Часть 1

Шень Цинцю умер. Ло Бинхе сошел с ума. Шан Цинхуа и подумать не мог, что какой-то демон-змей сможет принести столько бед. Нет, ну как так могло случиться?! Зачем ему вообще нужно было вмешиваться? Огурец только вернулся, и его опять… опять... Цинхуа видел весь ужас, творившийся в романе после смерти любимого Учителя владыка демонов. Он – автор, но повлиять на это не может. Да и Система не давала покоя, постоянно напоминая, что мир может стать хуже, потому что протагонист сам себя убивал и душевно, и физически. Главный герой часто впадает в приступы безумия и убивает всех, не разбирая кто перед ним. А Цинхуа очень не хотелось лежать со свернутой шеей. Сегодня Лорд пика Аньдин относил отчеты Ло Бинхе и чуть не распрощался с жизнью. Он, сдав все документы, поспешил удалиться и от страха перед демоном не заметил, как начал отчитывать Цинцю: - Цинцю, вот засранец. Сам ушел, а мне всё опять расхлёбывать. Ло Бинхе услышал шепот пикового лорда. И только после мрачного, пробирающего до костей: «что ты сказал?». Лорд понял свою ошибку. После игры со смертью, а именно оправданий перед демоном, горе-автор осознал: надо исправлять ситуацию любым способом! *** А что насчет Шень Цинцю? Вы скажите, что он умер и у него всё хорошо, что не в сказке сказать, ни пером описать. Как бы не так. Да, он умер, но ни молочных рек, ни кисельных берегов он не увидел. То место, куда он попал, сложно было и местом назвать. Это было пустое, тускло-серое пространство, в котором иногда появлялись цифры: ноль и один. Кто бы мог подумать, что вездесущая Система отправит Цинцю во внутреннюю память как запись двоичного кода. Но заклинатель не стал лишь набором цифр, потому что никакая железяка, пусть, и умная не сможет оцифровать душу человека. Вот так и остался брат-огурец висеть в пространстве, не зная, ни времени, ни всего того, что он оставил в мире романа после своей смерти. Но просто так болтаться в памяти Системы Цинцю не хотел. Он научился двигаться в пространстве, перебирая различные комбинации цифр, и влиять на обстановку вокруг. Так, составляя цепочки двоичного кода, Цинцю добрался до программного обеспечения Системы. Она оказалась лишь набором команд, и ни о какой мести, разрубании Системы мечом, не могло идти и речи. Это очень опечалило лорда, но ничего не попишешь придётся оставить идею мести до лучших времён, до тех, когда Система обретёт тело, хотя бы голографическое.