Глава 4.

На циферблате нежно голубых часов высвечивались такие цифры: 12:33. Муалани лежала на спине, тихо посапывая. В руках она ощущала что-то пушистое и приятное. Машинально она провела по предмету ладонью, после чего пальцы запутались в этом «комочке». Сначала сознание подстраивалось под одну мысль — это кот. Но чем больше проходило времени, тем быстрее сменялись мысли и ощущения. Смаки был не таким большим, как эта вещь. Да и ушки не на макушке находятся, шерстью не покрыты. Так что же это? Или же кто? Голова болела не так сильно, но доставляла девушке некий дискомфорт. С трудом она открыла глаза и зевнула. Лениво она обвела комнату глазами и ничего сверх естественного не заметила. Сначала. Пожалуй, первыми девушка заметила висящие на кресле джинсы. Но вот незадача — они явно не ее. Не помнит Муалани, что бы у нее была такая вещь. Когда «рыбка» уже пришла в сознание и чувства, могла немного размышлять, почувствовала на груди тяжесть. Это точно не кот. Нет, Смаки конечно тяжелый, но не настолько. Это был человек. Из под одеяла была видна только макушка. Уж больно знакомая макушка темных с покрашенными прядями волос. Муалани стало не по себе. А когда поняла, что полностью обнажена, стало еще хуже. Что вчера было вообще? Чем она занималась? Что пила? С осторожностью она оттянула одеяло вниз. В горле появился комок, который было невозможно проглотить. Дыхание перехватило. Во рту стало сухо. Как она вообще до такого докатилась? Кинич в свою очередь все еще сладко спал, не обращая внимания ни на что. Слишком глубоким был его сон. Щекой он прижимался к груди Муалани, а руки его покоились на ее талии. По факту, он согревал ее своим теплом и в какой-то степени это приносило уют. И впрямь как котенок. Но наименее напряженной ситуация не переставала быть. Прошлой ночью... С каждым мгновением в комнате становилось жарче. Поцелуй за поцелуем. Хотелось больше, чем просто мягкие ласки. Все же, даже самое легкое и еле ощутимое прикосновение сводило девушку с ума. Стоило только Киничу провести по ключице носом, по коже Муалани бежали мурашки. Чуть ли не каждое действие сопровождалось милым прозвищем, несмотря на происходящее. «Солнышко», «Рыбка», «Лани». Все это отзывалось в разуме Муалани эхом. —Я хочу узнать всю тебя. Я нуждаюсь в тебе, как никогда ранее. Знала бы ты, как долго я ждал этого момента. Мне нужно, чтобы ты была моей.—С каждым новым толчком осознание этих слов становилось четче. Но одно все же Муалани понять не смогла. Любит ли он по-настоящему? Многочисленные оргазмы, признания в самом откровенном, те же поцелуи, та долгожданная близость, любовь. То, что нужно было им обоим. Пусть это было в алкогольном опьянении, но слова были больше, чем просто искренними. Вряд ли кто-то из них вспомнит что-то из этой ночи на утро. Настоящее время... Муалани не решалась пошевелиться. Как он вообще на все это отреагирует? Вдруг она будет в его глазах как девушка легкого поведения? Размышлять долго не пришлось. Кинич заерзал на месте, явно начиная пробуждаться. Лани закрыла глаза, не хотелось начинать в какой-то степени неприятный разговор. Просто трудно было посмотреть ему в глаза, после такого случая. Парень тихо зевнул, а затем лениво перевернулся на другой бок, выпустив девушку из объятий. Дышать стало явно легче. Нервозность более менее спала. Встать Лани все так же не решалась. Тщетно она пыталась найти хоть какую-то одежду со вчерашнего дня в комнате. Безуспешно. Если она попытается хотя бы немного сдвинуться с места — кровать заскрипит, а значит Кинич проснется. Безвыходная ситуация. Оставалось только ждать, когда юноша проснется сам. Муалани снова закрыла глаза и задремала.

