Том 1 - Глава 2

Глава 2

— А-а-ах! — я вскрикнул, пытаясь отразить атаки со всех сторон, но у этой женщины, называвшей себя моей матерью, руки были проворнее, чем разум. — Не волнуйся, любимый, я тщательно тебя отмою всем, что у меня есть! — М-мама! — вырвалось у меня, когда две мыльные мягкости прижались к спине, водя вверх-вниз. Неужели она и правда моя мать? Хотя на королевском портрете было точно её лицо. Но её поведение никак не походило на материнское! Я позволил ей мыть меня грудью только потому, что сначала она попыталась использовать язык! Я пытался осмыслить недавно открывшуюся информацию, но мать не давала ни секунды на раздумья. Её огромные мягкости, скользящие по спине, явно мешали ясности мыслей. Комната, в которой мы находились, примыкала к моей спальне, но была почти такого же размера. Её можно было назвать ванной, если бы вместо обычной ванны здесь не располагался огромный горячий источник. Быть принцем, видимо, имело свои плюсы. Помещение, рассчитанное на двадцать человек, теперь принадлежало только мне. Ну, или, как сейчас казалось, мне и матери для… совместного купания. Она намыливала меня так, как это делают лишь любовники. Если бы всё ограничилось этим, я бы, наверное, привык. Но стоило мне расслабиться под её «мамиными манипуляциями», как мать перешла бы к следующему этапу! Казалось, эта женщина не знала границ. Мои подозрения подтвердились: едва я начал успокаиваться, её рука обхватила моё тело и схватила член. Это не было случайностью! Это была явная атака на мое достоинство! — М-мама! — Ой… о-он твёрдый! — мать стремительно переместилась по воде ко мне, её мыльная грудь виднелась над поверхностью, а глаза смотрели снизу вверх с наивным и смущённым выражением. Эта черноволосая женщина с пышными формами и ярко-зелёными глазами обладала невероятным телом. Будь я королём, не выходил бы из спальни. Но взгляд королевы был прикован ко мне. Я не был её кровным сыном, по крайней мере, не ощущал себя «принцем». У меня не было воспоминаний о детстве с ней. И потому её тело действовало на меня безотказно. Я пытался сдерживаться, но королева оказалась опаснее, чем ожидалось, схватив мой член. Обхватив его обеими руками, она смотрела на меня с детской непосредственностью. Неужели она думала, что её прикосновения не возымеют эффекта? Или же она прекрасно знала, что делает, и намеренно загнала меня в ловушку? Стиснув зубы, я попытался оценить ситуацию. Этот жалкий бог не оставил мне подсказок. Вдруг здесь нормальны такие отношения между матерью и сыном? Если оттолкну её, она заподозрит неладное. Но если поддамся и прижму её к воде, это создаст странную связь в будущем. Пока что её эмоции казались единственными искренними в этом мире. Если у меня и был союзник здесь, то только она. Глубоко вдохнув, я постарался реагировать естественно. Подняв руку, я шлёпнул мать по макушке. Повторил ещё три раза для верности, пока на её глазах не выступили слёзы. — Ай! С-сынок, п-прекрати! — закричала она, отпуская член и прикрывая голову руками. Её груди подпрыгивали на поверхности воды, пока она растирала макушку. — Матушка! — строго отрезал я. — Ты считаешь уместным хватать принца за член? Может, впредь нам стоит мыться отдельно? Лицо матери залилось густым румянцем, спустившимся до самой груди. Я старался не смотреть на её гладкую кожу, по которой катились капли воды, скатываясь по соблазнительным изгибам. Она заёрзала, нервно теребя пальцы, словно школьница, пойманная за шалостью. Это было дико эротично, но я сохранял строгое выражение лица. — М-малыш… прости… мамочка виновата… — всхлипнула она. — Я просто хотела проверить, как мой