Глава 6. Гость, которого никто не ждал

Сакура смотрела в окно на красивый закат с бокалом вина в руках и улыбалась. Небо за стеклом разлилось целой палитрой умелого художника со всеми оттенками желтого, розового, фиолетового и голубого. Правда, это любование длилось до тех пор, пока она не поняла, что то, что она приняла за закат, на самом деле — игра теней и отражения лампочки в окне. Кажется, голова что-то совсем распухла, стала такой тяжелой и неповоротливой, словно ее только что залили железом или даже свинцом. Госпожа Рю же, напротив, находилась в полном порядке. И даже более того. Сакура посмотрела на нее расплывчатым взглядом и не понимала, как так можно — сидеть, сложив ногу на ногу, поигрывая кружащимся в бокале вином, и расслабленно разговаривать, да еще так, что не заплетается язык. — Выровняй спину и сядь грациознее. Ты кто — девушка или баба базарная? — спросила госпожа Рю, и Сакура только сейчас поняла, что лежит головой на столе. Ей пришлось выпрямиться и разлить еще вина по бокалам, хоть себе она добавила совсем немного. — Так вот, это был самый красивый юноша в том городке… Панмунчжом, может знаешь, это почти на границе с Северной Кореей. Ну, сейчас, конечно. Так вот, несмотря на то, что я больше симпатизирую длинным волосам у мужчин, тот парень был просто загляденье со своей короткой стрижкой… Высокий, сухопарый такой, но с мышцами. Я могла легко рассмотреть их, если видела, как он подтягивается или отжимается. Помню, мы тогда выступали для этих несчастных мальчиков нашим ансамблем… Ах, как он на меня смотрел! И я смотрела на него! — И что же, вы встречались? — кое-как ворочая языком и стараясь сделать так, чтобы ее глаза не слиплись, спросила Сакура. — Это очень романтично. — О да! Тогда романтика была другой, совсем не то что сейчас! — воскликнула госпожа Рю. — Сейчас молодежь пошла такая развратная, все только и думают о том, как уложить девушку в постель! А тогда мужчины устраивали свидания под луной, сутками не ели, чтобы накопить денег и сводить девушку в дорогой ресторан или хотя бы хорошее кафе. Сейчас такого не дождешься! Только и делают, что заставляют либо «отрабатывать» счет, либо предлагают платить пополам. — А-а-а! — протянула Сакура, поняв, о чем речь. — Мы таких называем пополамщиками. — Хорошее слово… надо запомнить. Но и девчонки были другие! Скромные! Ходили все закрытые, взглядов старались не поднимать, есть салатики, следить за фигурой. А сейчас что? Принятие себя!.. Чх!.. Ну конечно, если ты одеваешься, как последняя продажная девка, какой приличный мужчина на тебя посмотрит? — начала распаляться госпожа Рю, а Сакура попыталась сфокусировать взгляд на часах. Уже два ночи! — Да и сами в постель прыгают, якобы женщинам тоже хочется удовольствия!.. — А как вы думаете… — Сакура покачалась и чуть хлопнула себя по щеке, чтобы снова не упасть на стол. — Через сколько свиданий можно согласиться на… Ну вы поняли. Слово «секс» произносить было как минимум неловко. — Когда сделает предложение. Только так ты поймешь истинные намерения, и то не до конца. Если он зовет тебя замуж через пять свиданий, тоже не стоит соглашаться, значит, либо альфонс какой-нибудь, либо с головой не всё в порядке и он собирается с тобой переспать или хочет, чтобы ты не досталась другому, — серьезно проговорила госпожа Рю. — Надо выждать полгода… или хотя бы месяца четыре, а уж тогда, когда ты поймешь, что приглашение — не пустой звук, на что-то соглашаться. Но для начала обязательно отказывать, чтобы он не подумал, что ты готова вот прям сейчас к нему в койку прыгнуть! Даже если на самом деле очень хочется… — А что с тем военным?.. — из чистого любопытства спросила