Оазис между двух миров

Ничто не способно вернуть предательски отнятую жизнь. Возлюбленный богом Амоном, вечный владыка жизни, повелитель судеб — Рамсес XIII мёртв. Его возлюбленная сестра погибла вместе с ним. Все надежды юного правителя отныне погребены в вечных песках Египта. Сама удьба смеётся над мечтателем и воином. Всё осталось позади. — Достойнейший супруг, повелитель двух миров, проснись. Дорогой сердцу голос пробудил фараона ото сна. Ропот, крики прислуги и вельмож, не смолкавшие в течение нескольких минут, утихли в сознании Рамсеса. Только мирный, тихий, но всё же такой далёкий бег Нила едва ласкал его слух. — Солнце уже возвращается на землю, мы должны успеть попасть в новое царство. Веки молодого мужчины затрепетали, тёплый огонь сверкнул между ресницами. Рамсес рукой поймал твою улыбку и коснулся губами прохладных пальцев. — Моя царица... Он заглянул в твои глаза. Когда-то в них отражалась вся его жизнь, боль и радость, надежда — всё то, что он в один миг потерял. — Если сегодня, в лучах предрассветного солнца, я вижу тебя... Рамсеса словно пронзило копьём. Он увидел, как в золотых лучах за твоей спиной затрепетало пламя, закрылся глаз Змея, и величественная тень его божественного Отца неспешно скользнула по течению реки. — Это значит, что я... Бывший владыка двух миров попытался сделать вид, что ему причудилось какое-то странствие в царстве снов — или, по крайней мере, забыть обо всём, что произошло с ним в последние минуты жизни. Однако смерть невозможно обмануть. Даже сквозь закрытые веки Рамсес всё равно видел тень божественного Отца в величии огня и золота. Вся жизнь промелькнула перед глазами фараона: видения прошлого быстро сменяли друг друга. Вечный Рамсес думал, что судьба увенчает его жизнь славой предков. Но из глубин предательски пронзённой кинжалом груди вырвался лишь печальный вздох. Рамсес в ужасе открыл глаза, в то же время восхитившись красотой иного мира... Он погиб, рассеялся в гнусных речах жреца, ныне проклинающего его имя. Рамсес с горечью посмотрел на тебя. — Прости меня, возлюбленная сестра... я не смог, не смог... Его призрачное сердце сжалось в груди, в то время как глаза наполнились слезами. Ты взяла руку супруга и помогла ему подняться. — О, Рамсес, всё уже кончено. Здесь остались только мы с тобой... Пойдем же скорей к отцу или неумолимый свет сотрёт нас. И пусть в новом доме у вас не будет трона из золота, а лишь усталость тысячи веков... — Мы будем вместе ради другого мира, гораздо более величественного, чем царство живых, и недоступного жрецам-предателям... Поцеловав тебя в оазисе между двух миров, в последний раз Рамсес ощутил на своих губах сладкий вкус вина, когда-то пробуждавший в нём пороки, услышал заливистый смех и звон кубков в честь победы... Потом вы исчезли — растворились над хрустальной безмолвной рекой. В тоже время мир живых наполнился звуками барабанов, труб, восклицаниями почестей и приветствиями: «Да здравствует великий Сен-Амон-Херихор, владыка Верхнего и Нижнего Египта, повелитель над жизнью и смертью поданного народа!» Через мгновение солнце осветило собой весь Нил.