Часть 1

Том всегда думал, что он способен стать идеальным. На шестом курсе он был уверен, что очень близок к совершенству, если уже не стал им. На седьмом появляется Грейнджер, и всё идёт прахом. Эта девушка заходит в большой зал 1 сентября после объявления директора Диппета о новой ученице из Шармбатона. Её представляют как Джин Грейнджер. Шляпа отправляет её на Рейвенкло. Второго сентября они встречаются на зельеварении. Девушка опоздала на урок, сказав что заблудилась, и заняла место в противоположном углу класса, довольно далеко от него. Профессор Слизнорт решил провести входной тест по материалу с прошлых годов. Класс неодобрительно загудел, смотря на то, как тесты разлетаются по классу. Том закончил тест за 15 минут и решил оглядеть класс. Неспешно проходясь взглядом по каждому, юноша зацепился глазами за новенькую. Когтевранка сидела на своём месте, сложив листок с тестом на край парты. Руки её спокойно лежали на парте, а яркие карамельные глаза рассматривали кабинет. Не могла же ведь она всё сделать, да? Не могла же? Конечно не могла, только Том мог верно справиться с заданиями за такое короткое время. Всё таки могла, как оказалось после объявления результатов на следующем уроке. У этой девчонки не было ни единой ошибки во всём тесте. Ни единой! С этого дня Тому словно сносит крышу. Он становится помешан на Джин Грейнджер. Юноша следит за ней в Большом зале и узнаёт о её расписании. Он запоминает, что, находясь в библиотеке, она всегда сидит за самым дальним столом, и что почти каждую ночь она поднимается на Астрономическую Башню и сидит там несколько часов, неизменно уставившись в ночной горизонт. Через три недели Реддлу надоедает это, и в одну из её ночных вылазок он подлавливает её в коридоре. *** —Грейнджер! – довольно громкий голос в тишине ночных коридоров заставляет девушку вздрогнуть и резко развернуться на источник звука. Мужская тень неспешно выплывает из тени и Гермиона с ужасом узнаёт в парне Тома Реддла. Фигурка когтевранки мгновенно напрягается, что не ускользает от глаз главного перфекта. —Что вы делаете вне стен своей башни в такое время, Джин? – безэмоционально спрашивает Том, подходя к слегка подрагивающей девушке ближе. – хотя.. Это не столь важно. Гермиона тихонько выдыхает, но остается неподвижна. Слизеринец внимательно смотрит ей в глаза сверху-вниз, отчего по телу бегут мурашки. —Где ты училась раньше на самом деле, Джин? И почему не объявила правду, прикрываясь Шармбатоном? – Том продолжал пристально смотреть в испуганные карамельные омуты – я изучил пару источников об этой школе, и понял, что там совершенно другая программа, не такая, как в Хогвартсе. Ты просто не могла научиться там тому, что мы проходили здесь, в Хогвартсе. Ты не могла так идеально владеть знаниями из другой школьной программы. Но на каждом уроке ты отвечаешь также быстро и идеально правильно как я. Как, Грейнджер? Откуда ты?! —Я.. Просто читала материал вне школьной программы... – сообщила волшебница слегка подрагивающим голосом. —Ага, и из всех доступных книг, ты выбрала читать об исчезающих хвосторогах? – с небольшим фырканьем парировал Реддл, насмешливо приподняв бровь. Посмотрев ей в глаза ещё пару секунд и так и не дождавшись ответа, слизеринец резко отошёл от неё обратно в тень и бросил из-за спины: —Лучше не ходить по замку одной в такое позднее время, Грейнджер, это может быть опасно. – проговорил Реддл и сделал небольшую паузу. – возвращайся в спальню, Джин, сегодня я не буду снимать с тебя баллы или назначать взыскание. Увидимся завтра на занятиях. После этих слов юноша скрылся за поворотом. *** Прошло два месяца с этого происшествия. Том подсаживался к когтевранке на занятиях и в библиотеке. Сначала слизеринец отчётливо видёл, что она была напряжена до