***

POV: Кинич. На самом деле, проснулся я рано. Возможно в районе 10 часов утра. В каком положении я нахожусь, понял не сразу. Не сказать, что испытывал стыд или смущение. Скорее удовлетворение и немалый шок со всего случившегося. Никогда не думал, что мне так повезет. Все же я люблю этого человека. Не так уж и просто скрывать то, что я хотел. Как сказать, так и сделать. Повторюсь — я слишком долго этого ждал. Жаль, что практически ничего не помню. Только, что она вроде как говорила о взаимности или что-то типа того. Я обнимал её так сильно, будто она сейчас исчезнет и это последний раз, когда я её вижу, прикасаюсь к ней. Надеюсь, что её реакция не будет слишком острой. И так сначала знакомства между нами стоит френдзона. Ещё дольше я просто не выдержу. Сорвусь с цепи, как пёс. Но я чувствую, что что-то обязательно пойдет не так. Мне не по себе от того, что я мог нанести ей вред. Или же нанёс. В любом случае, за содеянное я должен понести ответственность. Думаю, по больше части виноват именно я. Страшно подумать, что будет, когда она проснется. Но и дальше притворяться спящим не могу. Нужно все же как то выкручиваться. Хочешь жить — умей вертеться. Конец POV. Кинич приподнялся на локтях. Муалани, будучи ещё сонной, затаила дыхание. Он не спешил вставать, лихорадочно искать вещи, он просто повернул голову в сторону девушки. Снова хотелось лечь рядом, ни о чем не заботясь. —Лани, я знаю, что ты не спишь. Поверь.—Бросил Кинич и зарылся рукой в своих волосах. —Могу поздравить, ты экстрасенс. Ну, сейчас издеваться надо мной будешь? Проститутка, шлюха? Да?—девушка покраснела и закрыла лицо ладошками. Мягко говоря, было неуютно. Спохватившись она притянула к груди одеяло. —С чего бы? Мне незачем. Тем более, скорее всего затеял это все я. Конечно помню плохо, но большинство половых актов совершаются именно из-за беспечности мужчин. Да и в любом случае это просто физическая потребность, ничего такого в этом нет.—Юноша говорил свою речь спокойно и с расстановкой, без всякого стеснения, тем самым загоняя Муалани в краску ещё сильнее. —Ну спасибо, утешил... И долго мы будем так сидеть? —С твоего разрешения я могу собрать свои вещи и уйти. Если конечно желания видеть меня больше нет, то закройся одеялом с головой.—как он вообще умудряется не показывать эмоций в таких ситуациях? Молча Муалани накрылась покрывалом и потерла лоб руками. В какую она абсурдную ситуацию вообще попала. Не нужно было идти никуда. Хотя. Ну не может быть все настолько плохо. Везде надо искать компромиссы, ведь так? Возможно, теперь у неё не такой сильный тактильный голод. Но взгляд её был прикован к протянувшейся по внутренней стороне бедра засохшей сперме. О защите и речи быть не могло. Кто на пьяную голову о ней вспомнит? Теперь волнение было точно на высоте. Родная мать против отношений дочери с кем-то в этом возрасте, хотя Муалани давно не 15 лет. А если она ещё и шокирует маму беременностью, она схватит инфаркт. —Я оделся. Тебе подать что-то?—Кинич встал в дверях. Из под одеяла Лани не высунулась. —Видишь на ручке шкафа халат с акулами? Голубой такой. Брось мне пожалуйста.—парню пришлось поломать голову, прежде чем найти этот злосчастный халат, хоть он и весел перед его же носом. После, он вышел за дверь. Муалани быстрым движением накинула халат на себя и завязала пояс, а после вышла вслед за Киничем. —Это же останется между нами, верно?—девушка смотрела на парня с некой мольбой. —Не волнуйся, я неразговорчивый. Прошу прощения за произошедшее, не думал головой. Не знаю теперь, как все сложится. Пожалуйста, если тебе станет плохо, то скажи. Я буду готов помочь.—говорил он спокойным тоном. Малую уверенность все таки в Муалани это вселяло. —Спасибо. Но почему ты так волнуешься за меня? Почему не хочется уйти со скандалом или чем-то в этом роде? Ты не такой, как остальные... Почему?—Лани открыла входную дверь. Кинич переступил порог и вышел в подъезд. —Потому что люблю. И не хочу, чтобы человек страдал из-за моей неответственности.—он даже не обернулся. Начал спускаться по лестнице, а вскоре скрылся из поля зрения. Муалани стояла в ступоре. Любит.

