Часть 1

Высокая стройная девушка со светлыми волосами, голубыми глазами, пухлыми губами, небольшой грудью, узкой талией и длинными ногами сидела за кофейным столиком цвета кофе, на котором были вырезаны узоры. Кристина, а так звали эту девушку, пила крепкий черный ароматный кофе и курила тонкую длинную сигарету, распространяя запах дорогого табака. Она откинула голову назад и шелковые волосы рассыпались по покатым белым плечам, на правом было родимое пятно в виде солнца. — Что ты в ней нашел? — спросила она вслух и снова подняла голову, чтобы выпустить колечко дыма. Кристина посмотрела на себя в отражение окна, на ней было облегающее голубое платье с открытыми плечами, лифом в виде сердца, складками на груди, длинной струящейся юбкой с разрезом до бедра. Платье было усыпано блестками. Она поправила красную губную помаду и посмотрела в телефон. 22:10, а он до сих пор не пришел. — Ты обещал прийти около девяти. Десять, двенадцать, час — так и не дождалась, — пропела Кристина негромко красивым, чистым и звонким голосом. — И я пришел, — ответил ей низкий бархатистый мужской баритон. По ее плечу скользнула бархатная бордовая роза, обдавшая прекрасным ароматом. — От чего так печальны твои глаза, Кристина? — От того, что они не видят тебя? — промолвила Кристина. Ее прекрасные глаза наполнились слезами, превращая их в наполненные голубые озера. — Почему ты не с ней? Ведь она так красива, я просто серая мышь. — Тш, — его палец лег на ее пухлые губы — не говори так. Ты самая прекрасная девушка для меня. — Но я самая обычная, — девушка непонимающе захлопала глазами, которые обрамляли пушистые черные ресницы. — Ты самая прекрасная, — возразил он, склоняясь к ее губам. Их кожные покровы соприкоснулись, они обменялись биологической жидкостью, антителами, бактериями, генетическим материалом и частицами эпителия, а также остатками еды. — Ты по вкусу как кофе, — сказал он, оторвавшись от ее губ. — Давай потанцуем? — С удовольствием, — улыбнулась красивой улыбкой с ямочками Кристина и, вложив свою ладонь в его, изящно выскользнула из-за столика. Зазвучала нежная красивая мелодия и они слились в танце. Девушка положила златокурую головку на его плечо. — Я хочу от тебя ребенка, — интимно прошептал он ей на ушко. — Давай поженимся. Кристина отстранилась и неверяще посмотрела на него. — Ты серьезно? — пролепетала она. — Конечно, — чарующим голосом ответил он и нежным движением отвел локон от ее залившегося персиковым румянцем лица. — Я люблю тебя и хочу быть с тобой. — Но я самая обычная. Я не подхожу тебе. Тебе стоило выбрать ее, — голос девушки дрожал от подкативших слез. Кристина чувствовала, как любовь и недоверие борются в ее сердце. Они столько пережили вместе, но последнее его предательство обрушило землю под ее ногами. И все же девушка любила его, она была готова тонуть в его шоколадных с золотыми искрами глазах, в его чарующем голосе, в его руках, что так сладко, крепко и надежно держали ее сейчас и вызывали тепло внизу живота. — Моя милая Кристина, — он взял ее лицо в свои большие ладони с длинными пальцами и проникновенно взглянул ей в глаза — я хочу провести эту вечность с тобой. Так укуси же меня! (Укуси меня, пчела! — простите, автор не выдержал) — Я согласна! –воскликнула Кристина, тысячелетняя королева вампиров. Он встал перед ней на колени, она, наклонившись, нежно скользнула по его лицу к подставленной шее и сначала коснулась ее губами, а потом клыками. Пряная сладкая кровь брызнула в рот, опьяняя. Девушка чувствовала, как теряет контроль, но не могла остановиться и сосала из избранника кровь вместе с жизнью. — Я люблю тебя, — прошептал на последнем издыхании он, и эти слова вытолкнули Кристину из тумана кровавой жажды. Она в ужасе смотрела на свое деяние. Он, ее любовь, лежал сейчас бледный и недвижимый. Девушка поднесла свое тонкое бледное хрупкое увитое синими венами предплечье к своему рту и прокусила артерию, в которой кровь уже не билась вечность. — Пей, моя любовь, — прошептала Кристина, поднося руку с набухшими каплями темной крови к его рту как величайшую драгоценность. — Пей. И он вцепился в ее руку и пил ее кровь как божественный нектар. Он пошел на эту жертву рад своей любви, он понимал, что больше никогда не увидит солнца, но для него мир перестал бы существовать, если бы потерял Кристину. С каждым глотком крови он наливался новой силой. Его кожа стремительно бледнела, зрачки сузились, а радужка покраснела, скулы заострились. Клыки удлинились, царапая бархатную кожу. Кристина ахнула, и он тут же отнял ее руку от своего рта. — Прости, — прошептал он, целуя запястье. — Ничего, — улыбнулась Кристина сквозь слезы. — Теперь мы навеки вместе. — Не плачь, любовь моя, — сказал он и поднял девушку на руки. — Я жажду познать тебя. Ее щеки покрыл румянец, она смущенно прикрыла глаза. — Ты будешь первым, кто коснется моего цветка, — пролепетала Кристина, не решаясь смотреть на него. — Это величайший дар для меня, — с восхищением в голосе произнес он. Девушка осмелилась поднять на него взгляд и утонула в море нежности, восхищения и благоговения. — Я буду нежен с тобой. Он коснулся ее губ поцелуем и понес в спальню. Зэ энд. Через девять месяцев у Кристины родилась прелестная золотоволосая дочурка с карими глазами, острыми клычками и прелестными бурыми волчьими ушками. Так появился первый вампоротень. Вот теперь это точно зэ энд.