5. Совëнок

Брани остался со спящим Амадеем в хижине. Айвен ушёл в деревню за тканью. После того, что было утром, он не особо хотел оставлять младшего брата одного в доме. У него на самом деле не было ещё вариантов, кого попросить с ним посидеть. К тому же Брани вызвался сам. Он хотел брата осмотреть, а если тот проснётся, тогда будет повод познакомиться нормально и поговорить. Он уже заготовил столько лекарств, что хватит даже если поранятся сразу все жители деревни, эльхи в лагере и крестоносцы в один момент. У него действительно на данный момент остался лишь один пациент. Брани принялся за своё обычное дело. Он был Лекарем Божьим. Если он и делал что-то лучше других людей, так это лечил. Амадей лежал на кровати на боку, немного согнув ноги. Айвен укрыл его до самой шеи и как-то чересчур заботливо по замечанию Брани подоткнул одеяло со всех сторон. На этот почти незаметный поступок капитана Брани улыбнулся и стянул одеяло до пояса. Его брат был болезненно худым и бледным, но это не те вещи, что не могли исправить хороший рацион и немного отдыха. Он взял руку брата и распутал на ней бинты. Синяки сошли. Царапины почти затянулись. Заживляющие мази Брани работали как надо. Он посчитал пульс, проверил температуру и дыхание, но всё было нормально. Брани хотел вернуть бинты на руку, но эту самую руку успели вытянуть из его ладоней и прижать к себе. Брани перевёл взгляд и на него в упор испуганно смотрели круглые большие серые глаза его брата. Он прижал руки к груди и подогнул ноги под одеялом ближе к себе. - Брани рад, что ты проснулся! Он этого очень ждал. Не нужно боятся Брани. Он не причинит вреда. Амадей спросонья ничего не понимает. Дайте ему минуту. Он только что говорил с обладателем красных глаз. Теперь сидит на кровати с кем-то другим. С Брани? Это его имя? - Брани? - Да, Брани. Брани твой брат. Может ему нужно больше чем минута, чтобы осмыслить. - Как ты себя чувствуешь? Ты помнишь где ты? Где он? Амадей осмотрелся, в памяти всплыли воспоминания сегодняшнего утра. Все события казались сном. А может то, что сейчас тоже сон. Ну нет, такое он вообразить не способен. - Амадей? - Да, нет? Погоди... - Ты в доме капитана и брата нашего Айвена. Он говорил с тобой утром. Помнишь? Да, Айвен. Человек с красными глазами, который вытащил его из церкви. Он вспомнил утро, как встал, как говорил с ним. Всё встало на места. Но всё ещё казалось не реальным. - Да... Да, я помню. - Вот и хорошо. Как себя чувствуешь? - Нормально? Я не уверен. У меня ничего не болит. Он говорил тихо, заторможенно, пытаясь собрать все слова в связные предложения. - Брани рад это слышать. Брани волновался за брата. Речь Брани казалась юному крестоносцу странной, но его голос был таким спокойным и приятным. Он был очень крупным, но выглядел добрым. Его голос и мягкая улыбка потихоньку завоёвывали доверие Амадея. Возможно, ему стоит быть более осторожным с тем кому верить. Ведь раньше он верил и церкви, но он по натуре был слишком наивным и искренне хотел верить людям, также как верит в Высшего. Это вера в людей нередко выходила ему боком. И хорошо, что сейчас он был среди крестоносцев. - Тебе помог отвар Брани? - Отвар?.. Да! Отвар в зелёной склянке. Его сделали вы? Вы Лекарь Божий. Спасибо большое. Амадей посмотрел на Брани благодарными глазами. Он знал, кто такой Брани. Просто немного поздно об этом вспомнил. Точнее он знал, что Лекарь Божий это самый добрый крестоносец, который лечит всех в независимости от религии и расы. Это окончательно убедило его в то, что Брани можно верить. - Брани не за что благодарить. У тебя кружится голова? - Нет. Уже нет. Стало лучше сразу после отвара. Просто тело ещё ватное. - Мой брат хочет спать? Ты очень быстро уснул