.

Едкий дым медленно покидал лёгкие, унося с собой невыносимый запах, который окутывал его, как тёмный шаль. Табак — странная штука: с одной стороны, он уносит жизнь, а с другой — становится единственным спасением. Это привычка, которую сложно сломать, особенно когда она крепко вцепилась в душу на долгие годы. Смотря на яркие, цветные дома, окружающие его, Итен чувствовал, как в сердце разгорается теплая искорка. Несмотря на то, что ночь окутала деревню, жизнь здесь бурлила: звуки смеха, шорохи, радостные крики. Именно поэтому изобретатель каждый раз пытается скрыться от себя, сидя на лавочке возле дома, откуда прекрасно видно и слышно быт жителей. Но внутри всё равно оставалось ощущение безысходности. Тёмные мысли, как тени, следовали за ним, изматывая изнутри, и он не имел сил с ними бороться. Снова затяжка, а потом он чувствует, что кто-то садится рядом. Как только слышится тяжёлый выдох, Итен сразу понимает, кто это. — Опять куришь? — произносит он, закатывая глаза. Это был Жюльен, тот самый, кто неустанно боролся с его привычкой. Несмотря на их постоянные споры по этому поводу, молчание между ними повисло, как неловкая пауза. У мага и изобретателя в принципе был разный взгляд на жизнь, что часто заставляло их вступать в дискуссии на разные темы. Но после того как Жюльен вернулся сюда, на удивление, они всё больше общаются друг с другом, а травма, которую получил Жюльен, заставляет его ходить с костылем так же, как и Итан, что очень забавляет второго. — Ты отличный изобретатель. Почему ты здесь, а не даришь миру свои творения? Они могли бы изменить жизни многих... — задал вопрос Жюльен, наконец разрушая неловкое молчание. Этот вопрос ощущался как удар в живот. Итан смотрит на Жюльена в ответ, и тогда становится ещё больнее: в его глазах не читается злой насмешки, лишь искренний интерес. Изобретатель и позабыл, что маг младше его и вовсе не знает даже примерно его историю. — Идиот ты, патлатый, — с лёгкой усмешкой произнёс он, делая очередную затяжку, а после Жюльен получает кулаком по плечу, что почти заставляет его упасть со скамейки. На это маг лишь тихо выругивается, а Итан понимает, что ночь будет долгой. Он чувствовал, что с Жюльеном всё не так просто. Этот юноша, если получит хоть малейшую лазейку, будет стоять на своём, как вода, пробивающая камень. Жюльен был настойчив, и не важно, сколько времени это займет — он добьётся своего, рано или поздно. В его глазах светилась та искра упорства, которая сразу напоминала о другом человеке. Эта черта была явным отражением влияния Габриэллы — его матери, известной своей решительностью и силой воли. — Ты не отстанешь, пока не душу свою не выложу, не так ли? — произнёс он, бросив взгляд на блондина, который задумчиво смотрел в темноту, словно искал ответы среди звёзд. Жюльен, не отводя взгляда, лишь усмехнулся.