Сакура, даже не зная, согласна она с госпожой Рю или нет. — Вы всё же начали встречаться? — О, мой отец тоже был военным, и очень строгим. Однажды он побил меня скакалкой, когда увидел, когда я улыбаюсь однокласснику и флиртую с ним, — весело отозвалась госпожа Рю и сделала глоток. — Да, запрещал он мне встречаться, говорил, что сам найдет мне хорошего жениха. Сакуру передернуло. Она никогда не поймет, наверное, все эти порядки и зацикленность на сексе. Это кто еще о нем постоянно думает! Люди, которые спокойно им занимаются время от времени и идут по своим делам, или те, кто во всем видит какой-то пошлый подтекст, даже в невинных улыбках? Сакуре с трудом удалось скрыть отвращение на лице, ей стало жаль госпожу Рю. И снова возник вопрос, был ли у нее вообще муж или дети? В доме ничего об этом не говорило. — На самом деле, мой отец не хотел, чтобы я была женой военного… Они с матерью мечтали, чтобы я была целомудренной, конечно, но еще — изящной и красивой, поэтому и позаботились о том, чтобы я занималась танцами и сделала карьеру. Но постоянно повторяли, что я должна и на пушечный выстрел не подпускать к себе никаких поклонников, хотя у меня даже в ансамбле их было хоть отбавляй, — продолжала госпожа Рю, спокойно допивая очередной бокал вина. Для нее они, похоже, были всё равно что вода. — Но с тем парнем я действительно начала встречаться тайком… Ах, и всё же как это было романтично!.. Но дальше одного поцелуя у нас ничего не зашло. — Почему?.. Ваш отец был против него? Или есть другая причина? — с искренним сочувствием спросила Сакура. — Он был военным, а я жаждала свободы, родители тоже мне ее желали. Я поступила в престижное место в Сеуле и сделала карьеру балерины. Ох как он тогда плакал и обещал, что мы найдем выход!.. Я же чувств не показала, это было выше моего достоинства, поэтому уехала без прощания, без слезинки. И всё же до сих пор вспоминаю его улыбку, так сердце дрожит… — госпожа Рю пусто посмотрела в стену и грустно усмехнулась. — Но что о том теперь жалеть? Дело прошлых лет. — И что, вы никогда не жалели о своем выборе? Госпожа Рю повернула голову и зло сощурила глаза. — Так, хватит болтать!.. И так уже наговорили тут, сколько не нужно! Я тебя тут жизни учу, примеры привожу поучительные и полезные, мотай на ус! И не смей ко мне сюда никаких парней приводить! Узнаю, что тут с кем-то встречаешься — мигом выставлю, так что будь целомудренной! Закругляемся! — госпожа Рю громко похлопала в ладоши, из-за чего у Сакуры еще сильнее разболелась голова. — А теперь давай-ка, бутылки уже закончились, убери здесь всё, а я приму ванну и пойду отдыхать! С этим госпожа Рю встала и, махнув широким рукавом шелкового китайского халата, удалилась наверх, а Сакура осталась наедине с выпитыми бутылками и горой грязной посуды, которая осталась после приготовления фуагра и самого ужина. Вставать в шесть утра, спать осталось всего-ничего, и если бы не придирчивость и требования госпожи Рю, Сакура забыла бы об уборке и оставила это на завтра. А теперь, шатаясь и стараясь заставить глаза видеть так же четко, как и прежде, складывала посуду в посудомойку, надеясь ничего не разбить. Чудо, что ни один бокал и ни одна тарелка не разлетелись. Теперь Сакуре хотелось бы верить еще и в то, что она не пропустила ни одной крошки на столе и что не оставила на его поверхности никаких разводов. Иначе будет скандал!.. Позавчера они с госпожой Рю уже это проходили, вот только она никак не хотела понимать, что Сакура — это не весь персонал отеля пять звезд, который должна следить за всем и вся, а сиделка, которая обязана помогать в меру необходимости. И всё же апартаменты роскошные, всё близко к дому, поэтому