для человека, который чувствует себя нормально. - Я уснул? - Да, наш брат Айвен отнёс тебя на кровать. Брат ты точно хорошо себя чувствуешь? - Простите. Я не хотел засыпать. Такое случается часто. - Ты часто засыпаешь? - Да, простите, я на самом деле всегда хочу спать. Не думаю, что за всю жизнь выспался хотя бы раз. Иногда я могу заснуть посреди дел или разговора. Вы можете меня просто разбудить, пожалуйста не злитесь. - Брани не злится. И брату Брани не за что извиняться. Он ни в чем не виноват. Всë хорошо. Не волнуйся. Теперь Брани знал, что его брат много спит. Брани видел уже таких людей. Они теряются во времени, не зная когда спать. У этого даже название есть. В одной из многих книг, которые ему показывал Иглик такое точно было, но Брани этого названия не помнит. Зато помнит, что это не опасно. Теперь он знает, что брат сейчас действительно более или менее в порядке. Амадей смутился и посмотрел на него немного неверящим взглядом. Обычно людям не нравилось, что он мог внезапно заснуть. Хотя наверное они так реагируют, потому что слишком мало о нём знают. И по всем законам подлости звенящую тишину между ними заполнил его урчащий живот. От этого он смутился ещё больше. - Простите. - Не извиняйся. Брат Брани долго лежал без сознания. Брани рад, что у тебя есть аппетит. Пойдём за стол. Айвен приготовил для брата суп. Брани поднялся со стула рядом с кроватью и, улыбнувшись, протянул брату руку. Амадей медленно поднялся и сел на край кровати. Затем накинул одеяло на плечи и придерживая его концы одной рукой взялся другой за руку Брани. Тот помог ему подняться и придержал его со спины, чтобы он не упал назад. Ноги были ватными, но идти получалось лучше. Брани шёл рядом даже не придерживая брата. Хорошо, что путь до стола всего пару метров. Амадея усадили за один из стульев, и он просто стал ждать кутаясь в одеяло, пока Брани наливал тому суп. А где-то в деревне в это время по рынку ходил Айвен и искал ткань, чтобы сделать матрас, подушку и одеяло. Деревенские жители узнавали капитана крестоносцев даже с повязкой на лбу. Они шугались и прятались от него. Только приезжие торговцы не понимали, что происходит, но ведомые толпой тоже насторажились. На самом деле Айвен мог справиться с задачей быстрее, но стоило ему только подойти к кому-то, чтобы спросить где на рынке продают ткань и они либо быстро извиняясь убегали, либо вообще его не слушали, молясь Всевышнему о спасении. Поэтому Айвену пришлось искать, где можно купить ткань самому. И он нашëл. Обоз одного из торговцев был заполнен рулонами ткани, нитками и различной фурниторой для одежды. Ему приглянулся рулон обычной льняной ткани белого цвета. Цене была написана на бумажке прицепленной сверху на рулон, чтобы её было хорошо видно. Он стоил настолько дешево насколько был скучен. Продавец не из здешних мест, которому жители деревни на ухо быстро сказали, что за человек к нему подошёл, насторожился и немного удивился его выбору. У него этот рулон уже долгое время никто не покупает. Но Айвену нет дела до дорогих пестрящих красками шелков. Не практично. И поэтому он очень уверенно двигался с этим рулоном к продавцу. Капитан крестоносцев, подойдя в плотную к прилавку, положил на него нужную сумму монет и собирался уходить. Вот так просто, молча, тихо. Как будто он вовсе и не страшный. Но торговец его немного остановил. - Постойте, Воин Божий, я не могу у вас деньги взять! - Почему? Я же купить ткань пришёл, а не торговца ограбить. - Ну как же это... Айвен его не слушал, он нашел, что хотел и спешил с этим обратно. Не то чтобы он не доверял Брани, скорее волновался за обоих. Брани сидя за столом вёл разговор с братом. На удивление тихий лекарь прямо сейчас не умолкал. Он всё