сынок развивается! Не лишай меня совместных купаний! Я вздохнул, разжал кулак и потрепал непослушную женщину по голове. Она мгновенно расслабилась, грудь вздымаясь в глубоком вдохе, а на лице расцвела искренняя улыбка. Моя тактика сработала: сделав проблему её, а не своей, я избежал подозрений в изменении характера. Мать так боялась потерять «привилегию», что даже не задумалась, нормально ли я себя веду. Метод кнута и пряника. Теперь осталось дать ей «пряник». Я потянулся вперёд и схватил мать, притянув её к себе. Она ахнула, когда её обнажённое тело прижалось ко мне. Мой всё ещё возбуждённый член скользнул между её мыльных бёдер, заставив меня с трудом сдержать стон. Руки обхватили её мягкий, хрупкий стан, а груди нежно упёрлись в мою грудную клетку. Лишь железная сила воли удержала меня от того, чтобы прижать её к полу прямо здесь. Дрожь матери утихла, и она подняла на меня глаза, полные томной нежности. Казалось, её обожание только росло. Неужели моя тактика сработала слишком хорошо? — Матушка, мне нужно заняться учёбой. Прикажи принести необходимые книги, — резко прервал я момент, прежде чем ситуация зашла дальше. Ошеломлённая женщина вздрогнула, осознав, что сын, от которого она зависима, задал вопрос. — Д-да, малыш… Дёрни верёвку у двери, и слуги исполнят твою просьбу. Кивнув, я поспешно отстранился, выбираясь из источника и пытаясь усмирить стоячий кол. — Благодарю, матушка. — Милый… ты взрослеешь, и эти… потребности естественны… — её голос заставил меня обернуться. Мать нервно теребила пальцы. — Моё тело уже не молодо, но ты можешь воспользоваться… — Матушка, разве не моя невеста должна помогать с таким? — отрезал я ледяным тоном. Улыбка матери застыла. Пользуясь паузой, я вышел из воды и направился в комнату переодеться. Дверь захлопнулась, и я выдохнул с облегчением. Не хотел быть столь суров с потенциальной союзницей, но её напор сводил с ума. Чуть не поддался. Сдержало лишь незнание последствий. Вдруг король, узнав, прикажет казнить? Я принципиально против НТР, даже если речь об отце… как бы мать ни жаждала! Наскоро облачившись в шёлковые одежды, я задумался о новой жизни. Принц в другом мире — не худший вариант. Здесь есть зверолюди, магия, эльфы, люди… но без понимания правил игры расслабляться рано. Найдя верёвку у двери, я дёрнул её, вызывая слуг. Через мгновение в комнату вошла служанка лет пятнадцати и присела в реверансе. — Принц Дэвид, чем могу служить? — Принесите карты королевства и соседей. А также книги по истории — мировой и нашей семьи. Девушка наклонила голову, но кивнула. — Слушаюсь, ваша светлость. Она замерла на месте. Я задумался: может, нужно дать монету? Но это не таверна. Или ждёт какого-то ритуала? Протянул руку, и… служанка резко отпрянула. На её лице мелькнула ненависть, зубы сжались. Я застыл с полуопущенной ладонью, ошарашенный. Через секунду она встрепенулась. Страх сменил злость. — П-простите, ваша светлость! — залепетала она, кланяясь так, будто совершила преступление. Чем она могла провиниться? Её реакция контрастировала с мягкостью эльфийской невесты или страстью матери. Я всё ещё ничего не понимал в этом мире. Пришлось махнуть рукой. — Исполняй просьбу. Немедленно — сказал я, изображая холодную строгость. Служанка выскользнула, а я опустился на кровать. В ящике тумбочки нашёл письмо от эльфийской принцессы с отказом от брака. Нахмурился: текст был полон цветистых фраз, но что-то в нём смущало. Рядом лежал мешочек с золотыми, серебряными и медными монетами. Сколько это стоит здесь? Состояние? Или цена скромного ужина? Помимо нескольких разрозненных предметов, которые я не мог идентифицировать, и