грех, наверное, жаловаться. Вернувшись в комнату, Сакура запнулась о порог и грохнулась рядом с кроватью, а потом кое-как заползла поперек нее. Всего лишь минут пять полежит, чтобы прийти в себя, потом примет душ и спокойно пойдет спать… да, точно… А голова словно намертво приклеилась к постели, да и собственное тело не слушалось, казалось неподъемным. И Сакура сама не поняла, как закрылись ее глаза, а потом она и вовсе уснула, даже не вытащив из-под себя одеяло. И ужаснулась, когда проснулась и увидела на часах половину двенадцатого дня! Вскочив на ноги, Сакура даже не сразу поняла, что ей нужно сделать. Быстро собраться и поехать хотя бы на последние две пары? Вообще не идти и сказаться больной? Сетовать на больное колено?! Ну нет, не так уж и сильно она ударилась! Но боже, как же раскалывалась голова, просто невозможно! Сакура с болезненным стоном опустилась на кровать и сложила запястья на лоб. Вот так она и учится, значит, прилежно! И врать тоже не было смысла, по крайней мере — Джеюну! Преподавателям она точно не скажет, что перепила ночью с бывшей балериной и не смогла вовремя проснуться. Взяв в руки телефон, Сакура посмотрела на панель уведомлений. От кого: Сонхун Тебя сегодня не было. С коленом что-то серьезное? Ты ходила к врачу? От кого: Сону Каким ветром тебя унесло?.. Ты в порядке? От кого: Чонвон Я вроде довез тебя в целости и сохранности и всем об этом отчитался. Тебя же не загрыз маньяк? От кого: Джеюн Ну пипец тут происходит… ты пропустила пары у преподавателя Мок! Ты же знаешь, какая она строгая! Дуй скорее сюда, как прочитаешь! Решив, что с последним предложением спорить не имеет смысла, Сакура быстрее побежала в душ и поняла, что забыла высушить волосы, только когда села в такси. На последние две пары она еще успевала, хоть и с опозданием. Правда, страшная, как пугало, — без макияжа, в чем попало, растрепанная и едва проснувшаяся. И, конечно же, на это сразу же обратили внимание, когда Сакура вошла в аудиторию, и начали перешептываться. Благо, преподаватель просто кивнул ей в знак приветствия и запустил внутрь. Как только она села рядом, Джеюн едва слышно присвистнул. — Что за цунами с тобой стряслось? — Потом расскажу… — протянула Сакура, чувствуя, что ее голова всё еще не в порядке, а к горлу подступает тошнота. — Давай зайдем после пар куда-нибудь, поедим этот, как его… суп от похмелья. Иначе мне точно несдобровать. Джеюн воздержался от расспросов и кивнул в ответ. На сути занятия сконцентрироваться не удалось. Кажется, было что-то про культуру Кореи в девятнадцатом веке, и Сакура пыталась сосредоточиться, что-то записывала, но хоть убей, она постоянно теряла нить повествования и ловила себя на том, что сидит в полусне, опустив голову над партой, а ручка из руки вываливается. Облегчение наступило только тогда, когда прозвенел звонок и преподаватель закончил лекцию, обещав продолжить то, что они не успели, чуть позже. Сакура заскулила, схватившись за голову, и сморщилась. — Ну теперь-то расскажешь, что не так? — собрав ее вещи и написав сообщение в общую беседу, спросил Джеюн. Следующая пара переносилась в другую аудиторию. — Ты обычно сразу тут как тут. Вчера пила, что ли, с кем-то? Не ожидал от тебя, — он рассмеялся. Сакура была благодарна хотя бы за то, что в голосе Джеюна не было никакого осуждения. — Раз похмельный суп, то… я знаю одно хорошее место. — Не ожидала от тебя такого, — спародировав его голос, проговорила Сакура. — Откуда ты знаешь, в каких местах подают хороший похмельный суп? — У меня свои тайны. — Оно и видно, — фыркнула она. Сакура взяла свой рюкзак и остановилась, когда увидела руку, протянувшую ей бутылку воды. Сонхун стоял