спрашивал о чем-то брата и пытался узнать его как можно лучше. Амадей осознал разницу между Брани и Айвеном уже через несколько вопросов. Да, сначала у него спрашивали о самочувствие о его восприятии, но уже сидя за столом их разговор потек в другое русло. Капитан говорил четко и по делу, поскольку с ним кроме него и Брани никто не говорил, Амадей выпал уже на первом вопросе от лекаря. Он мог ожидать многого, но на вопрос: - Тебе нравится зима? Ответ нашелся не сразу. Как и на множество других. Амадей отвечал немного увереннее с каждым вопросом, хоть и не переставал им удивляться. А Брани всё больше радовался. Теперь он знал, что брат любит осень и дождь, что ему нравятся мотыльки, летучие мыши, совы и лисы, что ему нравятся маки и рябина, что его любимый цвет зелёный, а ещё, что тот пел в церковном хоре и умеет вязать. Никому не нужные вещи. Важные только для его брата и самого Брани. Он не хотел забывать это о своих братья и сестрах. Это были мелочи, но за этими мелочами по мнению Брани и стояла вся сущность его братьев и сестёр. Они все были верными Высшему сильными войнами, такими какими их хотели видеть - пугающими. Но Брани очень хорошо видит, что скрывается внутри людей. Он видит, какие они на самом деле. И знает, что его братья и сёстры и он сам вовсе не пугающие. Просто большинство людей не видит ту их сторону, что видит Брани. Они не видят, как Лоргон счастливо говорит о коллекции жуков, как Бертисса ходит по лесу и собирает ландыши, как Рунбора создаёт статуэтки невероятной красоты, и они не замечают, как Жельф играет с детьми, как смешно выглядит утром уставший Иглик, до поздна сидевший за книгами, и ещё много всего. Капитан зашёл в дом где-то в середине их разговора. Он услышал со второго этажа оживлённый голос Брани и короткие тихие ответы Амадея. И решил не мешать им. Всё нужное, как раз лежало на первом этаже. Капитану не составило труда сколотить кровать. Труднее было что-то сшить. Капитан умел шить. Но его навык был очень далек от идеала. Шитье в совершенстве освоил из крестоносцев наверное Лоргон. Из-за своего обета он, как только не ухищрялся, чтобы чинить одежду. И выглядел при этом опрятно. И честно, Айвен вспоминал о нём не только когда в очередной колол пальцы иглой, а всегда. Брат был с ним больше, чем кто-либо другой. Айвен потащил кровать наверх по лестнице ближе к вечеру. Брани спустился, чтобы ему помочь, при этом приложив палец к губам призывая не шуметь. На втором этаже Айвена ждала уже знакомая картина. Его брат сидел на стуле за столом, опираясь на стену и стол. Он согнул ноги и поставил их на стул, отклонил корпус. Как гусеница в коконе из одеяла, из которого он высунул только голову и кисти рук, которые держали кружку. Голова втянута в одеяло, глаза вот-вот закроются, а тёмные волосы сбились в беспорядке, обромля лицо. Айвен, уже поставивший новую кровать на место подошёл к засыпающему брату. Он взял кружку из тонких согнутых пальцев и поставил её на стол. Обернулся и встретился взглядом с Брани. Тот ничего не говорил и только с улыбкой смотрел на братьев. Айвен вновь повернулся к столу. - Он как совëнок... - Брани явно не этого ожидал услышать. Лекарь улыбнулся, а Айвен продолжил свою мысль. - Спит постоянно, волосы, как перья торчат и руки тонкие, как когти... Но стоит разбудить и он смотрит на нас огромными испуганными глазами. Как совëнок. Брани окинул взглядом спящего брата и действительно отметил сходства, но его больше удивило, что их заметил капитан. - Почему он спит? Ему плохо? - Нет. Он просто такой. Нам надо его таким принять. - Понял. Уже приняли же. Собрание через 5 дней. И чем оно ближе, тем больше я волнуюсь. - Неужели мой брат это признал? Брани уверен всё будет хорошо.