***

В следующие несколько дней они не пересекались. Кинич написывал Лани практически ежедневно, спрашивая о самочувствии, но в ответ — тишина. Девушка много раз хотела написать, что все нормально, не нужно так беспокоиться, но просто не могла. Что-то мешало. На смены она тоже не выходила. Сидела дома. Состояние было подвешенное. Неясно, что она чувствовала, чего хотела. Несколько раз писала Качине, но о случившемся не рассказывала. Этот вечер не обещал быть чем-то особенным. Муалани лежала в постели, листая соцсети знакомых. Снова она натыкается на страницу Кинича. Спортивный человек. То видео с тем, как он умело играет в волейбол, следом просто фотография с пляжа. На ней Муалани и остановилась. Сохранила в галерею, что бы не потерять. Баскетбол, тенис. У него слишком много хобби. Неожиданное сообщение от Качины—«Сова, открывай, медведь пришёл.» Торопливо Лани побежала к двери. Кигуруми в виде тюленчика прибавляло ей обоятельности. Она даже в глазок не посмотрела, сразу открыла дверь. Этого она уж точно не планировала. Качина стояла с коробкой шоколадных конфет, видимо для чая. А сзади... Ну нет. Сзади неё стоял Кинич. Как в итоге оказалось, они были знакомы ещё давно, но вместе пересекались редко. Муалани даже об этом не знала. Обидно вообще-то... Нехотя, она выпустила обоих в квартиру, с Киничем она точно не хотела пересекаться в последнее время. —Доброго вечера называется...—вздохнула Муалани. —Да-да, очень доброго! Я узнала, что вы с Киничем знакомы. Мы просто болтали на днях, он мне и рассказал. А вы оказывается тоже общаетесь! Вот мы и решили вместе к тебе сходить!—Качина радостно подпрыгивала на месте, а после убежала на кухню ставить чайник. Все же она чувствовала себя как дома, так как часто оставалась на ночёвки. В коридоре они с Киничем остались одни. Он держал в руках подарочный пакет, который быстро протянул Муалани. —Возьми. Почему ты не отвечала? Я и так беспокоюсь за твое состояние, а ты меня еще и игнорируешь.—хоть и внешне он был спокоен, то внутри него царил хаос. —Спасибо. Прости, просто не могла ответить. Я не знаю почему. Просто... Как-то тяжело. Ну я не знала, как реагировать! Признался значит в любви, а ведешь себя так, будто ничего и не было! —Просто не хочу на тебя давить. Тут одно из двух, либо взаимно, либо нет. —Идиот... Ты на меня давишь своей заботой, поведением! Мне так еще тяжелее!—Муалани опустила глаза в пол. Она любит. Но не хочет признать. —Ну извини. Такой я человек. Если тебе так угодно, то могу уйти. Я тебе мешаю? Прости, что так вломился в твою жизнь, просто сказал, что люблю. Лучше бы тогда вовсе не обращал на тебя внимания. Проблем бы не было ни у тебя, ни у меня.—Кинич развернулся и уже хотел уйти, но Муалани, неожиданно для самой себя схватила его за запястье. —Прости... Не уходи. Пожалуйста. Я перегнула палку. Да и Качина не поймет...—глаза заблестели от скопившихся слез. От стыда, от того, что довела человека сорваться. —Ты меня убиваешь.—парень зажмурился, вздохнул.—И ты меня прости. Вспылил. Оба прошли на кухню. Вкусный чай, куча разговоров... И куча вопросов от Качины, касательно Муалани и Кинича. Лани мастерски уклонялась от неудобных для неё вопросов, а Кинич отвечал по существу. Качина ушла быстрее обычного. Следом за ней поспешил Кинич. Он набросил на плечи кофту и сказал: —Глянь, что в пакете. Тебе должно понравится. Отвечай на сообщения в следующий раз. —Хорошо, посмотрю. Большое спасибо за подарок или что это... Я правда благодарна. И все же забота твоя не лишняя... Когда юноша уже спускался по лестнице, девушка набралась смелости и сказала: —Я тоже люблю тебя, Кинич.—в подъезде фраза отдавалась эхом. Позже, девушка открыла коробку и посмотрела содержимое. Серебряная подвеска с сапфиром и цветочные духи. Видимо, Кинич настроен серьезно. Как все сложится дальше? В голове Муалани не укладывалось. К тому же, он говорил, что в его окружении больше девушек нет, которых он мог бы позвать на тусовку. А Качина? Похоже, это был повод сблизиться. Теперь, у Лани ещё больше вопросов.