гардероба с одеждой, в комнате не было ничего, что могло бы дать информацию об этом Принце. Принц Дэвид, судя по всему, не имел никакой личности до моего появления в этом мире. Ну, по крайней мере, он разозлился из-за письма, разрушившего его отношения с эльфийской принцессой. Этот поступок стал единственной чертой его характера — и именно он привёл к его смерти. Было даже жалко. Осознав, что мать не выходит из ванной, я поспешил туда и обнаружил комнату пустой. Видимо, с этой ванной связаны другие комнаты. Возможно, этой ванной пользовались все жители крыла? Я даже не знал планировки замка, чтобы утверждать что-то наверняка. С вздохом я вернулся на кровать. Ждать пришлось недолго: вскоре ко мне вернулась горничная. — Ваш запрос исполнен, милорд, — её голос дрожал. Я подошёл к столу, и девушка напряглась, едва я приблизился. Она упорно избегала моего взгляда, словно боялась даже случайного контакта. Мне казалось, я вижу, как её тело содрогается от страха. Пока она раскладывала предметы на столе, я заметил каплю крови на её рукаве. Резко схватив её за руку, я заставил горничную вздрогнуть. Её глаза расширились от ужаса. Я закатал рукав, не обращая внимания на сопротивление, и увидел множество порезов на внутренней стороне руки. Некоторые были зажившими шрамами, другие — свежими. Одна рана, самая глубокая, всё ещё сочилась кровью. — Что это? — потребовал я ответа. Горничная отвернулась: — Н-ничего, милорд. Искупление. — Искупление? За проявленное отвращение? — я сразу понял причину. — Горничной не подобает судить своих господ. Я совершила ошибку. Поэтому после проступка я обратилась к старшей горничной для наказания. — А остальные шрамы? — мои пальцы скользнули по зарубкам, и она вздрогнула, упрямо глядя в пол. — Я часто… ошибаюсь… дурные мысли, милорд. — Она стояла неподвижно, но в её позе читалось странное упрямство. Я нахмурился: — Все из-за меня? — Я продолжу исполнять свои обязанности… — Ты не будешь… — резко оборвал я её. Горничная закрыла глаза и кивнула, дрожа всем телом: — Как прикажете, милорд. Вскоре вам будет назначена новая служанка… Я покачал головой. Её взгляд говорил о многом. У меня возникло чёткое ощущение, что «новая горничная» означала смерть прежней. Я не мог понять: эта девушка служила мне долгое время, но, судя по всему, ненавидела. Она регулярно просила наказания у старшей горничной, которая резала её руку в качестве «искупления за дурные мысли». В каком же безумном мире я оказался? — Боюсь, ситуация зашла слишком далеко, — сказал я жёстко. — Твоя рука — тому доказательство. Девушка затряслась сильнее, но не ответила. — Иди к старшей горничной. Расскажи о своих «преступлениях». Скажи, что тебя следует содержать под стражей, без вреда, пока я не вынесу приговор. Слёзы покатились по её щекам, но она безмолвно кивнула: — Да, милорд. Она вышла, а я лишь хмуро смотрел ей вслед. Этот мир был слишком странен. Что ж, надеюсь, ответы найдутся в книгах. Развернув карты, я открыл первый том истории и начал читать, сверяя упомянутые места с географией. Хотелось бы задать кому-то вопросы, но доверять здесь было некому. Даже самые верные сторонники предали бы меня, узнав, что я — не их драгоценный Принц. «Итак, мы находимся в человеческом Королевстве Прия — единственном среди людей. Оно расположено в центре семи других королевств. На севере — королевство фей Донгенг, королевство эльфов Пери и королевство небожителей Дева. На западе — королевство гномов Куркачи, на востоке — королевство зверолюдей Бенатанг. В морях правят Мертибы. На юге — демоны королевства Сетан и дьяволы Нераки. Отец — человеческий король Соломон из