сбоку, так близко, и улыбался во все свои тридцать два зуба. Кажется, слишком много заботы с его стороны в последние два дня. Джеюн тут же встал как вкопанный и — Сакура успела это заметить — переглянулся с Рики. Тот пожал плечами, тоже не поняв, наверное, что здесь происходит. — Я невольно услышал. Со всеми бывает. Сейчас тебе нужно пить побольше воды, чтобы стало полегче, — Сонхун всучил Сакуре бутылку воды и улыбнулся. — Как себя чувствуешь? Колено в порядке? — Более чем, — Сакура демонстративно подпрыгнула и тут же покачнулась, но вовсе не из-за той ссадины, а из-за бешеной пульсации в висках. Джеюн и Сонхун подхватили ее с разных сторон и поставили на ноги. И тут она увидела Сону, который посмотрел на нее, выгнув бровь. — В общем, спасибо всем за помощь, но с ногой всё в порядке. Надо как-то перетерпеть и поеду домой… Надеюсь, отдыхать, — она постаралась натянуть улыбку, но получилось плохо, судя по цоканью подошедшего Сону. — Знал бы, что ты пьешь, позвал бы на вечеринку, — так некстати сказал он, и Сакура закатила глаза. — Хотя еще не поздно. Правда, это среди пловцов, некоторые приводят своих девушек, ты бы могла пойти со мной. — Что?! — воскликнула она, широко раскрыв глаза. — Что еще за предложение?! Мы с тобой знакомы-то!.. Какая девушка!.. — она аж подавилась слюной от возмущения и тут же выпила воды, растекшейся по подбородку. Сону же рассмеялся, и уже не сдерживаясь, Сакура треснула его по лбу. Теперь Джеюн непонимающе переглядывался уже и с Рики, и с Сонхуном. — Да я с тобой даже за ближайший угол не пойду! — Ну что ты так горячишься? Я же не предлагал идти в качестве моей девушки, просто решил, что наши отношения зашли в тупик и что нам можно пообщаться в неформальной обстановке, — продолжил как ни в чем не бывало Сону, и Сакура снова нервно вздохнула. Что ему от нее надо?! — Просто в универе вечеринка нескоро, ты пропустила первую, вот я и подумал, что раз ты выпиваешь иногда и любишь это дело… — Не люблю я ничего! Джеюни, пойдем, не хочу с ним разговаривать! Сакура схватила Джеюна за руку и вывела его в коридор. Ну каков нахал этот Ким Сону! Появляется вечно как из-под земли и несет какую-то ерунду! Не хватало ей еще соглашаться на его сомнительные предложения и идти в незнакомые места на вписки, где все только и делают, что пьют, смеются и трахаются на верхних этажах время от времени! Сакура дала себе слово, что в следующий раз не поленится, найдет какую-нибудь шаманку и проклянет Ким Сону, чтобы запор мучил его неделями. А пока она сказала Джеюну только «без комментариев» и отправилась на следующую пару. Поговорить нормально они смогли только в кафе, когда им действительно принесли похмельный суп. — Достал! Я всё время думаю об этом и не понимаю, что ему от меня надо! — пожаловалась Сакура и поднесла ложку ко рту. Джеюн же вовсю хлебал суп за компанию. — Развлечение я ему какое-то, что ли, или как это еще назвать?! — Честно говоря, я сам удивлен, — ответил Джеюн, промокнув губы салфеткой. — Обычно Сону общается только с Чонвоном и Хисыном, больше никуда не лезет, а тут такой интерес. Может, ты ему нравишься? — он растянул губы в игривой улыбке, а Сакура снова закатила глаза. — Ладно, молчу, поживем — увидим. Просто для меня это тоже неожиданность, что он всегда вьется вокруг тебя. — И без него проблем по горло, — пробурчала Сакура, скривившись, как изюм. — Теперь ты будешь нашим с ним посыльным. Я тебе буду говорить, что ему отвечать, а ты это передавать, — она не дала Джеюну даже возразить и перевела тему: — Вчера госпоже Рю вдруг захотелось рассказать мне о своей молодости в военном городке и выпить. Она всё время требовала, чтобы я тоже не стеснялась, в