Часть 6

      Джинн не стала говорить Дилюку, куда поведёт его. Она давно уже хотела надеть платье, которое они с Лизой подобрали несколько недель назад, и, наконец, смогла выкроить целых полдня – от обеда. С самого утра она подбросила Дилюку записку и как на иголках ждала, переодевшись: прочёл или нет.       – Ты хотела меня видеть.       – Я всегда рада тебя видеть, – улыбнулась Джинн. – Я хотела с тобой погулять.       – А, вот оно что. Надеюсь, ты не расстроишься, что я не в парадном наряде? – Дилюк окинул её взглядом. Джинн поправила рукава.       – Нет! Я ведь не предупредила. Пойдём, – она протянула руку. Дилюк поспешно снял перчатку и подставил ладонь.       Держась за руки, они прошли весь город и мост. От воды тянуло прохладой, и Джинн плотнее застегнула тёплый плащик; Дилюк набросил ей на плечи свой мундир, пропитавшийся запахом огня и теплом.       – Спасибо, – шепнула она. Такая мелочь, от которое сердце билось чаще, а в голову лезли совсем уж глупые мысли.       Они неспешно шли в долину Ветров, и Дилюк наверняка понимал это, но не сказал ни слова. По желтоватой зимой траве катились волны от ветра, нёсшего с побережья аромат морской соли. Кругом царила тишина; только шелестела трава. Джинн отметила полуразрушенную изгородь в стороне от дороги. Потом пришлёт кого-нибудь, чтобы либо убрали её, либо починили. Решить сразу, что лучше, сложно, а Джинн не хотела отвлекаться сейчас.       Дилюк сжал её ладонь чуть крепче.       – Дерево Венессы? Обычно ты ходишь сюда одна.       – Я хочу побывать тут с тобой. Я хожу сюда, чтобы подумать и решить, как быть дальше, но… мне больше это не нужно. У меня есть ты, – призналась Джинн.       – Здесь спокойно, – заметил Дилюк, глядя на статую архонта. Джинн выпустила его руку и подошла к статуе вплотную, тронула холодный камень. Она знала, что это всего лишь традиция: анемо архонт незримо присутствует в каждом дуновении ветра, и ему не нужны предметы поклонения, – но приятно ощущать гладкий камень.       – Пойдём, я знаю хорошее место, – Джинн отошла от статуи и поставила ногу на массивный древесный корень. Дилюк последовал за ней.       Они обошли дерево и устроились между корней со стороны ручья. Тихо журчала вода. Джинн улеглась головой Дилюку на колени, снова взяла его за руку и расслабилась. Она смотрела на вечнозелёные листья, слушала шелест ветра, и ей становилось всё спокойнее.       – Ты выслушаешь меня? Я хочу поговорить с человеком, который может ответить.       – Да.       – Если я останавливаюсь, чувствую, что начинаю падать в пропасть. Что упускаю что-то и это утянет остальных за мной.       – Люди становятся очень деятельными, когда у них нет другого выбора, – заметил Дилюк. – Долг… бывает разным. Если ты упадёшь, я поймаю тебя. Доверять соратникам – не зазорно.       Джинн вздохнула и снова уставилась на дерево.       – Прости, что я сомневаюсь. Я умею быть рыцарем, но совсем не умею – женщиной. Для такого нет никаких правил и руководств…       Дилюк прижал палец к её губам.       – Подвиги среди правил не вырастают. Все герои нарушали правила, так или иначе. Не извиняйся, я вырос с Кэйей, его ты в самоугрызениях не переплюнешь. Да, «руководство для рыцарей» и правда очень полезно, формулировки в нём прекрасные, но его создавали для новичков, как помощь поначалу. Оно полезно только в обыденных ситуациях. Когда случается что-то вне обыденного, я предпочитаю следовать внутренним правилам.       Джинн задумалась. А ведь он прав… Она знает руководство – устав, дополненный разнообразными правилами этикета, иерархией и прочими нужными знаниями – наизусть, но чаще всего даже не вспоминает о нём, принимая решения. И всё же поначалу внешние правила нужны, чтобы проникнуться духом.       – Я о многом хочу с тобой поговорить, – призналась Джинн и села. Обхватила лицо Дилюка ладонями – почему-то ей нравилось так – и прижалась к его губам.       – Поговорить? Теперь это называется так? – засмеялся он и поцеловал её в ответ.       – И поговорить, и… всё остальное, – призналась Джинн, нежась в его объятиях. – Давай пройдёмся.       Совсем рядом упал листок.       – Куда ты хочешь пойти?       – Выбери ты. Иначе я начну думать, где в последний раз заметили монстров…       Дилюк усмехнулся чему-то.       – Я выбрал. Идём.       Они снова взялись за руки. Джинн обернулась ненадолго на дерево. Теперь её есть кому поддержать, помимо давно вознесшейся Венессы. Наверное, то, чего Венесса бы хотела – чтобы никому больше не приходилось в одиночку нести непосильную ношу, как ей?       Ветер снова нёс сырость с берега, но Джинн не мёрзла. Дилюк вёл её обратно через долину Ветров, но не привычными всем рыцарям путями. Она не спрашивала, куда: сама же не говорила. И всё же это направление… Джинн всегда хорошо ориентировалась по солнцу, а по правую руку мелькнули спрингвейльские мельницы. Озерцо под водопадом, дорога…       Джинн бросила взгляд на тропу налево: в круглой долинке вольготно стояли лагеря хиличурлов, и те порой выбирались и сталкивались с людьми. В этот раз даже дымом не тянуло. Наверняка сидят и греются, и им не до чего больше нет дела.       – Ты даже не попытался скрыть, куда меня ведёшь.       – Ты слишком хорошо знаешь Мондштадт, чтобы не узнать дорогу.       Но Джинн только улыбнулась. Уже начало смеркаться; деревья бросали на дорогу густые тени. В них давно знакомый путь казался мистическим и волшебным, словно они шли по залам таинственного замка из романа, который Джинн недавно перечитывала. Только совсем скоро в просвете мелькнул солнечный луч, разрушивший всё очарование. Просто деревья и старые смотровые навесы, никогда не высыхающая лужа посреди дороги… Далеко впереди показалась винокурня. Джинн редко тут бывала: этими местами занимались Дилюк с Кэйей и не собирались отдавать порядок в семейных владениях на откуп другим, даже рыцарям. Она всецело их понимала.       Наконец начались виноградники, сейчас пустые: урожай давным-давно собрали. Людей там уже не было. В окнах домов горел свет, из труб шёл дымок. Молодой парень вышел из дома, мимо которого как раз шли Дилюк и Джинн, растерянно поздоровался и умчался к поместью. Дилюк рассмеялся.       – Ну всё. Готовься, сюрприза Аделинде уже не будет. Нас ждёт прекрасный вечер.       Джинн плохо знала главную горничную Рагнвиндров; только слышала порой о ней как об очень верном человеке и заранее хорошо к ней относилась. Не может ведь быть плохим человек, который так предан своим господам…       Аделинда стояла на крыльце, улыбаясь.       – Господин Дилюк, я так рада видеть вас и действующего магистра Джинн, – она вежливо поклонилась.       – Я сам не ожидал, что получится зайти, – махнул он рукой.       – Мы уже поужинали, но я велю приготовить ужин для вас. Что вы предпочитаете, действующий магистр?       – Я не привередлива. Меня устроит всё, – смущённо ответила Джинн.       – У нас с Джинн похожие вкусы, – Дилюк подошёл вплотную к Аделинде и что-то ей шепнул. Она подумала и кивнула.       – Идите в малую столовую!       Дилюк отвёл Джинн в небольшой полутёмный зал на первом этаже, отодвинул ей стул, щелчком пальцев зажёг свечи и масляную лампу.       – Тебе хватит света? Здесь есть лампы ярче.       – Да… Не утруждайся так.       – Ерунда. В детстве я очень любил зажигать лампы и камины силой пиро, даже расстраивался, что слуги уже их зажгли, – Дилюк рассмеялся и уселся напротив Джинн. – Ты у меня в гостях. Позволь поухаживать за тобой, как положено хозяину дома.       Джинн осматривалась. Светлые резные панели на стенах, шторы от пола до потолка, превращающие внешнюю стену в сплошной полог ткани, канделябры, лампа на столе, ещё две, незажжённые – в углах. На стене висела картина: башни Штормового дозора, должно быть, написанные с утёса Звездолова.       – Это тоже твоего отца? – Джинн кивнула на картину.       – Нет. Ему подарили когда-то. Отец почти не писал пейзажи с натуры.       – Здесь так уютно, – заметила Джинн.       – Это столовая для семьи. Посторонним тут не место. Даже если во время банкета нужно поговорить наедине, я веду собеседников в другой зал.       Джинн положила руку на стол, и Дилюк накрыл её ладонь своей; в его алых глазах отражались свечи. Тут дверь скрипнула. Они одновременно дёрнулись и сели прямо, а вошедшая Аделинда засмеялась.       – Что вы? Я рада за вас, господин Дилюк. Вы с Кэйей стали такими взрослыми.       Аделинда сноровисто расставила тарелки и чашки. Джинн присмотрелась к своей: кофе… Такой, как она пьёт по вечерам, когда есть время отдохнуть. И совсем простые стейки. Конечно, в такое время не до изысков и сложной готовки.       – Если захочешь, я приготовлю с утра что-нибудь более… подходящее, – сказал Дилюк, когда Аделинда ушла. Джинн покачала головой.       – Ты знаешь, я не люблю роскошь.       Дилюк хмыкнул негромко.       – Я не умею готовить изысканно, но знаю пару трюков. Думаю, тебе понравится.       Они поели в тишине. Джинн вспоминала, что планировала на завтра. К утру она в Мондштадт не успеет, ну и пусть – на утренних тренировках она не нужна, бумажную работу может перенести, встреча только вечером… Рыцари должны справиться сами. Вдруг когда-нибудь произойдёт что-то, где без неё будет не обойтись, и им придётся справляться без неё? Может быть, и без Дилюка, и без капитанов… Почему она о таком подумала? Ни маги, ни разведчики не говорят об опасности. Нет, лучше думать о хорошем. Джинн взглянула на Дилюка и залюбовалась. Он отвёл взгляд от свечи.       – Пойдём наверх, – предложил он. Джинн кивнула. Ей хотелось взглянуть на здешние комнаты Дилюка.       Его спальня мало отличалась от комнаты в штабе ордена. Тот же порядок, разве что нет бумаг на столе. Такие же сдержанные цвета, только цветы в простой фарфоровой вазочке – яркие. Джинн осторожно потрогала нежные розовые лепестки.       Дилюк лукаво, совсем не похоже на него, улыбнулся.       – Джинн, у меня есть шахматная доска. Сыграешь со мной? Ты ведь умеешь, я помню.       Она догадывалась, что будут они не только играть в шахматы, но не возражала против… других занятий.       – С удовольствием.