Прии. Мать зовут Аурика, она была принцессой фей. Когда феи рожают от людей, их дети не становятся феями. Вместо этого они рождаются зверолюдьми, меркинами, эльфами или гномами. Эльфы и гномы — обычное явление, а зверолюди и меркины — редкость. Таким образом… мои сёстры — законные наследницы, каждая представляет звериную ветвь потомства от союза человека и феи». «Затем… появился я. Дьяволёнок, нежданно рождённый феей и человеком. Скорее всего, дьяволы здесь не ладят с другими расами. Вероятно, они считаются табу. В исторических книгах упоминается пять войн за последние двести лет между людьми и дьяволами. А это значит… как принц-дьявол [1] — Я - объект ненависти. — Я произнёс это, повернувшись к пустой кровати. Конечно, я просто думал вслух. Это были мои догадки, и пока не с кем было их обсудить. Постепенно я складывал пазл истории. Я — дьявол и одновременно человеческий принц. Это должно было создать огромное напряжение в королевской семье. По всем законам, меня следовало убить при рождении. Но мать и отец защитили меня. Вероятно, это вызвало проблемы с другими странами — например, эльфы могли разорвать брачный договор из-за дьявола. Думаю, в столице меня тоже не жалуют. Выходит, тот жалкий бог бросил меня в самое пекло без малейших угрызений совести. Если встречу его снова — набью морду. Теперь вопросы стали личными. Какие у меня отношения с отцом и сёстрами? Каково положение королевства? Где мои сёстры? Расчёсывая волосы пальцами, я продумывал, как найти ответы и остаться в безопасности. Исторические книги дали всё, что могли. Теперь нужен тот, кому можно доверять безоговорочно. Та горничная… она ненавидела меня, скорее всего, из-за моей дьявольской крови. Каждый день её одолевали тёмные мысли обо мне, за которые она получала наказания. Как ни странно, это была своеобразная преданность. Поэтому я отправил её к старшей горничной. Мне нужен абсолютно лояльный человек. Но как доверять той, кто меня ненавидит? Всё просто. Так же, как я должен подчинить своих сестёр. Порабощение. В моём прежнем мире это казалось жестоким, но мне уже велели поработить пятерых сестёр. Нужно было понять, что здесь подразумевает «порабощение». Эта горничная давала шанс: провести жёсткое наказание, изучить границы рабства в этом мире и, возможно, обрести союзника, который не предаст. Пока так я и решил. Собирался уже идти искать её, чтобы начать «воспитание», как в дверь постучали. — Да? — крикнул я, не вставая, чтобы не нарушить «принцевский» этикет. Дверь открылась, и в комнату скользнула миниатюрная фигурка. Это была юная девушка с длинными золотистыми волосами и ярко-голубыми глазами. У неё заострённые уши, личико в форме сердца и пухлые розовые губы. Тело хрупкое, с лёгким станом и небольшой грудью. Конечно, я узнал её — эльфийская девушка, моя невеста. Но взгляд задержался лишь на мгновение, упёршись в её халат. Он был плотным, но почему-то казался соблазнительным. И держала она его странно: скрестив руки, нервно прижимала к телу. Осознав, что не знаю её имени, я улыбнулся и кивнул: — Здравствуй, моя невеста… Девушка потупила взгляд, явно нервничая: — Т-твоя… Я приподнял бровь, когда она запнулась: — Моя? — Твоя мать приказала мне прийти! Сказала, что я обязана позаботиться о твоих нуждах! — выпалила она, голос дрожал от паники. — О моих нуждах? — Я побледнел, начав догадываться. Мгновение спустя халат упал на пол, и моя эльфийская невеста-принцесса стояла в комнате полностью обнажённой.

***

[1] – Главный герой не чистый Дьявол, а своего рода метис – Devilkin. По аналогии Beastkin – зверолюди. Окончание -kin переводится: родственник, родня, родич.