покинуть дом. — И куда это ты? — уже хотела было всплыть Сирена, — К своему другу алкашу? — Для тебя алкаш для меня давний боевой товарищ... Хотя о чём я ты же у нас такая вся уси пуси! — Какой пример ты показываешь нашей дочери! — Эта она какой пример показывает, опозорила меня на всё Королевство! Как я теперь окружающим в глаза смотреть буду! — Значит тебя больше заботить личная репутация, ежели собственная дочь? — Иди нахуй короче! — выдержав небольшую паузу, выплеснулось у Карона из уст, заставив Настасью тем самым ужасающе ахнуть. — Извинись перед мамой! — на полном серьёзе пригрозил Кевин, но матушка вовремя его остановила. — Чего? — невольно усмехнулся генерал, поражаясь поведению собственного сына, — А ты ничего не перепутал, а? Капитан?.. Или ты хочешь по окончании отпуска мыть коридоры замка Марокк-рад? Арья меня уже опозорила, поэтому знатно понизить тебя мне уже будет не за падло будет! Ну... Что молчишь, скажи что нибудь. — Не такого, — вмешавшись, еле слышно прошептала Настасья. — Не какого что? — повторил он. — Не такого мужа я полюбила 24 года назад! — стиснув клыки пролепетала Сирена. — Знал бы я какими у нас буду дети, я бы скорее сдох чем женился на тебе, — закончив на этом и со всей силы захлопнув дверь, Генерал покинул дом. Карон и представить не мог какую фатальную ошибку совершил, проговорив подобные слова которые очень сильно задели его семью в частности Настасью, которая ухватившись за изнурительно разбитое сердце не смогла совладать с собственными эмоциями. — Ну ма-ам, — успокаивающе приобняв опечаленную матушку, сочувствуя произнёс юноша, — не слушай его, ты у нас самая лучшая. — Спасибо сынок, — сквозь слёзы еле слышно прошептала она. Арья сейчас понимала, почему отец так себя повёл, а именно из за того, что она не смогла оправдать его ожиданий. — Прости мама, это я виновата в том что папа так себя повёл, — жалобно призналась девочка. — Доченька не говори такого, — слегка успокоившись ласково обратилась Настасья к дочери, — просто отец у нас очень строгий, он же Генерал всё таки, но это не означает что все его дети должны подстраиваться по него ведь каждый сам по себе уникален. — Мама извини что вмешиваюсь, но разреши узнать, почему Арью исключили? — Потому что сынок, она особенная, и я верю что когда нибудь в будущем, её дети либо же потомки смогут положить конец нынешним войнам. Данные слова заставили Кевина знатно задуматься. — Вот оно что! — вскоре произнёс он, встретившись взглядом со своей сестрой. Ни проронив не слова более и завершись свой поздний ужин только уже без Карона, Арья первой покинула стол отправившись в свою комнату, оставив Настасью с Кевином на едине. — Кевин? — первой спросила матушка, отмывая грязную посуду. — Да, мама. — ответил он, убирая осколки тарелки. — Скажи честно, почему ты решил готовить? Тебя кто-то заставил? — Нет, я просто захотел чего-то нового. Знаешь убивать врагов, или караулить коридоры замка Марокк-рад, как бы наскучило. Мне жаждется развиваться и в других видах деятельности, и если честно мне кажется что настоящий мужчина это не только тот, кто постоянно отдаёт долг родине, но и умеет в плане быта позаботиться о себе и других. — Очень похвально сынок, жаль что отец не одобрил, но ты и так прекрасно знаешь почему. — Ты права... Ладно мама я наверное уже пойду спать, спокойной ночи. — с этими словами, закончивший уборку Кевин, неторопливо отправился в свои покои. — Спокойной ночи сынок, — пожелала Настасья на последок. Приведя кухонную утварь в порядок Сирена поднялась на второй этаж в комнату своей дочери, которая при свете горящей лампы уже лежала на кровати. Потихоньку подплыв, Настасья хотела была выключить светильник, но как оказалось, Арья ещё не спала. — Мама, — посмотрев на неё, она про продолжила, — ты сердишься на меня? Присев на кровать, мать нежно начала поглаживать свою дочку. — С чего мне на тебя сердиться малышка? — Но ведь папа сердится и Кевин наверное тоже. — Ошибаешься, Кевин никогда не будет сердиться, он твой брат и любит тебя, а вот папа просто... — выдержав небольшую паузу, Сирена решила рассказать Арьи правду, — Просто твой папа очень сильно боится вас потерять, так как он в своё время потерял многих боевых товарищей, и твой папа прекрасно знает насколько безжалостны наши враги, и поэтому он боится, что проявление подобных качеств станет большой уязвимостью для вас. — Я не хочу расстраивать папу, но и убивать тоже не хочу. — Не переживай из за этого, рано или поздно ты всё равно найдёшь своё предназначение. — Я знаю, чего я хочу, только можно сказать тебе на ушко. — Конечно, — ответила мама, приложив своё ухо поближе к дочери. — Я хочу быть домохозяйкой, как ты. Научи меня. — прошептала девочка. Данный ответ не чуть не огорчил Сирену, а лишь обрадовал. — Обязательно научу, после того, как ты крепко отоспишься. Поцеловав Арью в лоб и выключив лампу, Настасья покинула комнату прикрыв за собой дверь. Направившись в свою супружескую спальню, по дороге из за окна Сирене показался таинственный силуэт, которым являлся непосредственно почтальон, влаживающий небольшое письмо в личный почтовый ящик семейства Тэнэро. Подождав какое то время, дабы Сирен уплыл, Настасья решила забрать документ и ознакомиться с ним дома. Взглянув на печать, было ясно, что поставлено оно было школьной организацией в которой ранее училась Арья, после чего развернув сам документ, Сирена зачитала в нём следующие строки. — "В связи с постановлением школьного руководства преисполняется приказ досрочно завершающий обучение ученицы 1 Д класса Арьи Тэнэро, путём исключения и общеобразовательного учреждения, в связи с невыполнением необходимых образовательных показателей". Дочитав до последнего слова, Сирена не желая его больше видеть, тут же выбросила письмо в пылающий камин.