1

      — И что ты думаешь? — Цунаде отпила немного саке и перевела взгляд на небольшой сад по левую сторону от нее: солнце садилось и деревья постепенно начали покрываться красно-лиловыми оттенками. Вечерний летний ветерок приятно касался кожи, принося умиротворение.       — Хочу задержаться тут еще на какое-то время: год, может два, — делая несколько глотков обжигающей жидкости и поставив пиалу на стол, Сакура положила подбородок на ладонь и также устремила взгляд на опускающийся закат.       Время от времени она встречалась с Цунаде для того, чтобы обсудить ее продвижение в медицине, новые технологии, исследования, нововведения, которые они могли бы внедрить в Конохе, чтобы улучшить систему госпиталя и облегчить рабочий процесс другим медикам.       — Хм, — Цунаде вздохнула, так и не отрывая взгляд от пейзажа. — Прошло уже десять лет, как ты покинула Коноху. Все еще нет желания вернуться обратно?       — Шишоу... — это была единственная часть, которую она не любила больше всего: постоянное подведение диалога к вопросу о том, когда она вернется.       Сакура не могла сказать, что ей не хочется вернуться. Нет, она любила Коноху, любила свой дом, что остался там, людей, которые когда-то окружали ее. Но в какой-то момент она остро ощутила потребность в каких-то изменениях.       Однажды, сидя в своем кабинете в госпитале и заполняя очередные отчеты о проделанной работе, она поняла, что ее жизнь проходит мимо нее. Летит с неимоверной скоростью. Тогда ее рука замерла над бумагой, так и не дописав несколько слов, а сама Сакура застыла, словно статуя, в своем кресле. Осознание того, что ее жизнь превратилась в тошнотворную рутину, настигла ее молниеносно. Каждый день она поднималась по будильнику, шла в ванную, принимала душ, чистила зубы, наносила крем на лицо, расчесывала волосы, одевалась и шла в госпиталь, где работала до поздней ночи. После же возвращалась домой, принимала душ и смертельно уставшая падала на кровать. Она могла проделать все это с закрытыми глазами и буквально сказать, сколько минут занимает то или иное действие. Даже ее обеденное время всегда было четко по расписанию и не занимало больше двадцати трех минут. Настолько слаженно был отработан механизм.       Она вырвалась из своих мыслей, вспоминая события такой давности и перевела взгляд на Цунаде, понимая, что молчит уже достаточно долго и собираясь ответить.       — Да-да, знаю, это все сделано из твоих благих намерений. Ты хочешь развивать медицину в других деревнях и все в таком духе, черт тебя дери... — махнув рукой ответила женщина, уже зная о том, что могла сказать ей Сакура.       Первое время после войны все было вполне естественно: каждый погрузился в работу, чтобы стереть воспоминания о тех днях как можно скорее. Жизнь не стояла на месте и каждый двигался так, как мог и считал нужным. Сперва она часто проводила время в компании друзей: два раза в неделю они собирались в баре и веселились. Иногда они устраивали различные вылазки за пределы деревни, чтобы вместе насладиться природой, спать под открытым небом, играть на пляже, позволяя солнцу оставлять лёгкий загар на теле. Тогда они все возвращались в Коноху счастливыми и отдохнувшими, вновь погружаясь в работу.       В очередной раз, когда вся их компания выбралась за пределы деревни, чтобы отдохнуть, Сакура обнаружила себя лежащей в тени дерева и наблюдающей за всеми со стороны. Улыбающиеся друг другу люди, ее друзья, товарищи, которые прошли с ней войну, которые бились с ней плечом к плечу, — предстали перед ней абсолютно чужими. Они учились жить дальше, обретали новые связи, отношения, но она не могла. Ей не хотелось участвовать в какой-то игре, которую придумал Наруто, вовлекая за собой Хинату. Не хотелось вести любые разговоры с Ино, когда она пыталась свести ее с разными шиноби, чтобы Сакура не стала затворницей. Не хотелось отвечать друзьям, когда они обращались к ней с каким-либо вопросом. Она не хотела быть здесь.       Постепенно она начала все меньше проводить времени с ними, предпочитая остаться дома и побыть в тишине или прочитать новую книгу по медицине, которую она еще не видела. Сакура осознала, что она медленно, но верно отдаляется от всех. Однако при этом она не ощущала это, как нечто неправильное. Просто так ей было лучше, так ей было комфортнее. Возможно именно из-за того, что все происходило постепенно, никто из ее друзей не предавал значение тому, что она появлялась в компании сперва через раз, потом несколько раз в месяц, затем лишь один раз и позже совсем перестала появляться на общих встречах.       Иногда Наруто или Ино предпринимали слабые попытки вытащить подругу на один вечер, но каждый раз их постигала неудача в виде отговорок, вроде: «слишком много работы», «у меня завтра операция», «мне нужно написать отчеты, ты же знаешь Шишоу». Так что в конечном итоге они сдались. Она не могла винить их в том, что они буквально перестали общаться с ней. Это был ее осознанный выбор и она не испытывала чувств сожаления.       Именно поэтому после очередной смены в госпитале, когда Сакура должна была идти уже привычной дорогой домой, она развернулась и пошла в абсолютно другом направлении: к башне Хокаге, чтобы сообщить о том, что она хочет на время покинуть Коноху.       — Я предполагала, что твое отсутствие может занять несколько лет, но я не думала, что это займет такое количество времени, — Цунаде вновь вернула свой взгляд на собеседницу, которая сидела перед ней.       За все то время, что Сакура отсутствовала в деревне, она сильно изменилась: детские черты ее лица стали более вытянутыми, повзрослевшими, светлый оттенок ее кожи, что был присущ ей в ее девятнадцать лет, теперь стал более темного, загорелого оттенка, что ей неимоверно шло, делая ее зелёные глаза более выразительными, а ее розовые волосы из-за солнца стали на тон светлее. Что оставалось неизменным, так это длина ее волос, которая все также была немного выше линии плеч. Ее фигура претерпела некоторые изменения, став более женственной, отодвигая на задний план ее прежнюю угловатость и худобу. Она почти не прибавила в весе, однако ее тело теперь представляло собой более мягкие очертания уже взрослой девушки, которая не забывала уделять время тренировкам.       — У Наруто скоро инаугурация. Паршивец мне уже все уже прожужжал о том, что мне пора продвинуться, — Сакура откинулась на спинку стула, слегка кивнув Цунаде, показав, что она слушает. — Хорошая возможность для тебя ненадолго посетить Коноху.       — Не удивительно, он мечтает об этом с детства, — уголок ее губ дернулся, однако поза оставалась неизменной, — я отправлю ему письмо с поздравлениями.       Цунаде цыкнула на такой ответ своей ученицы и начала постукивать пальцами по деревянной поверхности, хмуря свои брови. Её начинала раздражать такая реакция Сакуры, потому что ничто не могло убедить её за столько лет вновь вернуться обратно. Другой рукой взявшись за пиалу, она сделала небольшой глоток саке и со звонким стуком поставила напиток обратно на стол. Поведение её собеседницы оставалось неизменным.       — Ты ведь знаешь, что он обидится, — ее недовольные медовые глаза стрельнули в Сакуру, но та непоколебимо его выдержала. — Тем более вы давно не виделись. Ты и так пропустила его свадьбу с Хинатой.       — Шишоу, Наруто уже взрослый мальчик, — Сакура вздохнула и слегла выпрямила позвоночник, потягиваясь на стуле. Как бы она не любила Цунаде и не скучала по ней, такие встречи постепенно все равно ее утомляли своими повторяющиеся темами. — Я понимаю, что ему, возможно, будет неприятно мое отсутствие, но рядом с ним есть Хината и мы обе прекрасно знаем о том, что она великолепно справится с ролью поддержки мужа на такой важном событии.       — Хината — не ты, Сакура. Мы обе прекрасно это знаем, — скривив свои губы, Цунаде продолжала пытаться воздействовать на Сакуру, хотя и знала, что это вряд-ли поможет.       Если ее ученица приняла какое-то решение, то ничего не могло ее переубедить. Иногда она жалела о том, что вырастила вторую свою копию, но только в стократ более упертую и абсолютно не готовую мириться с тем, что противоречит ее взглядам или уже принятым решениям.       — Мое присутствие не изменит ровным счетом ничего, даже если я буду находиться там какое-то время. Как только он заступит в должность, на него свалится огромная бумажная волокита. Возможно он уделит мне час или два своего времени, но только и всего, потому что потом ему придется принимать поздравления от всех деревень. Ты сама знаешь — Наруто имеет друзей по всему миру, так что каждый будет считать своим долгом присутствовать в такой важный день. Не хочу, чтобы он разрывался между тем, чтобы поговорить о том, как протекают наши жизни и тем, что ему необходимо работать.

***

      После инаугурации Наруто прошло несколько месяцев. Как Сакура и обещала — она отправила ему письмо, в котором передавала поздравления с исполнением его заветной мечты и пожелала не раскисать от того, что теперь ему предстоит протирать штаны в кабинете вместо того, чтобы спасать мир. Она была уверена: ее сокомандник все же не так представлял себе его должность. Но пусть принимает реальность такой, какова она есть.       Сакура хмыкнула. Стоя сейчас с фужером шампанского в одной руке, она вспоминала их детство и первые миссии вместе в составе команды номер семь. Сейчас она удивлялась тому, как Наруто сохранил весь свой разум вменяемым после того, сколько раз Сакура припечатывала его к земле своим кулаком. Прибывая в банкетном зале, по поводу очередного празднования улучшений в области ирьенодзюцу между деревнями, она осмотрелась вокруг: здесь были не только медики с которыми ей приходилось работать по долгу службы, но также и влиятельные лица, инвесторы, которые считали своим долгом почтить их вниманием. Конечно, без их денежных вложений в ее работе не было бы возможности проводить так много исследований, которые с большим успехом помогали в извлечении больных. Однако она не могла долго выносить все эти лица, наблюдая за их чувством превосходства по отношению к другим. Волновала ли их судьба гражданских? Шиноби? Сирот? Ничуть. Ее губы едва заметно сжались в одну четкую линию от недовольства. Политика явно была не ее стихией и она прекрасно это понимала. Сделав еще один глоток шампанского, гораздо больше чем в прошлый раз, она поставила пустой фужер на поднос проходящего мимо официанта (?), лишь для того, чтобы взять другой, полный. Без алкоголя этот вечер пройдёт для нее в мучениях.       — Совсем невыносимо? — раздался позади нее низкий голос и неспешные шаги, оповещая о том, что ее место уединения раскрыто.       — Проще провести пятнадцати часовую операцию, чем находиться в этом обществе несколько часов. Для меня здесь каждая минута равна мучениям. Забери меня немедленно, — Сакура слегла повернула голову, переводя нечитаемый взгляд на мужчину. Как только он поравнялся с ней, она услышала мягкий смех около своего уха.       — Ты самый желанный медик, Сакура. Им всем нужно твоё внимание, даже если ты готова поставить их всех на колени и заставить молиться на тебя одним своим взглядом, — мужская ладонь легла на ее поясницу, от чего ее плечи немного расслабились. Мягкая улыбка на его лице отозвалась теплом в ее груди. — Тебе невероятно идет это платье.       Девушка фыркнула, но понимала, что он был прав. Платье глубокого красного оттенка было словно создано для нее. Приятная шелковая ткань облегала ее тело, будто вторая кожа, плотно прилегая и подчеркивая небольшую, красивой формы грудь и изящную талию. В области бедер фасон был чуть более свободным, но имело разрез с одной стороны, в нужный момент открывая вид на длинные, роскошные ноги с легким золотым оттенком, который так нравился Сакуре. Само платье заканчивалось чуть выше щиколоток, что в купе с высоким каблуком ее туфель прибавляло ей рост ровно настолько, чтобы она казалась еще более грациозной и изысканной. Небольшой медальон на тонкой цепочке только добавлял ей элегантности, а слегка волнистые волосы дополнили этот образ.       — Потому что это твой подарок, — сделав очередной глоток алкоголя, она улыбнулась и повернулась к стоящему так близко к ней мужчине. Одна ее ладонь удобно разместились на холодной ткани мужской рубашки. — Ты меня балуешь, Томохиро.       Мужчина показательно скривился от услышанного, но все же улыбнулся.       — Ты знаешь, что мне не нравится, когда ты называешь меня полным именем. Томо, просто Томо.       — Это не отменяет того факта, что сегодня вечером я в этом платье благодаря тебе, — левая бровь девушки слегка приподнялась, когда она посмотрела в серые глаза напротив.       Томохиро мягко улыбнулся, продолжая приобнимать Сакуру одной рукой. Его тёмные, волнистые волосы были идеально уложены, но несколько передних порядок все же выпало вперед, когда он наклонился, чтобы оставить лёгкий поцелуй на ее лбу и тихо прошептать:       — Улыбнись, милая, у нас гости.       — Что? — едва успев насладиться моментом, в котором ей хотелось прибывать подольше, Сакура успела лишь услышать слово «гости», когда блаженная нега заставила ее вернуться к реальности и повернуться туда, куда смотрел ее спутник как раз в тот момент, чтобы ее глаза слегла расширились от удивления. — Наруто?       — Хокаге-сама, Сакура-чан, — новоиспеченный Хокаге легкой походкой подошел к ним и улыбнулся.       Едва отойдя от шока, который она испытывала в первые секунды его появления, Сакура слегка отодвинулась от мужчины, чтобы получше рассмотреть находящегося перед ней Наруто или все-таки лучше было действительно назвать его Хокаге.       Стоящий перед ней в данную минуту человек не был похож на того взбалмошного парня, коим она его помнила. Сейчас перед ней стоял уже мужчина, который был выше ее на целую голову, если учитывать тот факт, что этим вечером она была на высоких каблуках. Но даже при этом он возвышался над ней. Теперь он был намного шире в плечах, чем прежде, черты его лица стали более мужественными, заостренными. Пронзительные голубые глаза все еще отдавали теплом, но теперь к ним также добавилась некая глубина и серьёзность, наверное, на это повлиял тот факт, что теперь на нем лежала большая ответственность. Хотя, если подумать, то так было всегда. Сколько она себя помнила. Беспорядок его светлых волос теперь заменяла более короткая стрижка, которая идеально подходила его взрослой версии и его статусу. Мантия хокаге обрамляла плечи, спускаясь по спине и заканчиваясь на середине бедер. Конечно он все еще носил костюм шиноби темно-серого оттенка с его излюбленным оранжевым цветом, но сейчас это вязалось абсолютно иначе с его новым образом. Быть хокаге определённо ему шло.       — Хокаге-сама, — повторила за ним Сакура, все еще прибывая в непонятном состоянии. Она не понимала свои эмоции в данный момент: часть ее была рада его появлению, очень отдаленная часть, но с другой стороны это было сюрпризом для нее и она не могла сказать, было ли это действительно приятно. Стараясь отодвинуть свои первые ощущения на задний план, она улыбнулась. — Не знала, что ты будешь на этом вечере. Я действительно удивлена.       — После инаугурации мне теперь необходимо посетить некоторые страны и деревни. Мы здесь ненадолго, всего несколько дней. Но я все равно не могу привыкнуть к тому, что на меня навалилось столько работы. Не представляю, сколько бумаг меня ждёт после возвращения в Коноху, — Наруто нервно засмеялся и по привычке взлохматил волосы на затылке, но вовремя опомнился, вновь соблюдая статусность. Сакура беспокойно улыбнулась, наблюдая за его действиями.       — «Мы»? — ее осанка стала до невозможности прямой после его слов. Разумеется, она знала, что Хокаге не может отправляться по делам в другие страны один. Как правило элитный отряд АНБУ сопровождает его все время деловой поездки. Но скользкое чувство того, что он имел ввиду не только АНБУ, поднималось на поверхность внутри нее.       — Какаши, Саске и Сай со мной, — как ни в чем не бывало ответил Наруто, не обращая внимания на отстраненное выражение лица подруги. — Мы прибыли только недавно, поэтому не могли прийти к началу мероприятия, но так как здесь также присутствуют Даймё, я обязан тут находиться. Я ведь Хокаге. Саске, кстати, должен быть где-то здесь.       Наруто отвлёкся от разговора с ней, переводя взгляд в правую сторону от нее и его глаза на миг стали отстранённым, видимо от того, что он пытался почувствовать чакру товарища, чтобы определить его местоположение. Убедившись в своих догадках, он вновь устремил взгляд на нее, возвращая первоначальную теплоту, после чего посмотрел на мужчину, который все это время не оставлял их во время разговора.       — Томохиро Като, Господин Хокаге, — поклонившись, мужчина вновь принял прежнее положение рядом с Сакурой. — Моя компания владеет несколькими исследовательскими центрами и госпиталями. Мы также занимаемся разработкой и внедрением более усовершенствованного медицинского оборудования.       — Конечно, вы совсем недавно прислали в Коноху новое оборудование! Это намного облегчило работу нашим медикам. Рад наконец-то с вами встретиться и лично сказать слова благодарности за неоценимый вклад в этом деле, — протянув руку стоящему перед ним мужчине, Наруто вежливо улыбнулся и слегка кивнул.       Сакура перевела взгляд на Томохиро и проследила за тем, как он и Наруто пожали друг другу руки.       Дипломатичность ее товарища по команде разительно отличалась от того, каким он был десять лет назад. Эта встреча все больше удивляла ее. Прикусив щеку с внутренней стороны, она продолжала наблюдать за развивающейся перед ней картиной того, как двое мужчин вели непринужденную беседу. Конечно, она предполагала, что должность Хокаге заставит Наруто повзрослеть, но она не предполагала, что это принесёт такие изменения в его манере общения. С другой стороны, чего ещё она могла от него ожидать? Каждый человек в какой-то момент становится более серьёзным, ответственным и рассудительным, даже если внутри все еще сидит ребёнок, который требует проявить дух бунтарства. Вероятно Хината также приложила к этому свою руку.       — Я должен идти, дела не ждут, — возвращаясь из своих мыслей, Сакура поняла, что данное обращение Наруто было адресовано ей, так что она вновь сосредоточила свое внимание на нем. — Рад был тебя увидеть, Сакура-чан. Ты совсем не изменилась. Надеюсь, у нас будет возможность немного поболтать.       — Конечно, Наруто, — легко согласившись, она вовремя прикусила язык прежде, чем сказать больше. Никакие встречи не входили в ее планы, если быть откровенной. Однако ее товарищ по команде широко улыбнулся, радуясь полученному ответу, после чего махнул рукой на прощание и, увидев кого-то в толпе, быстро начал удаляться в противоположную от них сторону.       — Вечер перестаёт быть томным, не правда ли? — загадочно произнёс мужчина, обращая внимание на задумчивую рядом с ним девушку.       — Шаннаро, мне нужно еще выпить, — вспомнив о том, что у нее в руках еще находилось шампанское, Сакура допила его одним глотком, чем вызвала смех стоящего рядом с ней Томохиро.

***

      На следующее утро на ее обеденном столе уже лежало письмо от Наруто, который напоминал ей о том, что он все еще хочет встретиться и не забывал уделить внимание тому, что никаких отказов он, как хокаге, не принимает. В самом низу письма были указано время и место встречи.       «Да кто тебя этому научил? Шаннаро!» – недовольно нахмурив брови, Сакура положила письмо обратно на стол, попутно делая глоток чая и прожигая взглядом бумагу перед собой. Нельзя было сказать, что ее утро начиналось замечательно.       Ей никогда не нравилось, когда ей не оставляли вариантов для отказа, а тем более мешали планам на день. Конечно, Наруто был ее другом, поэтому она могла что-то придумать, но после вчерашнего его появления и непродолжительного разговора с ним, она решила, что одна встреча ничего не изменит. Они не виделись десять лет.       Сакура не могла объяснить причину того, почему за эти годы она не видела никого из Конохи, кроме Цунаде и Шизуне. Так ей было комфортно. Она жила ту жизнь, которая ей нравилась и не испытывала недостатка в общении. В какой-то степени сейчас она понимала Саске в его стремлении не возвращаться обратно, когда они расшибали колени убеждая его совсем в другом.       «Никогда бы не подумала, что пойму его...»       Оглядываясь назад, она могла с уверенностью сказать, что между ней и Саске ничего бы не получилось. Никогда. Даже смешно. Они были абсолютно разными людьми и сейчас ей было в какой-то степени стыдно думать о том, что в ее подростковые годы она так сильно по нему убивалась.       «Стыдобища. Ладно хоть теперь над этим можно посмеяться, а не заливаться слезами в окружении сопливых платков. Ками!»       Допив свой горячий чай и повернув голову немного вправо в сторону настенных часов, она сверилась с письмом Наруто и поняла, что до назначенной встречи у нее есть еще час.       — Не нравится мне это, — бросив кружку в раковину, она медленным шагом пошла в направлении спальни, чтобы подготовиться к встрече.

