Часть 1

Шестой курс начался с молчаливых взглядов. Он больше не смеялся над её волосами и не шептал гадости в коридоре. Он просто смотрел — в библиотеке, за завтраком, мимоходом в классах. Гермиона не знала, что с этим делать. Но всегда смотрела в ответ. Однажды она нашла его в старой, пыльной комнате в восточном крыле, куда студенты обычно не заглядывали. — Почему ты здесь, Малфой? — Потому что ты единственная, кто не верит в мои клыки, — сказал он с усталой ухмылкой. Но в голосе дрожало что-то другое. Настоящее. — Не играй со мной. Он молчал. Потом выдохнул: — Я не могу больше играть. Всё… рушится. Я… — Боишься? Он кивнул. — Но не за себя. И когда он впервые коснулся её руки, это было не дерзко — осторожно. Словно это была его тихая исповедь. ****************************** Смерть Дамблдора расколола мир. — Он предатель, — сказал Гарри, глядя на мрак в небе. — Очередной Малфой. Но Гермиона видела их в ту ночь, как дрожали его пальцы на палочке, как дрогнул голос. Как Дамблдор смотрел на него с доверием и… прощением. — Спасибо, мальчик, — прошептал он перед тем, как упасть. И Драко исчез. Но не навсегда. ****************************** Каждую ночь проведенную в бегах, Гермиона доставала письмо. Короткое, с мятым краем, почти стёртыми чернилами: Я не смогу быть с тобой. Но я всегда рядом. Всегда — твой, Д.М. Она хранила его ближе к сердцу, чем палочку. ****************************** В ту зиму в середине 6-ого курса, холод казался живым. Они встречались в подземелье. Он дрожал — не от холода. — Я не могу быть с тобой, — сказал он, — но я уже с тобой. Она коснулась его лица, осторожно, будто боялась, что он растает. — Не делай этого, Драко. Он убьёт тебя. Он смотрел в её глаза: — Если не сделаю — он убьёт тебя. И когда он поцеловал её, она запомнила вкус этой клятвы. ****************************** Хогвартс в огне. Волшебные щиты рушатся. Крики. Гарри падает — с широко открытыми глазами и беззвучным эхом в пустоте. Волдеморт смеётся. — Очередной герой. Как и твоя грязнокровка. Он поворачивается к Гермионе. Она на коленях, кровь на губах, глаза в бешеном поиске хоть какого-то шанса. Волдеморт поднимает палочку — и Гермиона поднимается в воздух, безвольная, в окружении тёмной магии. — Ты многое значила для моего шпиона, — хмыкнул он. — Не правда ли, Драко? И тогда он вышел из тени. Все затаили дыхание. Он был бледен, измучен, но гордо держал голову. Он смотрел только на неё. Гермиона улыбнулась сквозь боль. Глаза наполнились слезами. Она знала, чем всё закончится. И прошептала, едва слышно: — Всегда. Зелёный свет разрезал тьму. Она упала на землю, как оброненная роза. Всё вокруг расплывалось — огонь, шум, крики. Только её тело. Только пустота. Драко подошёл. Спокойно. Почти медленно. Волдеморт смотрел на него с кривой усмешкой — почти насмешливо. Но не сделал ни шагу назад. Драко остановился на расстоянии вытянутой руки. Его палочка была опущена. Ветер трепал полу его плаща. Он не мигал. Не дышал, казалось. Волдеморт открыл рот, чтобы сказать что-то — насмешка, угроза, не важно. Драко поднял палочку. Sectumsempra. Первое движение — тихое, точное. Второе — резче, без пощады. Волдеморт пошатнулся. Его пальцы дёрнулись, но палочка соскользнула из руки. Тишина стала глухой. Только шелест крови на камнях. Драко шагнул ближе. Без выражения на лице. Его руки не дрожали. Он поднял палочку ещё раз — и просто закончил начатое. Волдеморт упал. Без света. Без звука. Просто — исчез. Драко опустил руку. И остался стоять. Над телом. Возле неё. Молча. Он стоял, пока тело не начало остывать рядом. Пока кровь не впиталась в землю. Пока всё не стало просто частью фона. Тогда он медленно опустился на колени. Не к Волдеморту — к ней. Он коснулся её руки. Холодной. Неестественно неподвижной. Поднёс её пальцы к губам. Словно хотел согреть. Вернуть. Убедить время развернуться назад. Губы дрогнули, но ничего не сказал. Он не умел просить. Даже у судьбы. Он просто сидел. Лицо каменное, как будто если не показать боль — её и нет. Как будто можно выжить, если не распадаться. Он положил её голову себе на колени. Закрыл ей глаза. Его пальцы дрожали. Только пальцы. На грудь ей он положил кольцо. То самое, которое она когда-то сняла с шеи, вложив в его ладонь со словами: «Когда закончится — надень мне его.» Он не надел. Не успел. ****************************** Так его и нашли — когда всё стихло, когда выжившие начали искать тела. Он сидел на холодном камне, среди разрушений, с её телом в объятиях, как будто она просто заснула. Как будто ещё не поздно. Никто не подошёл сразу. Люди стояли поодаль. Кто-то узнал. Кто-то опустил глаза. Он не заметил. Мир закончился для него раньше, чем победа успела стать победой. И в этой новой тишине он остался один. С ней. С болью. С обещанием, которое уже нельзя было сдержать.