Мотив Отправителя

— Мул? Мула? Ты ещё считаешь себя детективом? — спросил Данолекс, одним вечером глядя на закат алого солнца. Мульпан, сидя на каменном, низком и широком заборе, только взглянул на разноглазого друга. Сметая листву с ограды, он не спешил с ответом и немного помолчал. Но из его уст всё-таки был произнесён ответ: — Если девочкам угодно, я буду им помогать, даже ценой своей жизни. Я начал считать Парти героем, когда он спас Инк от смертельного выстрела в голову… — Подожди, так Парти вообще живой? — спросил Данолекс. — Да, скорее всего… — Скоре всего — это да или нет? Типо, ты даже не знаешь, жив ли он, в больнице ещё лежит тот или что? — Честно говоря, не знаю… — проронил Пан-Пан. Данолекс немного помолчал, опираясь на каменный забор. Оба детектива находились около любимой детской площадки, воспоминаний о которой было достаточно много. Однако ему было по-настоящему интересно вспоминать только одно из них: как он познакомился с Мульпаном. Тот хотел промолвить о нахлынувшем чувстве ностальгии, как вдруг в кармане Мульпана зазвенел телефон, уведомляя о входящем звонке. — Мульпан, — назвал тот себя, ожидая ответа по телефону. — Как я рада, что вы опять фигнёй страдаете! — ляпнула Джунипер. Дан хотел возразить,что они в действительности любовались закатом, но осознал, что Джуни его не услышит без громкой связи. — Нет, мы не фиг… — попробовал сказать Данолекс. — Не бери такой абсурд в голову, я звоню с целью попросить пойти на улицу «Дубовой» 66… — сдавленно пролепетала их глава. Мульпан от неожиданности из-за услышанного приподнял брови и взглянул за каменную ограду. «Что, зачем, когда, чего?!» — доносилось в его голове. — Чего?! Зачем нам в подозрительный район идти?! — недовольно запротестовал Данолекс. Джуни, понимая, что эта неприятная просьба может обернуться не очень хорошо по отношению к ней, замолчала, оглядываясь в поисках ответа. Зачем отправлять двух друзей на непонятную улицу к человеку, которого она даже не знает в лицо?! — Ёк-макарёк! Джуни, поясни, ибо ты не договариваешь, я знаю! — у Мульпана сдало терпение и парнишка захотел со всей силы кинуть телефон в каменный забор. — Ну хорошо! Нам пришло письмо о помощи, адресованное мне, Инк, тебе и Дану, написано, что оно от некого Аноза Анешитрапа… — доложила Джунипер. — Каво?! — именно так воскликнул Данолекс, у которого появилась улыбка на лице от этого «тупого» имени. — Я сама не понимаю, кто это! — воскликнула Джунипер. — Таких имён явно не существует, Джуни! Муля, у тебя листок и карандаш есть? — обратился Данолекс к приятелю. Мульпан от злости в ответ только сильно сжал телефон в крепкой ладони, касаясь ею края уха и волос. — Не называй меня Мулей, я — Мульпан! Муля — женское имя! — выпалил Муля, достав из кармана листок и маленький карандаш. — Ты хранишь его в кармане? Ты свои штаны вообще моешь? — после этого вопроса Дани Джунипер не сдержалась и начала хихикать в трубку. — Ну, не знаю... Да возьми уже, ты же хотел! — Мульпан схватил карандаш и развёрнутую бумажку в свободную руку и подал Данолексу. Разноглазый в ответ не произнёс ни слова и лишь взял предложенные вещи, положив листок на каменную ограду, разворачивая его. На листике было написано несколько неразборчивых слов, но Дан смог разглядеть тускло написанные закарючки, которые гласили: «не забыть колбасы». Тот немного улыбнулся от неожиданности факта, что Мульпан любит колбасу. — Хаха, шутник ты чёртов, Муля! — посмеялся в голос Данолекс, и его наблюдение был сразу воспринято Мулей и как стёб, и как комплимент. — А что ты там увидел? — спросила Джунипер, слыша по телефону каждый звук, доносившийся от Дани. Мульпан в ярости шлёпнул ладонью по ограде, однако, к счастью, все камни были хорошо сглажены вместе и его рука не пострадала. Он чувствовал себя униженным, всё из-за сокращения никнейма. Благо, ему было не сильно стыдно, так как в этот вечер прохожих вообще поблизости не находилось, а если и были, то все быстро проезжали в машинах. Данолекс, взяв в другую руку маленький карандаш, написал на верхней части листка «Аноз», после спросив Джуни: — Как пишется его фамилия? — поинтересовался Дан. — А н е ш и т р а п… — продиктовала Джунипер ему каждую букву фамилии. — Так и запишем, — сказал Дан, записав услышанное на пергаменте. — Что ты хочешь сделать? — полюбопытствовал Мульпан. — Посмотри, написано «Аноз Анешитрап». — И что? — спросили хором Джуни с Мульпаном. — А то, что, если перевернуть имя и фамилию, мы получим… — он написал в нижней части листка поверх слова «колбасы» перевёрнутые имя и фамилию иностранца — «Партишена Зона». — Парти! — вокрикнули от удивления оба детектива. — Только при чём тут частичка «зона», но да, письмо отправил Партийшен! — провозгласил свой вывод Данолекс, поднявшись с колен (в той позе он и писал на листке). — Инкороми, Аноз — это Партийшен! — раздался голос Джуни в телефоне. — Похоже, у нас есть причина идти на подозрительный район… — тихо сказал Данолекс. — Мы поможем тебе, Джуни! — довольно объявил Мульпан. — Ну, я тоже помогу, раз Мульпан так хочет… — нерешительно вставил Данолексик.