***

      Ресторан, который выбрал Наруто, был расположен на холме, что открывало прекрасный вид на деревню Чая. Сакура любила это место, поэтому находиться здесь сегодня было для нее приятно. Не часто ей доводилось приходить в это заведение, но если она и посещала его, то каждый раз это было чем-то волшебным. Можно сказать, что любуясь окружающей ее природой, она вновь находила свой баланс, помогающий ей в восполнении энергии.       Вежливо поприветствовав официанта, тот провел ее до нужного столика, который находился в дальней части ресторана. Место было весьма укромным и изящным: небольшой сад, столик, за которым уже сидел Наруто в ожидании ее, а также волшебный панорамный вид на чайные плантации.       Услышав приближающиеся шаги, Наруто повернул голову в ее сторону и улыбнулся.       — Сакура-чан, — его голос звучал спокойно, но она распознала мягкость в том, как он произнес ее имя, — я рад, что ты пришла. Прекрасно выглядишь! Хотя я удивлён.       Уголок ее рта слегка приподнялся в ответ на такой комментарий, пока она присаживалась за стол. Да, ему было чему удивляться. С этим она не могла поспорить. За прошедшие годы изменился не только ее характер, но и стиль в одежде. Однако она могла утверждать, что ее характер всегда был таким, какой есть сейчас, просто только после ухода из Конохи она смогла полностью признать то, кем она являлась.       Сегодня ее наряд состоял из длинной, слегка расклешенной атласной юбки белого цвета, которая удачно акцентировала внимание на ее талии и доходила до икр. Верх состоял из чёрного облегающего топа без бретелей, подчёркивающего ее небольшую грудь и полностью открывающего вид на изящные ключицы и плечи. Тёмные очки вместе с босоножками на низком каблуке делали ее образ еще более утонченным, а маленькая сумка на плече полностью завершала композицию.       «Ино бы сошла с ума от моего вида», — пронеслось в ее голове и это было правдой. Такая мимолетная мысль о давней подруге ей не понравилась. Вероятно это было вызвано тем, что перед ней сидел человек с которым их связывает достаточно продолжительное на истории прошлое.       — Привет, Наруто, — снимая и откладывая в сторону очки, Сакура поправила свои слегка волнистые волосы. — Спасибо за комплимент и за приглашение.       — А, да, конечно, я не хотел упускать возможность встретиться, — немного смущаясь, Наруто поправил свои волосы, глубоко вздохнув. Она видела, что он нервничает по тому, как он продолжал осматривать ее и в его взгляде она видела, как удивление менялось на смятение, после чего переходило в некое напряжение. Спустя несколько секунд он поднес кулак ко рту и кашлянул, возвращая себе концентрацию. — Я не знал, что ты будешь, поэтому заказал какие-то блюда.       — Ну что же, — еще большее напряжение в плечах друга после ее слов заставило Сакуру внутренне посмеяться, поэтому она поспешила его утешить, — я пробовала здесь почти все, так что, думаю, ты не прогадал.       — Отлично, — прижав ладонь к сердцу, Наруто с облегчением выдохнул.       — И, пожалуйста, расслабься, я не кусаюсь.       — А, ну... — он запнулся, будто растеряв всю вчерашнюю уверенность в себе.       — Ты не на деловой встрече, а я не один из советников.       — Ты права, — откидываясь на спинку стула, Наруто устремил взгляд в небо. Продолжая оставаться в том же положении, он тихо продолжил, — просто я не знаю, как начать разговор... Прошло столько лет... В моей голове это выглядело гораздо легче, даттебайо!       Последние слова он проговорил немного громче, после чего засмеялся, возвращая ей свое внимание. Он собрался сказать что-то еще, но подошедший официант принес их заказ, поэтому несказанные слова повисли в воздухе, пока они наблюдали, как их стол пополняется едой. Как только они остались вдвоем, каждый из них приступил к еде.       — Как Хината? — Сакура решила нарушить тишину первой. Эта неловкость между ними постепенно наводила ее на мысль о том, что лучше было остаться дома или провести этот день иначе.       — У меня скоро родится сын, — ей пришлось напрячь слух, чтобы разобрать, что он ответил. Говорить с набитым ртом так и осталось привычкой Наруто. Когда смысл слов дошёл до нее, ее брови поднялись от удивления, но вместе с тем на губах была улыбка.       — Поздравляю, — слова прозвучали действительно искренне. Она была рада, что у них будет ребенок. — Это отличная новость! Когда Хината рожает?       — В марте, — отложив палочки, Наруто широко улыбнулся, позабыв про еду. Разговор о Хинате и о скором пополнении вызывал у него чувство неподдельного счастья. — Хината заставила меня ходить вместе с ней на какие-то курсы для будущих родителей. Я совсем ничего в этом не понимаю, но она постоянно даёт мне какие-то книги, чтобы я был готов к отцовству. Иногда я просто валюсь с ног от того, что в моей голове перемешаны законы деревни и руководства для ухода за новорождённым! Однажды я даже случайно уснул на какой-то встрече буквально на несколько секунд, а когда Шикамару толкнул меня, я начал говорить о том, как правильно нужно дышать и все в таком духе.       Наруто громко засмеялся, вспоминая этот момент в своей жизни, от чего его лицо озарила широкая улыбка, а возле глаз показались небольшие морщинки. Сакура улыбнулась, смотря на него. Внутри нее разрасталось тепло, которое нес ее бывший сокомандник.       — Значит Хината взялась за тебя основательно, — она продолжила есть при этом улыбаясь ему. — Когда родится ваш сын, то у тебя будет ещё больше обязанностей, чем сейчас.       Наруто заскулил, возвращая ей свое внимание.       — Я знаю, Сакура-чан, и полностью понимаю степень моей ответственности, поэтому не жалуюсь, — он подхватил палочками кусочек рыбы и отправил его в рот.       — Кстати, как вы решили назвать малыша? Или это пока ещё под вопросом?       — Боруто, это моя идея и Хината ее поддержала! — он просиял, говоря об этом с гордостью. — Хотя у меня были еще и другие варианты, но она их просто забраковала без лишних слов... Нет, ты скажи, почему имя Форуто ей так не понравилось? Хорошее же имя, как фортуна!       Палочки с едой остановились буквально в нескольких миллиметрах от губ Сакуры, когда она посмотрела на ее собеседника, вопросительно поднимая брови.       — Форуто? Действительно? Хочешь, чтобы твоего ребенка называли «Фу» или «Фо» или «Фуруто», а что еще хуже "Фурункул"? — она все-таки положила один кусочек суши в рот, смакуя еду и улыбаясь уголком губ. — Боруто явно звучит намного лучше, как по мне. Но, конечно, ты явно придумал это основываясь на своем имени, Наруто?       Она специально сделала акцент на его имени, потому что не нужно было далеко ходить, чтобы догадаться, почему такая идея пришла в его светлую голову.       — Именно! Ты же знаешь, что я люблю свое имя, которое дал мне извращенный отшельник, поэтому решил, что нужно продолжить традицию, хотя не могу же я назвать своего ребенка таким же именем...       Он на секунду загрустил, но потом тепло улыбнулся и тихо засмеялся своим привычным смехом, как в детстве, когда что-то задумал.       Разговор каким-то удивительным для Сакуры образом перешел в прошлое, когда Наруто обмолвился о том, как Хината ударила его за то, что он проспал их прием у врача и она никак не могла его разбудить. Это напомнило ему о тех днях, когда Сакура активно припечатывала его к стене или к земле, да к любой поверхности и не только, если что-то ей не нравилось.       Неожиданно для нее они оба смеялись, а их изначально запланированная короткая встреча уже растянулась на более, чем три часа.       — Действительно, — губы Сакуры дрогнули в лёгкой улыбке, когда она наблюдала, как Наруто жестикулирует, его руки рассекали воздух, отбрасывая причудливые тени на скатерть. Десять лет — а смех его всё такой же заразительный. Она сделала глоток чая, чувствуя, как тёплая жидкость оставляет горьковатое послевкусие на языке. Кончики её пальцев мягко провели по краю чашки, смахивая несуществующую пылинку.       — ... И тогда ты одним ударом — бах! — Наруто с размаху ударил кулаком по воздуху, его блондинистая чёлка взметнулась от резкого движения, — разнесла половину тренировочного полигона! Я до сих пор не понимаю, как сенсей вообще выжил после того удара!       Сакура позволила себе легкую улыбку. Её пальцы неторопливо вращали чашку на блюдце, оставляя влажные круги на полированной поверхности.       — Мы все были удивительно... энергичными в юности, — её голос звучал ровно, взгляд скользнул по закатным плантациям. Чайные кусты под косыми лучами напоминали золотые волны.       Наруто вдруг замолчал, его синие глаза расширились, уставившись куда-то за её спину. Солнечный луч поймал золотистые ресницы, когда его лицо осветилось улыбкой.       — О! А я думал, что вы не придёте!       Сакура почувствовала, как воздух вокруг стал гуще, но её дыхание оставалось ровным. Она поворачивалась медленно, словно под водой, её розовые волосы скользнули по плечу, открывая загорелую линию шеи.       В проёме, между бамбуковых штор, стояли трое: Сай, его вечная улыбка казалась ещё более неестественной при вечернем свете; Саске — его скрещенные руки подчёркивали напряжённую линию плеч; и Какаши... Его маска, как всегда, скрывала половину лица, но глаза — один тёмный, другой со шрамом — смотрели прямо на неё.       — Рамен здесь действительно хуже, чем в Конохе, — раздался тот голос. Низкий, с лёгкой хрипотцой. Какаши поднял чашку в приветственном жесте, его свободная рука осталась в кармане, создавая впечатление расслабленной небрежности. — Но зато вид неплохой.       Ветер донёс запах чая и чего-то знакомого — металла, пороха? Нет, просто память играла с ней.       — Присоединяйтесь, — Наруто жестом пригласил их, его пальцы нервно постукивали по столу, хотя улыбка оставалась широкой. Сакура заметила, как его взгляд скользнул к ней, проверяя реакцию. — Мы как раз вспоминали...       — Наши славные юные годы? — Сакура закончила за него, откинувшись на спинку стула. Её поза оставалась расслабленной, когда Сай занял место рядом, его колено случайно коснулось её ноги.       — Интересно. Ты всё ещё разрушаешь здания? — спросил он, безразличным взглядом смотря на нее, его пальцы сложились в знакомую мудру, хотя чакры он не использовал.       — Только сердца, — уголки её губ дрогнули, но глаза оставались холодными, как озёрный лёд в декабре.       Саске молча занял место напротив, его тёмные глаза скользнули по её одежде, останавливаясь на открытых плечах. Как и всегда его лицо было нечитаемым.       