Часть 1

Концертный зал ревëт от счастья вновь услышать эту песню со сцены. Мужской баритон раздался слева от девушки в повязке. Друг еë — Славка Бутусов — в очередной раз поëт песню «Гудбай, Америка!» — Сколько лет ты уже с ней прощаешься? — думает она. Люди в зале громко подпевают и положительно свистят. Еë это напрягает. Ни на одном концерте ещё так часто не раздавались свисты. Не зря говорят, что свистеть в помещении — дурная примета. Девушка как в воду глядела. Слышится громкий испуг людей. — Электричество упало… — подумала она. — Ник, ты тут? — кто-то протянул к ней руку. Она наощупь подошла на голос и судорожно взялась за руку. Второй рукой же она снимала гитару с себя. — Ты, Слав? — девушка обеими руками прошлась по держащей еë кисти. — А кто же ещё! — обиделся Слава. — Ой, ну ты и бука! — тихонько засмеялась она. — Геннадьич! — послышалось сзади. — Слава? — он повернулся куда-то назад, держа Нику за руку. Она подтянулась к нему. — Тут работы на час, если не больше — повыбивало электричество во всём Питере, — мужчина перед Бутусовым разводил руками. — Так, главное — не паниковать. Ты, Суори, подзови ребят и предложи помощь. — А Вероника? — Суори опешил. — Разберёмся с ней, а ты иди, — строго сказал Вячеслав. — Вас понял. — Никогда не любила, когда тебя освистывают, пусть и положительно, — подумала Ника. — А мы с тобой, Даль, пойдëм отойдëм, поговорить надо… — Бутусов взял еë за кисть и повёл за собой. — Ты умеешь выбрать время, — цокнула языком Даль. — Смотри, если я сейчас обо что-то ударюсь… — Не ударишься, я с фонарëм. — Надо было покупать повязку не настолько плотную, я ж так ничерта не вижу… — психует еë внутреннее «я». Они пришли в какое-то помещение. — И куда ты меня привёл? — она почувствовала, как резко сменилось звучание всего вокруг. — Туда, где нам никто не помешает. — Ты понимаешь, что я как слепой сейчас? — Понимаю, — Нике послышалось, что в конце он улыбнулся. — Ты этим пользуешься, не пойму? — Ни в коем случае. — Заметно… — Ой, ну ладно тебе, — девушка почувствовала, как он к ней приблизился. — Пугаешь, Слава. — Ну ты же меня знаешь — у меня в мыслях нет тебя пугать, — он проговорил это у неë над ухом. Вероника уже хотела было сорвать повязку, но поняла, что это абсолютно бесполезно, ведь темнота всë равно останется, куда от неë не прячься. — Вот надо было перед концертом сломать так глаза?! — ругала она себя. В комнате стало подозрительно тихо. Даль боялась даже дышать, когда Бутусов стоит слишком близко к ней. В то же время, она не боится даже целовать его на сцене, правда, так, чтобы никто не увидел, но все же. — Повязка, конечно, не очень хорошо, но она тебе очень идёт, — он нежно провëл большим пальцем по тем местам, где ткань накрывает глаза. — Ты бы знал, как я устала уже еë носить, — вздохнула девушка и нащупала его руку на своëм плече. — Зато это некие умения. Например, письмо вслепую, или, не знаю, тренировка для игры на гитаре. — Ну, в этом плюсы, но минусы преобладают. — Что вообще положительного он сумел найти в этом куске ткани?! — удивилась она про себя. Вероника ощутила некий холодок, когда Вячеслав отошел от неë и положил что-то на стол. — Что ты положил? — Да так, фонарик на телефоне включил, — он махнул рукой. — Ну ладно… — она прижалась к стене. Слава оперся рукой о стену. Она почувствовала, как его рука мягко опустилась около еë головы. Через повязку Даль ощущала тяжёлый взгляд Бутусова. Ей всегда был непонятен такой ход со стороны его друга. — Смешно, что я любовь всей своей жизни продолжаю звать другом! — она сцепила руки за спиной. С другой стороны, Слава уже всë знал о Нике, так что она зря боится, ведь у них, оказывается, все взаимно. Долгое время после их знакомства Слава отрицал свои чувства к ней, но сломался прямо сейчас, на этом концерте. — Никусь… — он обратился к ней и под тусклым светом фонаря на телефоне он заметил, как приоткрылись еë губы, как она сильнее вжалась в стену, как у неë бегал взгляд даже под тканью. — Я тебя просила не называть меня так, — она расценила это обращение как оскорбление. — По-моему оно милое. — Я его не люблю, ничего не знаю, — она осторожно развела руками. — Я тебе вот что хотел сказать, — он оставил тему с именем и продолжил свою. Певец увидел, как она расслабилась, руки скрестились на груди, а голова приподнялась на голос. — В общем… — смущëнно начал он. Она стояла и внимала всему, что он скажет. — И что ж ты выдашь? Признание? — засмеялась у себя в голове она. — Я хотел тебе сказать, что… Люблю тебя — сказал он на выдохе. — Впервые в жизни накаркала что-то приятное… — еë губы сжались. — П-правда? — гитаристка по-детски потянула к нему руку. Слава взял еë и по-джентельменски поцеловал кисть. Далее его губы упали на лоб девушки, щëки, скулы, и только в последнюю очередь были её губы. Девушка лишь удовлетворëнно выдохнула. Мужчина не останавливался — продолжая целовать еë лицо, он пустил руки к шее, рубашке, пиджаку и ключицам. Еë повязка дурманила его разум, который в свою очередь