Ч. 6

Незнакомец, мужчина лет тридцати в джинсовом костюме, только вопросительно приподнял брови и улыбнулся. Профессиональная улыбка человека, которому часто приходится иметь дело с незнакомыми людьми. Улыбка врача, полицейского или юриста. «Я вас внимательно слушаю, сэр/леди.» Эмма улыбается в ответ — она тоже так умеет улыбаться. Вежливо и вопросительно: — Простите, но вы новый человек в нашем городе, сэр. Незнакомец улыбается ещё шире: — Никакого криминала с моей стороны, шериф. Я вот только доем эти великолепные блинчики от Бабули и отправлюсь на встречу с вашим мэром. Эмма хмурится: — На предмет? Простите, что сразу не представилась. Эмма Свон. Незнакомец протягивает лаково блестящий картонный прямоугольник — визитка. «Кевин Томсон. Режиссёр.» — Ищем подходящую натуру, шериф. Может быть договоримся о съёмках в черте города. Ваша башня с часами — есть у меня пара идей… В зале бабулиного кафе стало слегка напряжённей — люди с камерами и везде сующие свои любопытные носы. Малоприятно. Лерой стал внимательней прислушиваться к беседе шерифа и мистера Томсона. Зелина нахмурилась и у ведьмы даже уши слегка заострились. Мистер Томсон впрочем продолжал улыбаться — он ничего не заметил и даже не почувствовал. Как сгустилась атмосфера в зале кафе: — Может кому то из горожан предложим маленькую роль в эпизоде. Эмма внимательно смотрит кинематографисту в лицо: — А о нашем провинциальном, маленьком городке на побережье, как вы узнали, мистер Томсон? Мистер Томсон продолжает сиять, как любимый начищенный поднос Бабули: — Один из моих ассистентов рассказывал. Он тут гостил недавно. Навещал тётушку и долго, закатывая от восхищения глаза, расхваливал блинчики вашей Бабули. Не обманул. Блинчики просто великолепны. Эмма помнит этот визит. Лилит вынуждена была, на время, прервать свои занятия по драконоплаванию. И остальным приходилось держать себя в руках — притворяться обычными людьми, следить за речью. Эмма на людях называла Лилиан не мамой, а младшей сестрой, а Генри Регину по имени и кузиной. Поэтому, когда родственничек Рул Горм, покинул город, все вздохнули с облегчением. — Помню его, — кивает Эмма. — Может и вам предложу роль, — говорит мистер Томсон («Можно просто Кевин. Или Кевви, как называет меня супруга»), — мы собираемся снимать мини-сериал в стиле фэнтези с участием героев известных сказок. Как насчёт того, чтобы сыграть Злую Ведьму Запада? Зелина, которая продолжала внимательно прислушиваться о чём беседует шериф с гостем города, чуть не поперхнулась кофе от неожиданности, Ворчун с ехидной ухмылкой покосился на ведьму. Эмма с трудом погасила улыбку: — Я подумаю об этом, мистер Томсон. Если вы получите разрешение на проведение съёмок в Сторибруке от нашего мэра. — Конечно, — мистер Томсон поднялся со стула и одёрнул куртку. — С вашего позволения, шериф. — Ну что ты об этом думаешь, Свон? — Зелина задала этот вопрос, как только за Кевином закрылись двери кафе. — Станешь моим консультантом? — улыбается Эмма. — По злодейскому смеху. Не думаю, что получу эту роль и в самом начале надо будет пройти пробы… — Ты только сходу не отказывайся, — говорит Зелина и хихикает, — Светлый Маг в роли Злой Ведьмы! Кевин Томсон провёл в городе несколько дней. «Выбирал локации для съёмок» по его словам. Башня с часами его особенно заинтересовала. И лавка Голда привлекла особое внимание, как и её хозяин. Супруга «Кевви» появилась на второй день пребывания мистера Томсона в Сторибруке. Она оказалась очень ревнивой женщиной, не отходила от супруга и на шаг, писклявый голосок миссис Томсон было слышно в кафе Бабули, из лавки Голда и буквально по всему городу. Эмма уже боялась, что от этого пронзительного голоска у неё начнётся мигрень. Но, в конце концов, «Кевви» и его живая пищалка покинули город и Эмма смогла, с облегчением, выдохнуть, Лилит расправить крылышки, Малефисент снова взялась за обучение дочери полётам в условиях низкой облачности, а Регина вернула себе своё прежнее лицо и возраст. — Быть шестнадцатилетней много приятней! — как важно объявила мэр. Как ни забавно, но Лилиан не стала возвращать куклу в магазин и продолжала спать с ней в обнимку и расчёсывала любимой