Приветствие 2

— Позволите пригласить на танец? — Бельфегор склоняется в изящном поклоне, протягивает руку, учтиво улыбается… А в груди горят алые искры, ожидая своего часа. Молодая девушка перед ним заливается румянцем в смущении и робко кивает, позволяя утянуть себя в вальс. Раз-два-три — отбивают женские каблуки знакомый ритм. Бельфегор ведет уверенно, держит крепко. Он не отпустит свою добычу. Музыка, тихая беседа с партнершей, выученные еще в детстве движения танца — в таких заданиях есть своя прелесть. Никто из Варии больше не может так органично влиться в светское общество. Даже у Скуало, получившего достойное воспитание в школе мафиози, не получается держаться также естественно как у Бельфегора. А у аристократов не возникает даже мысли, что известный всей мафии псих и кровавый маньяк умеет хотя бы не бросаться на каждого встречного, не то что спокойно сносить скрытые оскобления, которыми полны беседы аристократов. Бельфегор — Принц-потрошитель. Говорящее прозвище, но все почему-то обращают внимание на вторую его часть, совсем забывая про первую. Что же, тем хуже для этих глупцов. Маленькую леди в его руках защитили отлично, ни один наемный убийца просто не мог к ней подобраться. Какая жалость, что никто не предусмотрел саму возможность атаки изнутри… У Бельфегора сейчас нет с собой ни одного ножа, но достаточно движения руки, чтобы сломать тонкую девичью шею. Танец заканчивается и девушка, прерываясь на полуслове, склоняется в реверансе. Бельфегор улыбается: — Беседа с Вами — одно удовольствие. Не будет ли леди против продолжить наш разговор в саду? Там нам никто не сможет помешать. Счастливая улыбка девушки становится ответом. Бельфегор ведет ее в глубину сада, туда, где никто не сможет помешать. Они усаживаются на каменную скамью, беседуют и смеются, словно влюбленные друг в друга подростки. Когда становится совсем темно и зажигаются фонари, Бельфегор берет девушку за руку и шепчет: — Как жаль, что тебе не повезло… Твой отец слишком многим перешел дорогу. Алое пламя облизывает женские ладони, скоро от тела останется лишь пепел. Бельфегор смеется.