итоге я потом убирала со стола и сама не поняла, как уснула. Даже ни одного будильника не услышала! — Впервые столько пьешь? — спросил Джеюн и заказал еще чего-нибудь попить. — Я вообще редко пью, а столько — тем более!.. Чувствую себя ужасно. У меня голова сейчас как планета HD 189733 b, — ответила Сакура и отдышалась от остроты супа. Джеюн даже ничего не спросил, просто подождал, пока она сама начнет рассказывать. — Второе название этой планеты «Горящий Юпитер», вращается очень близко к своей звезде и совершает весь оборот всего за два земных дня, тогда как Земля — за год. Вот и я так же… ни на чем не могу сконцентрироваться. — Это нормально, не переживай, — отмахнулся Джеюн. — А что, ты просто не могла сказать «нет»? Не думаю, что пить с работодательницей входит в обязанности сиделки. — Могла, наверное, но я не думала, что мы столько выпьем! И ее так легко завести, мгновенно злиться начинает, — вздохнула Сакура, отложив ложку. — А мне потом страдай и выполняй бессмысленные поручения вроде нарезания долек огурцов строго по миллиметрам. Я понимаю, что все творческие личности капризные, но чтобы вот так… — теперь она чуть покачала головой. — Мне нужна эта работа, родители не смогут снимать мне нормальное жилье. Не хочу их подвести. На телефоне брякнуло уведомление. От кого: Сону Извини, я неудачно пошутил. Я не хотел тебя обидеть — Так я и поверила, не хотел он! — воскликнула Сакура и показала Джеюну сообщение, когда им принесли по чашке риса. — А мне кажется, хотел! — Не будь букой, он просто старается найти к тебе подход, — Джеюн взял палочки, но тоже отвлекся на телефон и воткнул их в чашку вертикально. Сакура в ужасе вылупила глаза и убрала их, грязные, обратно на стол. — Что?.. — Ты что, не знаешь о приметах?! Воткнуть так палочки в рис — это к похоронам! Мои родители всегда так говорили, — Сакура дотянулась до головы Джеюна и похлопала по ней. — Мне твои похороны не нужны, кто еще со мной дружить будет и передавать этому Сону сообщения? — она положила телефон, так и не ответив на сообщения. Джеюн же почти смеялся. — Может, это и глупо, но я верю во всякое такое… В конце концов, если существует планета CoRot-7b, которая всегда повернута лишь одной стороной к звезде, то и потустороннее существовать может… — Ладно, тогда говори, если я еще что не так буду делать, — улыбнулся Джеюн и повернул голову, когда в кафе прозвенел колокольчик. Это были Синхе и две ее подруги — Мин Сольхи и Че Джеён. — О нет, только не это!.. Джеюн тут же прикрыл голову меню, но было уже поздно. — О, вы оба опять вместе! — воскликнула Сольхи, постучав по их столу длинными ногтями. — Джеюни, честно говоря, не думала, что ты найдешь себе девушку до окончания универа, — продолжила она, а Джеюн густо покраснел от неловкости и попытался что-то возразить. — Да нет, ты не подумай! Я только рада! Будет что обсудить, — она подмигнула им и ушла вслед за подругами к свободному столику. — Не трогай их, — сказала Сихне, изящно закинула ногу на ногу, — может, они не хотели, чтобы их видели вместе, — услышала Сакура и нервно потеребила браслет. Только слухов ей не хватало для полного счастья! Джеюн, кажется, думал о том же. Синхе притронулась к своему уху и потыкала на экран телефона, а потом убрала его в сумку со словами: «он мне не отвечает». Сакура знала, что это тоже не ее дело, да и не доверяла всем этим университетским нимфам, но в голове само по себе всплыла их с Чонвоном поездка на машине. Тогда Синхе тоже написала ему, но осталась без ответа на какое-то время. Не университет, а какое-то любовное логово. — Нашла из-за чего переживать!.. Когда тебе успел понравиться Ян Чонвон? — спросила Джеён, начав