игрушке волосы по утрам и даже брала куклу с собой на работу. — Я видела в магазине такой прелестный кукольный домик… — рассказывала Белоснежка дочери, а Эмма только закатывала глаза — мама окончательно впала в детство. Роль Злой Ведьмы Эмма не получила — продюсер настоял на том, чтобы эта роль досталась его фаворитке, которая, задрав носик, насмешливо и гордо косилась на «лузера» Свон и ласково целовала продюсера в лысую макушку. Он попробовал намекнуть Эмме, что шериф получит роль в случае, если… Эмма сделала вид, что согласилась и неплохо провела ночь в номере люкс одного из лучших отелей Лос Анджелеса. Одна. Продюсер, превращённый в жабу, на которую и так был сильно похож, просидел до утра в аквариуме. Продюсер старался держаться от шерифа подальше — он не помнил подробностей, но то, что это было малоприятно и странный привкус во рту… Эмма, как Лерой с Генри, получила маленькую роль в массовке, что её вполне устраивало. — И как они ходили в таких платьях?! — ворчит довольно известная актриса. Эмма видела в газете её изображение — эта начинающая «звезда» то ли выходила замуж, то ли в очередной раз разводилась или заключала помолвку. Шериф просто не помнила. Короче очередные пертурбации в личной жизни, которые занимали журналистов гораздо больше, чем собственно творческая карьера «звезды». — С присущими им вкусом и элегантностью! — ехидно отзывается на это нытьё Регина. Эмма пожимает плечами: — Они носили такие платья буквально с детства. А вот джинсы, с их вечно заедающими молниями, им вряд ли бы пришлись по вкусу. Кевин хмурит брови и хлопает в ладоши — «Начали!» — Волшебные палочки… — начинает Эмма и Регина сразу понимает о чём хочет спросить ученица: — Глупости. Ты должен быть сам пропитан магией, а все эти палочки и магические перстни способны только точнее направить твою энергию, твою магию. Как указка у нашей Лилиан в руках. То самое Кольцо было, скорее всего, только ключом, паролем доступа до источника силы из которого черпал весь тот Мир. Когда Фродо уничтожил Кольцо, тот Мир лишился возможности пополнять магию — не только Саурон и его царство. Не только он зависел от силы, к которой открывало доступ Кольцо. Тот Мир буквально высох — как если бы кто-то лишил землю всех источников воды. Эльфы ушли туда, где могли беспрепятственно и без проблем черпать магию для себя. Магический оазис посреди Сахары. — А если кто-то сможет и нас лишить подобного Источника Силы? — хмурится Эмма. — На самом деле ты сам себе Источник, — улыбается Регина, — твоя магия напрямую связана с тобой, она питается твоими эмоциями, ты порождаешь её. Магия индивидуальна и опытный маг способен узнать кто и какую магию использовал. Так что никаких Магических Колец и дурацких Волшебных Палочек. — Не надо со мной ничего делать. Я никому не расскажу, шериф, — миссис Томсон или просто Бритни с опаской косится на левую руку Эммы с файерболом на ладони. — Я умею хранить секреты. И не надо мне память стирать или накладывать заклятия. — Уже, — ухмыляется Регина, — как только вы оба только появились в городе. Теперь вы не сможете никому ничего рассказать. Или записать. Блокиратор. — Но я ничего не заметила, — хмурится Бритни. — Это и есть настоящая магия, — важно произносит Эмма. — Я тоже играла, — Бритни изображает наманикюренными пальцами кавычки, — в кино. Взяли из-за этого, — Бритни показывает глазами на грудь, — больших буферов. В сущности играть было нечего — мою героиню убивают в первые пять минут на фоне титров. — Не беспокойся, — качает головой Эмма, — мы не собираемся применять магию против твоего драгоценного «Кевви». За злоупотребление магией с нас спросится. — Кем или чем? — интересуется Бритни. — Реальностью… — вздыхает Эмма, — судьбой. Магия, это вмешательство в дела реальности и самой судьбы, а этим могущественным силам подобное не сильно по нраву. Приходится быть предельно аккуратным, не раздражать такие могущественные и непостижимые силы, которые управляют этим Миром. — Правила, — говорит Регина, — существуют строгие законы и правила и чем больше у тебя могущества тем они строже в отношении тебя самого. — Так что твой Кевви в полной безопасности, — смеётся Эмма. — Не ревнуй.