***

— Слушай, Мульпан, ты точно идёшь куда надо?! — выкрикнул Данолекс. Разноглазый не был доволен местностью: серая улица без прохожих людей, с уродскими домами, выключенными фонарями и раздолбанным бардюром. Муля не чувствовал угрозы, ведь тот понимал, что он легко может отразить любую атаку преступника, в то время, пока Данолекс ощущал холодный пот на спине и впечатление постороннего дыхания сбоку, словно ему хотят вцепиться за пазуху. — Отремонтировать этот район что-ли не могут?! — возмутился Мульпан, пнув на своём пути небольшой камешек. Булыжник откатился на дорогу, по которой не проезжало ни одго автомобиля. — Именно по причине подобного вида этот район прозвали подозрительным… — прошептал Дан. — Я знаю! Вот та самая «Дубовая». — он укозал носом на облезлый дом синего цвета с номером «66». Строение выглядело необитаемым, оно, если сравнивать каждую деталь, кроме выцвевшей краски, — точная копия других четырёхэтажных высоких домов, уплотнённых в одну линию. «Кусты» у входа в дом, которые были таковыми раньше, — сейчас просто веточки без листьев. — Где здесь скрывается Парти? А? — спросил Мульпан полутьму, подойдя ко входу назначенного подъезда.

