Убежище. Глава 1. "После Орды".

      Страшный лес, окутанный густым непроглядным туманом, высокая густая трава и полная тишина, лишь изредка прерываемая хрипами зараженных… Стас стоял на дозорной вышке и ждал того, на что боялся надеяться. Перед ним расстилалось огромное поле, усеянное горами трупов. Среди кровавого месива Стас смог разглядеть девушку в оборванной одежде. Она лежала на горе других ходячих и тщетно пыталась ползти к убежищу. Невероятная грусть и безысходность накатила на Корнилова, хотя он и был не из робкого десятка.       «Командир… Командир, прием», — донеслось из рации. — Корнилов слушает…       — Говорит группа «Чарли», завершили последний объезд. Кажется больше зараженных групп не осталось. Мы победили, черт возьми! «Победили!» —прокричали ребята из рации, совершенно погрузившись в атмосферу счастья и безмятежности. — Возвращаемся на базу?       — Эх, возвращайтесь, ребята. Только аккуратно! — приказал Корнилов, уже заметно повеселев.       Наконец, когда жители стали выходить на улицу и собираться на главной площади, Корнилов уже в конец отошел от произошедшего и был готов действовать. Быстро поднявшись на возвышение, он приказал охране занять периметр и организовать собрание с жителями.       Через 5 минут все было готово. Три сотни взволнованных лиц с надеждой глядели на Стаса, от чего ему стало немного дурно. Он собрался с мыслями, глубоко вдохнул и начал:       — Уважаемые товарищи! Сегодня мы с вами преодолели невероятное испытание, которое помогло доказать нам, что все мы готово бороться за свою жизнь и жизнь друзей до последнего. Также это происшествие скрепило наши дружеские узы с «Южным», — Корнилов попросил дружеским жестов привстать товарищей из соседнего убежища.       Это были огромные парни, у которых на лице смешались вечная серьезность и неимоверная радость победе. Их всего было 12 человек, остальные уже сидели в баре и отдыхали. Их командир — «Серый», был мужчиной крепкого телосложения, с грубой щетиной и большими скулами. Его взгляд вселял тревожность в собеседника. Отряхнувшись, Серый поблагодарил всех сидящих за сотрудничество:       — Добро! Хватит нам и спасибо вашего. Мы мужики простые, привыкшие своих выручать. Кхм… — командир прокашлялся. — Тем не менее, очень приятно за вашу благодарность. Мы еще посидим тут у вас часок-другой и отчаливать будем. Попросим вас по-братски только налить пару канистр нам в грузовик.       — Это мы запросто! — начал Корнилов. — Вы главное, это… Начальству Южного доложите, что в беде своих не бросим теперь. Пусть в гости наведываются. Через недельку тут все отгрохаем, не хуже, чем в Кремле будет! — по толпе пробежался смех. — Так что, вы, это. Ну короче спасибо вам, — он попросил присесть команду матерых наемников.       — Итак! — продолжил Стас. — Наши бравые бойцы сегодня проявили мужество, мы смогли разделить огромную орду на несколько групп и успешно устранили их, пока они тщетно пытались нас сломить. Только благодаря мужеству мужчин и поддержки дорогих женщин мы сегодня преодолели очередную проблему нашей судьбы. Ах! — Стас посмотрел на старенький, потрёпанный Т-72. Это был огромный и мощный зверь, который был готов в любой момент вырвать на свободу.       Такие танки производили с 1973 года в необъятном СССР. «Катюша» стояла в углу площади и еще дымилась после невероятно тяжелого боя. Шестиметровое дуло грозно глядело на поле, поле, где еще 10 минут назад гуляли лишь ужас и приближающаяся смерть. Для большей продуктивности танка в нынешних условиях ребята соорудили три дополнительные пулеметные точки. Точки состояли из кусков арматуры и металлических листов, которые худо-бедно походили на укрепление танка и стрелков внутри. А на сошках красовались «Печенеги» советской закалки со свисающими вниз пулеметными лентами.       В убежище танк был самым передовым вооружением. После того, как он сюда попал, Корнилов стал весьма уважаемой персоной среди соседей. Да и репутация убежища однозначно стала крепкой и высокой, в бар стало приезжать множество «иностранцев». «Иностранцами» называли выживших, которые жили в других поселениях на постоянной основе или вовсе без места жительства. Рынок заполонили торговцы, жизнь закипела. Корнилов никак не мог не радоваться.       — Как же я мог забыть про нашу артиллерию, — Стас улыбнулся. — Одним только видом наша «Катюша» сегодня смогла воодушевить наших ребят и сломить ходячих. Филу респект за танк! — Фил издалека поклонился и улыбнулся во все зубы.       — Короче, думаю, что речь пора заканчивать. Сегодня я объявляю для всех наших ребят выходной, славно потрудились. Но следующая неделя будет очень трудной для нас всех. Нам предстоит очистить все поле от мертвечины и провести строительные реформы в ограждении. Думаю, сегодня с Владом мы порешаем, как будем действовать далее. А сейчас — всем в бар!       Весь день вплоть до вечера была попойка. Мужики, окончательно похрабрев, стали вести беседы с девушками. Все были навеселе после такого значительного события. На улице, в домах — везде стоя запах алкоголя. Все пустились в пляс и отдыхали, как сказал Староста: «По-русски».       Через какое-то время люди стали расходиться на небольшие группы по своим домам и дворикам подле них. Стас вместе парой-тройкой десятком людей собрался в баре, культурно, так сказать, отдохнуть. Бармен открыл пару бутылок и протянул Стасу с Филом:       — За счет заведения, — дружелюбно произнес бармен. — Благодаря вам мы сегодня возможно в живых остались… Буду краток: за ваше здоровье! Вскоре и все старшие «чины» стали плясать под песни и частушки. Корнилов достал своего «Жеребца»: так он называл свою электрогитару. Он не упускал повода ею похвастаться:       — Ну-с, вот какой Жеребец! Эксклюзивная, говорю я вам. Самый настоящий советский Урал. — Стаса совсем уже понесло от нескольких литров выпивки.       Вскоре, остался трезвым, скорее способным стоять на ногах лишь Фил. Совсем уж устав, он отправился на площадь и сел на лавочку. У него в мыслях было много того, о чем люди думают перед сном. Но он лишь прилег и пропел:       — Любит русский человек Праздник силы всякий, Оттого и хлеще всех Он в труде и драке…