Какаши опустился последним, с лёгким стуком поставив перед собой чашку. Его единственный видимый глаз медленно обвёл её с головы до ног, останавливаясь на медальоне на её шее, потом на тонких запястьях. Она почувствовала, как по спине пробежали мурашки, хотя лицо оставалось невозмутимым.       — Так... — Какаши откинулся назад, его стул слегка скрипнул под весом, — кто-нибудь уже заказывал десерт?       Наруто нервно засмеялся, его пальцы запутались в волосах, придавая им легкую небрежность — детский жест, который он так и не перерос.       — Э-э, нет ещё! Сакура-чан, ты же любила эти... как их... моти с зелёным чаем, да?       Она медленно выдохнула, её грудь плавно поднялась и опустилась под тонкой тканью топа. Они все ждали её реакции — Сай с приподнятой бровью, Саске со своим нечитаемым лицом, Какаши с лениво прищуренным глазом.       — Моти с матчей, — поправила она, намеренно делая голос мягче, как для капризного пациента. Её пальцы изящно обхватили чашку, ноготь мизинца слегка постукивал по фарфору. — Но сейчас я предпочитаю темный шоколад.       — Темный шоколад, — Какаши повторил это нарочито медленно, его голос скользил по словам, как по лезвию куная. Он наклонился вперед, его маска почти коснулась пара, поднимающегося от чашки. — Прямо как твоя душа, да?       Наруто фыркнул, но тут же закашлялся, его ладонь шлёпнула по груди, когда он подавился слюной. Сакура почувствовала, как её правая бровь приподнимается сама собой, а уголок рта дёргается в почти незаметной усмешке.       — О, сенсей, — она слегка наклонила голову набок, позволяя вечернему солнцу играть в прядях её волос. Одна прядь упала на лицо, но она не стала её убирать. — Ты всё ещё пытаешься шутить? Мило. Как и твоя маска. Столько лет — и ничего не меняется.       Какаши поднял руки в успокаивающем жесте, его единственный видимый глаз искрился забавной искоркой, хотя остальная часть лица оставалась скрытой. Его пальцы растянулись, как бы показывая, что он безоружен. Бывшие ученики до сих пор могли называть его «сенсей», хотя под «бывшими учениками» он имел в виду Наруто. Саске перестал так делать еще когда был генином, а Сай… Ну, это другая история. Сейчас Какаши больше удивило то, что Сакура, не задумываясь, обратилась к нему на «ты».       — Ну что ты, Сакура-чан, я просто восхищаюсь твоим взрослым вкусом. Хотя... — он нарочито медленно потянулся к меню, его рука на мгновение замерла в воздухе, прежде чем взять лист пергамента, — в моём возрасте сладкое уже не так привлекает, как раньше.       — Э-э, кстати о возрасте, — воскликнул Наруто, его руки взметнулись вверх, опрокидывая салфетку. Он поспешно подхватил её, прежде чем она упала на пол. — Вы знаете, этот Томо... Как его там...       Он нервно облизнул губы, его глаза метались от Сакуры к Какаши, ища поддержки. Его нога под столом нервно дёргалась, задевая ножку стола.       — Томохиро Като, — плавно закончила за него Сакура. Она положила правую ногу на левую, принимая немного другое положение. Её поза оставалась расслабленной, хотя плечи выпрямились почти незаметно. — Его компания обеспечивает больницы в Стране Чая. Кстати, — её взгляд скользнул по лицам бывших товарищей, останавливаясь на мгновение на Какаши, — именно он организовал поставки нового оборудования в Коноху после вашего запроса. Насколько мне известно, последняя партия томографов уже установлена в госпитале.       — Да-да, постоянно забываю его имя, — Наруто стукнул ладонью по столу, чашки задрожали от удара. Он быстро продолжил, его слова вылетали, как кунаи: — Он действительно помог нам! Новые аппараты в госпитале — это просто бомба! Шизуне в восторге! Она даже сказала, что...       — Вы встречаетесь? — Сай перебил его, его вечный улыбчивый рот не соответствовал холодным глазам. Он сложил пальцы перед лицом, как в молитве, но без тени благочестия.       — Сколько ему лет? — Саске вклинился, его голос был острым, как лезвие. Его чёрные глаза сверлили Сакуру, а пальцы на несколько секунд сцепились так крепко, что кожа вокруг ногтей побелела. Однако вряд ли кто-то заметил это, потому что он вновь поддался своему контролю.       Тишина повисла густой пеленой. Наруто замер с открытым ртом, его рука застыла в воздухе на полпути к чашке. Какаши медленно опустил меню, его единственный глаз сузился до щёлочки.       Сакура медленно отпила чай, чай плавно двигался по горлу, приятно обволакивая. Она поставила чашку с тихим звоном, прежде чем ответить:       — Сорок два и, да, мы вместе.       — Сколько?! — Наруто подпрыгнул на стуле, как будто его ударили током. Его чашка опрокинулась, оставляя тёмное пятно на скатерти. — Да он же... — его голос сорвался на писк, а взгляд непроизвольно метнулся к Какаши, который, казалось, был абсолютно расслаблен и не удивлен такой новости. — То есть... не то чтобы это важно, но...       Какаши медленно положил меню на стол. Его движение было нарочито плавным, как у хищника перед прыжком.       — Наруто, — голос шиноби прозвучал мягко, но в нём была стальная нотка, — я уверен, возраст — последнее, что имеет значение в профессиональных или личных отношениях.       — Но это же... — Наруто растерянно посмотрел на Сакуру, затем на Какаши, его руки развели в стороны, как будто он пытался удержать равновесие. — Вы же почти ровесники, сенсей!       