предела, но с каждым новым днём девушка расслаблялась в его компании всё больше. Сейчас же они спокойно общались, между ними исчезла вся неловкость. Они часто спорили на различные темы - об уроках или происходящих в мире событиях, делились своим мнением друг с другом насчёт действий Гриндевальда или просто обсуждали погоду. Грейнджер так и не перестала ходить по ночам на Астрономическую башню, но Том не говорил ей, что знает об этом. В один из вечеров, он решил прийти к ней. *** Гермиона стояла у края башни, облокотившись на перила и смотря вдаль. Глаза девушки как и всегда в этот момент были стеклянными, а волосы трепал холодный ветер. Мантия не сильно согревала и мурашки скользили по её продрогшему телу, но она не обращала на это никакого внимания. Дверь на башню тихо приоткрылась и Том неслышными шагами подошёл к студентке. Оказавшись рядом с ней, юноша, слегка наклонившись, облокотился о перила и взглянул на когтевранку. —Снова тут? Ну и что же ты делаешь здесь каждую ночь? – заметив её настороженный взгляд, парень добавил с лёгким смешком. – не смотри на меня так, конечно же я знаю, что ты почти каждую ночь бродишь по замку, не просто так я главный староста. Ну так что? Чем ты тут занимаешься? Миона отвела взгляд и вздохнула. —Думаю. Юноша скептично поднял бровь. —О чём же так долго и часто думает юная мисс Грейнджер? —Обо всём. – просто пояснила девушка – О своей семье, о друзьях, о своих поступках, о себе.. О чём угодно. Юноша заинтересованно поднял бровь. —И много надумала? —Достаточно. Повисла неловкая тишина, затянувшаяся на пару минут. Юноша решился прервать её первым. —Ты думала о себе и своих поступках, говоришь? – дождавшись, пока девушка согласно угукнет, Том продолжил. —Я тоже думал.... Какой человек для тебя совершенный, идеальный? – слизеринец заинтересованно глянул на неё, ожидая ответа. Гермиона слегка нахмурила брови, раздумывая над ответом. Постояв так с минуту, волшебница выдала. —Идеальных людей не бывает, чтоб ты знал. – она серьёзно посмотрела ему в глаза. – К совершенству можно приблизиться, но стать им невозможно. Нужно делать всё, чтобы становиться лучше с каждым днём, приближаясь к идеалу, но также надо осознавать, что абсолютным идеалом не стать никому и никогда. Том несогласно изогнул брови. В выражении его лица читалось недоверие и скептичность к её словам. —Ну, смотри. Возьмём то, что приближает к идеалу больше всего на свете—любовь. То чувство, которое появилось, чтобы делать этот мир идеальнее и совершеннее. – Начала объяснять ему Миона. – человек любит, и в своей любви, заботе, сострадании к другому человеку становится светлее, лучше. Но существует грань. С одной её стороны: ощущение недостатка, часто людям кажется, что их или они любят недостаточно или неправильно, они злятся и страдают; с другой стороны: люди любят слишком сильно, сметая всё на своём пути к любимому-личные границы, принципы, иногда даже закон. Люди ревнуют, ограждают, запирают своих любимых от всего мира, а эти самые любимые потом страдают от этого. —Любовь-поистине идеальное чувство, дарящее свет, тепло, доброту, счастье и спокойствие – подвела итог когтевранка – но даже она не способна довести человека до идеала. Просто потому, что в жизни его не существует. Гермиона вздохнула и, последний раз обернувшись на Реддла, пошла к выходу из башни. —Спокойной ночи, Том. —Спокойной ночи, Джин. Дверь хлопнула, а Том так и не сдвинулся с места, обдумывая весь только-что произошедший разговор. Неужели ему и правда не стать идеальным? Наверное да. Ну что же, пока рядом с ним есть эта девушка, с янтарный глазами и непослушными волнистыми волосами, и есть эта самая пресловутая любовь в её лице, он будет стремиться к такому далёкому и недостигаемому совершенству. Да, определённо будет.