листать меню. Джеюн тоже прислушался к их разговору, удивленно посмотрев на Сакуру. — Он симпатичный, но какой-то несерьезный… Рики так за тобой и увивается, лучше бы меньше игнорила его. — Да не нравится мне Чонвон!.. У меня свои причины ему писать, — возразила Синхе, но кажется, ей никто не поверил. Айщ, надо реже есть в тех местах, где ошиваются одногруппники, от этого одни только проблемы. — Ладно, неважно, хоть меня это и расстраивает… — Синхе тоже постучала по столу ногтями. Они у нее были короткими, но ухоженными, с красивым фигурным покрытием. Сакура призадумалась. То, что ей не нравится Чонвон, было больше похоже на ложь, так как, судя по всему, она часто ему писала. Поговорить с ним, что ли, и рассказать? Или лучше не совать свой нос куда не просят? Как там говорила мать? «Любопытному на рынке прищемили нос в корзинке». Тем временем Джеюн быстро доел свою порцию и жестом показал Сакуре поторапливаться, но она отрицательно покачала головой. — Если сейчас сбежим, возникнет только больше подозрений. Будь спокоен, мы ничего такого не делаем, чего дергаться-то? Сидим и обедаем как друзья, — сказала она, не оставив Джеюну шансов возразить. — Закажи себе еще чего-нибудь хотя бы попить, не хочу есть в одиночку, — добавила она и снова посмотрела на телефон. Там всплыло уведомление. От кого: Сону Надеюсь, завтра у меня получится загладить вину. Увидишь, что я придумал! И Сакура была вынуждена признаться самой себе, что вот это уже интересно.

☆.｡.: *･ﾟ*:.｡.☆☆.｡.: *･ﾟ*:.｡.☆

Сону вернулся домой в расстроенных чувствах. Вот зачем, дурак, наплел про то, что кто-то там приглашает своих девушек? Выглядело действительно как подкат, а он-то хотел чисто по-дружески пригласить на вечеринку и повеселиться, а вовсе не впечатлить Сакуру. Теперь наверняка ведь будет думать, что он к ней подкатывает, а это было совсем не так! Чонвон и Хисын ржали над этим всю дорогу домой и не прекратили даже тогда, когда пересекли порог. Хотелось треснуть их чем-нибудь, да покрепче, но они были правы: это выглядело тупо и жалко. Впрочем, как обычно. — Не, надо было же такое сказать!.. — снова заржал Чонвон. — Конечно, она теперь думает, что ты от нее без ума! Ну может, от твоего подарка она растает, конечно, но далеко не факт. Хотя ты отдал за это целое состояние! — Неправда, у меня много накоплений! Не так уж и дорого оно стоило! — Да-да, конечно. Главное, чтобы она не решила, что ты на нее еще и дрочишь, как Хисын на свою Синхе, а так!.. Сону уже был готов придушить Чонвона, даже взял его шею в захват локтем, как вдруг взгляд переместился на гостиничный диван. Там, оттопырив мизинец, держа при этом чашку кофе, сидел тот, от кого аж глаза болеть начинали. Хан Мунджо лениво повернул к ним голову и строго посмотрел на Чонвона. — Попрошу не выражаться так в моем присутствии… Всё же это малость некультурно, а учитесь на историков. Какая стыдоба! — надменно проговорил он, и Сону тут же перестал злиться на друзей. Теперь была цель посерьезнее. — Рад снова увидеться с тобой, кузен, и надеюсь, что надежды твоей матери о том, что я окажу на тебя благое влияние, сбудутся, — Хан Мунджо осторожно поставил чашку на журнальный столик и встал для поклона. — Рад приветствовать вас здесь. — И тебе здорова! — воскликнул Чонвон. — Жаль, что ты так рано уехал в прошлом году, хотя, если подумать… Лучше бы наша прежняя встреча была последней, — он намеренно поклонился как можно ниже и по-хозяйски направился в комнату Сону. Хисын тоже слегка согнул спину и убежал следом. — Ты всё еще общаешься с этими невоспитанными господами? Я надеялся сегодня вечером обсудить прекрасные авторские мысли из «1984». Ты ведь наслышан об этом