Сакура наблюдала, как единственный видимый глаз Какаши сужается — знакомый признак лёгкого раздражения. Она перевела взгляд на Наруто и тихо выдохнула.       — Взрослые отношения, — она подчеркнуто медленно поставила чашку на стол, её ноготь слегка стукнул по фарфору, — строятся на общих ценностях и уважении, а не на цифрах в документах. — Её взгляд встретился с Какаши — в его глазу мелькнуло что-то неуловимое, прежде чем он отвел глаза. — Хотя, возможно, некоторые так и остались в плену стереотипов.       Какаши неожиданно рассмеялся — низкий, глуховатый смех, который она не слышала десять лет. Его плечи слегка тряслись, а рука непроизвольно потянулась к маске, как будто он хотел её поправить.       — Ох уж эти предрассудки, — он покачал головой, его серые волосы скользнули по лбу. — Как будто с возрастом человек становится менее... интересным.       Сай подхватил чашку, его пальцы скользнули по деревянной поверхности стола, изучая узор. Улыбка на его лице стала чуть шире, но не добралась до глаз.       — Сорок два года... Значит, он из вашего поколения? — его взгляд скользнул к Какаши. — Интересный выбор, Сакура. Нравятся мужчины постарше?       «Как же предсказуемо...». Десять лет прошло, а Сай всё тот же — искусственная улыбка, ровный голос, но слова, будто ножом под рёбра. Всё та же игра в откровенность, которую Ино когда-то называла его «защитным механизмом». Но теперь эти колкости скользили по ней, как дождь по стеклу. Больше это не цепляло. Если хочет реакции — пусть попробует сильнее.       Она не напряглась, не вспыхнула. Вместо этого её губы чуть дрогнули в ленивой полуулыбке, будто он сказал что-то забавно-предсказуемое.       — А твой язык всё такой же острый, Сай? — её голос звучал спокойно, с лёгкой игривой укоризной, будто она делала ему замечание за старую привычку. — До сих пор говоришь то, что думаешь, без фильтров? Или это специально для меня?       Она не ждала ответа, просто подняла чашку и отпила, её взгляд скользнул мимо него, будто его вопрос был не стоит даже полноценной реакции.       Какаши медленно потянулся к десерту, который официант только что поставил перед ним. Его пальцы на мгновение замерли над кусочком моти, как будто оценивая его.       — Кстати, о его помощи, — он поднял моти, рассматривая его на свет, решая перевести разговор, немного сменив тему. — Эти новые томографы действительно впечатляют. Особенно для человека без медицинского образования.       Наруто оживился, его руки снова задвигались, как будто он пытался поймать невидимые нити разговора и радуясь тому, что кому-то удалось потушить постепенно начинающийся пожар, по его мнению.       — Да! Шизуне-баа-чан говорила, что они втрое точнее старых! — его голос звенел от энтузиазма, хотя глаза всё ещё бегали между собеседниками. — Ну, в любом случае, мы очень благодарны Като-сану за помощь! Его оборудование...       Сакура плавно поднялась, её руки мягко разгладили складки юбки. В её движениях не было спешки — только спокойная уверенность. Её тень протянулась через весь стол, на мгновение затенив их лица - как когда-то в юности её розовые волосы закрывали солнце во время тренировок. Но теперь это была тень взрослой женщины, а не девочки-ниндзя.       — Мне пора, — она взяла сумочку, её пальцы сомкнулись на кожаной ручке с привычной уверенностью. — Деловые встречи не ждут.       — Но мы только... — Наруто протянул руку, как будто хотел её остановить, но не осмелился прикоснуться. Его губы дрожали, словно он хотел сказать что-то ещё.       — Было приятно увидеться, — её улыбка была вежливой и окончательной, как закрытая дверь. Взгляд скользнул по каждому из них. — Передавайте привет Конохе.       Когда она уходила, её каблуки мерно стучали по деревянным дощечкам террасы. Каждый шаг отдавался эхом в тишине, которая повисла за столом. Только когда поворот скрыл её от глаз, она позволила себе глубже вдохнуть, её грудь расширилась, вбирая воздух, не отравленный прошлым.

***

      Тень Сакуры давно растворилась среди чайных кустов, но никто за столом не пошевелился. Официант робко приблизился, но, почувствовав атмосферу, поспешно ретировался.       А за столом остались четверо мужчин. Наруто беспомощно смотрел на пятно от чая, его пальцы теребили салфетку. Сай наблюдал за Какаши с прищуром, его улыбка наконец исчезла. Саске скрестил руки, его чёрные глаза были холодны, как сталь.              Какаши медленно поднял свою чашку, наблюдая, как последние лучи солнца играют в чайной глубине. Его палец провёл по краю, собирая каплю, которая скатилась по его пальцу, как слеза.       — Интересно... — его голос был тихим, почти для себя.       Наруто только растерянно вздохнул, его плечи опустились под тяжестью понимания — сегодня они получили больше вопросов, чем ответов.       Сай нарушил молчание:       — Она изменилась, — его голос звучал почти уважительно.       Саске даже не посмотрел на говорившего, но стул громко скрипнул, когда тот скрестил руки на груди:              — Или просто наконец показала своё настоящее лицо.       Какаши ничего не сказал. Его палец всё ещё медленно водил по краю чашки, как будто выписывая невидимые иероглифы. Где-то вдали запела цикада, и её трель казалась невероятно громкой в этой тишине.