Часть 1

Долго, вцепившись в остывшее солнце, таращится лес из своих обличий, Долго охотника белые кольца из кости выстукивают стрекот птичий. В рёбрах болотин, деревьях-копьях, вдруг шевельнется большая птица, Долго охотника дело, но быстро решится. Он спит под листвой и в оврагах сидит, прячется в сходах рва, Нет у охотника сердца в груди, вместо него - трава, Много могучих звериных шкур срезал истертый нож, Только он ищет, бессменно хмур, то, чего не найдешь. Только не может охотник прочь выйти на свет из чащёб и топей, Молча приходит к охотнику в ночь зверь, не боящийся стрел и копий, Разум охотника одурманен еловым чаем и чувством долга, Зверь сам себя угощает чаем и смотрит, и ждёт - долго. Светят глаза его, луны забытые, ласково и несыто, Охотник безумный, уставший, небритый, Смотрит в ответ открыто. "Сколько ещё тебе есть потерянных, Сколько ещё пропадать нам молча, Сколько ещё нам ходить без времени, Петь по-выпьи, плясать по-волчьи? Сколько ещё бесконечно поздно бежать по канавам твоим разросшимся? Я твоё сердце найду по звёздам. И вырву. Ну что смеёшься?" Двадцать четыре различных шкуры спадают тогда со зверя, И разум охотника засыпает, так как не может поверить. Утром охотник встаёт и смотрит - Пляшут медведи, зайцы, лисицы, Взявшись за лапы, и кружат по три. Охотник знает их лица. Точно таких же, потерянных раньше, Брошенных на пути, Теперь он знает, что будет дальше, Знает, куда идти. Чаща темнеет скоро, Давит, корёжит плечи, Зверь зазывает в норы, Шепчет по-человечьи, Кожу охотника голодно лижет сумрак капканных трав. Охотник думает: " Я все ближе". Зверь же думает - он всё глубже. Каждый из них прав.