великом по своей сути романе, не так ли? — А новенького ты ничего не прочитал? — у Сону аж приподнялся уголок верхней губы, обнажив несколько зубов. — Вот когда прочитаешь, тогда и приходи, а пока сиди тихо и делай вид, что тебя нет. Никакого «благого влияния», — он нарисовал в воздухе кавычки, — тут не будет. Сону взял из холодильника графин с лимонадом со льдом, поставил его на поднос вместе с тремя стаканами и отправился в свою комнату. — Вот кретин… Че мать вечно во мне не устраивает?! Додумалась, блин, просить кого-то на меня повлиять! — Это потому что нормальные люди профессиональным спортом не занимаются, а тренируют ум! — воскликнул из гостиной Мунджо, и Сону понял, что не закрыл дверь. Хлопнув ею, он сел на место. — И не надо вот этого акта агрессии! — Мы пообщались с ним пять минут, а он уже успел мне надоесть, хотя я подхожу под все его критерии адекватного человека, — вздохнул Хисын и сел возле кровати в позе лотоса. — Сону, если что, говори. Я заеду к деду и возьму у него огнемет. — У твоего деда есть огнемет? — неподдельно удивился Чонвон. Сону был с ним солидарен. — Ему просто жаль тратить деньги на барбикюшницу, — отмахнулся Хисын. — Мой дед и не такое может. Однажды к его даме сердца подкатывал один солдат, так вот его ждала незавидная участь. Дед приварил его брекеты к металлическому бруску, — с полным спокойствием на лице проговорил Хисын, как будто в этом нет ничего удивительного. Сону и Чонвон синхронно вылупили глаза и переглянулись. — Понимаю… И да, брекеты в это время были на том человеке, так что ему пришлось несладко. — Несладко придется мне до Рождества, — цокнул Сону и зарычал, схватив перед этим подушку. — Родители разводятся, — сказал, наконец, он, и Чонвон подавился лимонадом. — Угу… — Сону снизил голос до шепота. — Она не хочет, чтобы этот дебил узнал, и сказала мне по секрету. Даже отец не в курсе еще, хотя всё к этому шло. Но то, что она попросила этого идиота меня наставлять!.. — Да как будто в первый раз, — махнул рукой Хисын. — Забей и живи своей жизнью. Если хочешь, можешь пока пожить у меня, места всем хватит. Это было правдой. И родители Хисына, и Чонвона были состоятельными людьми и имели хорошие дома в несколько этажей, но соглашаться на такое предложение было ниже достоинства Сону. Что бы он ни говорил остальным, а его раздражало и нервировало, что у него далеко не самая богатая семья и что в ней не всё гладко. Родители постоянно не могли что-то поделить, наседали на него из-за плаванья и требовали безупречной успеваемости, а ему вся эта история была не интересна. А теперь мать еще и нашла себе помощника, который опять будет убеждать его, что профессиональный спорт — путь в никуда. Никто из родственников ведь даже не верил, что Сону добьется успехов в плавании и сможет на этом зарабатывать. И никакие победы на соревнованиях в этом не убеждали. — Нет, не стоит, как-нибудь перетерплю. Да и потом начнут капать на мозги, просить вернуться, — соврал Сону. Он бы с радостью был отсюда как можно дальше, да и отец не раз намекал, что пора бы ему съехать уже, мол, взрослый. — Но спасибо за предложение. У Чонвона и Сону одновременно брякнули сообщения. От кого: Сакура Ничего мне не надо, я тебя уже простила, так что не беспокойся! Сону покачал головой. Ну нет уж, так не пойдет! Оставалось надеяться, что со своим подарком он не ударит в грязь лицом и что Сакура оттает. Их непонятные взаимоотношения его бесили, и пусть близко он особо ни с кем не общался, кроме Чонвона и Хисына, все к нему относились хорошо. Кроме одного человека. Вот и в этот раз пусть так будет. Но не стоило отрицать: Сону веселили эти странные игры, и он собирался их продолжить.