Дверь была открыта…

Из дверного проёма, словно хищный, дикий, бешенный зверь, на парнишку выпрыгнул мужчина, облачённый в чёрную куртку и скрывший своё лицо натянутым капюшоном. У него был окровавленный нож в левой руке и наручные часы в коричневой обводке на правой. Мульпан, защищаясь, резко ударил его кулаком в лицо, заставив упасть спиной назад в помещение. Так он и шлёпнулся, навернувшись головой на жёсткий пол и вскинув ноги в воздух. Сам испугавшись своей ответной реакции, Муля резко закрыл дверь в подъезд и стал держать холодную, как лёд, ручку, дабы не выпускать преступника наружу. Приложил своих усилий он столько, сколько мог, однако, этого хватало для удержания убийцы. Но соперник оказался умён — мужчина дёрнул ручку со своей стороны, от чего Мульпан, подчиняясь всем законам физики, улетел назад, прямиком в голые кусты. — Ёк-макарёк! — заорал паренёк, поднимаясь из веточек. Данолекс впал в ступор, сильно переволновавшись, от чего по лицу вниз шли незаметные капли пота. Живодёр мигом добежал до испуганного парня и подхватил его за шею, желая зарезать. Кажись, всё кончено: Мульпан вляпался в куст, рядом никого нет, никто не поможет… «Только не опять меня травмировать! Умоляю!» — про себя верещал Муля. — Не трожь его, Виприн! Убийца в ответ только улыбнулся, поднося кровавый ножик к шее Данолекса. Выбора нет. Осталось только смериться с судьбой… Как вдруг убийца отпустил его, а сам выронил оружие убийства и в конце концов свалился лицом в асфальт. Чего? Кто его вырубил? Оказалось, что сзади с железной палкой стоял ещё один парень в похожей чёрной куртке, но его лицо было без капюшона. Каштановые волосы с малозаметными синими пятнышками и голубые глаза выглядели до боли знакомыми. Сам, мать его, Партийшен Зион остановил этого ненормального! — Парти! — изумлённо крикнул едва не погибший Пан-Пан. — Я никогда в жизни не ожидал-бы того, что меня спасёт сам убийца Мичи! — Да, Виприн так тоже считает… — признался Партийшен грустным, тихим тоном. — Мы рады, что нашли тебя! Мы тебя искали! — радостно проорал Мульпан, вскакивая на ноги. — О, значит вы тоже хотите меня поймать… — Парти сделал депрессивное лицо и отвернулся от детективов. — Не, не! Не в этом смысле! — возразил Данолекс, пытаясь утешить Партишона. — В этом... это на самом деле я убил Мичигана… — откровенно сознался Парти, опустившись на колени спиной к парням. — Но зачем? У каждого преступления есть свой мотив! — уверенно сказал Данолекс, подойдя к Партийшену на пару шагов. Тот хотел поднять его в вертикальное положение, но последний отказался и показал жестом руки, чтобы Дан отошёл от него. — Хорошо, я расскажу… Мульпан присел на ступень у входа и приготовился слушать. Данолекс ничего не делал, просто стоял в ожидании рассказа. Парти глубоко вдохнул и начал свою историю: — На той самый миг встречи Виприна, начавшего «Дело Тройных Шипов», мы с Мичиганом стояли на крыше, наслаждаясь ветром, болтали о всякой ерунде. У нас ещё была гениальная мысль: махнуться мне с Джунипер шмотками и… — Стоп! — остановил повествование Мульпан. — Что, ты хочешь спросить кое-что? — с тяжёлым вздохом предположил Парти. — Да! С какой целью вы поменялись шмотками и, кстати, очень удачно, так, что я тогда даже не заметил разницы?! — Наивный ты, Мульпан! В нашем обмене была одна большая оплошность: радужки глаз. У меня они голубые, а у Джунипер — зелёные. — А зачем вы это сделали?! — прервал его Данолекс, ожидая ответа. — Во-первых: как прикол над всеми, кто был там. Во-вторых: чтобы выведать некоторые факты у друзей, которые бы не сказали, например, обо мне со стороны. Мичиган, земля ему пухом, приняв меня за Джунипер, хорошо отозвался, что забавно. Мы болтали о всём подряд, пока не начали думать, кто лучше, контент-мейкер или креатор? Я, сказав, что креатор из Мичигана — ужасный, пытался полчаса доказать свою правоту, но в итоге между нами началась драка, которую, подчёркиваю для вас, начал Мичиган, повторяю, МИЧИГАН начал со мной драться! Не наоборот! — настойчиво твердил парень. — Значит, ты его убил из-за обыкновенной злости? — По случайности я его задушил, а потом «очень вовремя» пришёл на крышу Гитара и охринел от увиденного. Когда тот убежал, он сказал мне, думая, что это говорил Джуни, что хотел позвонить в полицию, доложить о преступлении Джунипер Джастис. — А потом ты сбросил тело с крыши и убежал через лестницу с другой стороны того здания? — спросил Мульпан. — Да, всё так и было… — опустил голову Парти, полностью впав в отчаяние. — У Мичигана были вырваны глаза, почему и кто так поступил? — поинтересовался Данолекс. — Это уже сделал не я, а возможно, кое-кто для отвлечения внимания… — Ну хорошо, а что делать с этим придурком? — спросил Муля. Вот только, оглянувшись назад, он неожиданно осознал, что убийца словно сквозь землю провалился. — Не может быть такого! Виприн же был здесь! — поражённо воскликнул Парти, развернувшись к детективами и воспрянув на ноги.