вырисовывал такие подробности, что от одной только такой мысли можно ощутить дичайшую эрекцию. Пиджак с плеч девушки улетел куда-то к телефону. В ход пошла рубашка. Слава чуть не оторвал две последние пуговицы, пока пытался совладать с тоненькими дырочками. — Господи, я даже через прикосновения чувствую эту страсть, исходящую от него, — на секунду задумалась девушка. Но как бы ей не хотелось того, что хочет сделать Слава, она должна его остановить — сейчас не время, да и они не в отношениях. — Слава, я понимаю, но… — Мы имеем на это право, — прервал еë Вячеслав. — Концерт… — У нас с тобой целый час~ — Н-но… — она не закончила. Гитарист накрыл еë губы своими, продолжая гладить еë горячее тело. Гитаристка же быстро и незаметно расстегнула его рубашку и легонько сорвала галстук с его шеи. Когда Бутусов отстранился, он помог ей снять его. — Не дотягиваешься, бедная, — она услышала, как он улыбнулся в конце фразы. Галстук Славы улетел в ту же сторону, что и пиджак Вероники. — Внешне ты кажешься максимально неподатливой, а тут вот какая красота хранится, — он ещë раз провëл руками по телу Даль. — Старательно берегу, — она улыбнулась. — Я заметил~ — Чëрт возьми, его руки до ужаса горячие… — девушка закусила нижнюю губу. Убрав со своего тела руки Вячеслава, она опустилась на колени и прошлась по брюкам артиста снизу вверх. Слава просто наблюдал за этим. Вероника буквально в пару движений расстегнула его брюки и приспустила их вместе с боксëрами. Медленно пройдясь кончиками пальцев по твëрдому органу Бутусова, она поцеловала его головку. Послышался глухой выдох. Она оставила несколько поцелуев и облизнула его. Медленно и постепенно она приняла его в себя. Слава прокряхтел и простонал одновременно. Небыстрые Вероникины движения ртом, языком и руками сводили его с ума. Если бы он был пьян, его возлюбленная уже бы кричала от удовольствия. Но то, что они находятся в изолированном от посторонних шумов помещении, не гарантирует им полной безопасности. — Чëрт, он большой. Как Слава предлагает это вставить в меня? — задумалась девушка. Мужчина легонько подталкивал еë себе навстречу. Движения не ускоряли ни она, ни он. Облизнув ещë раз орган гитариста, девушка отстранилась. — Готова? — этот вопрос не особо требовал ответа, но Вероника всё же кивнула. Вячеслав поднял еë на ноги и развернул лицом к стене. Приспустив еë брюки и трусики, он облизнул два пальца и нежно провёл ими по еë лону. Она тихонько простонала. — Только что говорила прекратить, а тут и мне приятно сделала, и себе теперь просишь, — смекнул артист и легонько шлëпнул Нику. — Всë равно не знаем, когда ещë успеем~ — И то верно. Вошёл нежно, осторожно. Движения были не быстрыми. Стоны девушки были неимоверно сладкими, что безумно заводило Славу. — Его друг разорвëт меня! — возмутилась она. — Какая ты тëплая~ — Бутусов немного запрокинул голову. — А ты слишком большой, — выдавила из себя Ника. — Ну-ну, тебе кажется. Привыкнешь через пару мгновений, — он пошло усмехнулся. Девушка хотела что-то сказать ещë, но стоны прервали еë ход мыслей и отключили мозг. Еë тело горело, Слава чувствовал это. Ему казалось, что она вот-вот сгорит от страсти. — Б-боже, я хочу, чтобы он в меня кончил… — сама от себя удивилась гитаристка. Гитарист ускорил движения. Фонарик на телефоне погас, поскольку он почему-то работал по таймеру, но их он абсолютно не волнует. Они на некоторое время существуют только для себя, не больше. Слава приблизился к Веронике, приподняв еë тело к своему, нежно поцеловал еë ключицу, на нижней части шеи оставил несколько засосов, наслаждаясь стонами своей возлюбленной. Еë тело иногда содрогалось из-за больших размеров инструмента артиста, хотя ему так никогда не казалось. Стоны с каждым разом становились только слаще, но не громче. Вячеслав заметил эту штуку с громкостью голоса ещё очень давно, так что особо этому не удивлëн. Его больше удивляет, что всë это происходит с НЕЙ, а не с кем-либо ещë. Движения ускорялись через каждые два-три удара, что заставляло Веронику стонать если не громче, то чаще и слаще. Не контролируя свои движения, мужчина взял еë за хвост повязки и слегка оттянул назад. — С-слава~ — она немного толкнулась навстречу. Тот лишь оставил засос на второй ключице. — Г-господи, заполни меня собой, умоляю, — прошептала Ника. — Как скажешь, моя хорошая, — услышал еë Бутусов. Она закусила губу и начала ожидать красивого финала. Она чувствовала, что напряжение внутри неë медленно нарастает. Слышны глуховатые стоны от Вячеслава. Она же осторожно толкается ему навстречу. — Давай сделаем так~ — он взял еë за бëдра и начал толкать к себе. Ника довольно промычала и продолжила стонать. — Да-да-да, пожалуйста~ — она почти достигла пика. Слава лишь приговаривал на выдохах «да-да-да». — Г-господи! — Вероника издала финальный стон и тут же ощутила тепло внутри себя. Слава прижался к ней, легонько двигаясь внутри. — Б-боже, я и забыла, что это та-ак приятно, — она выдохнула в стенку, а Вячеслав вновь прижал еë к себе и поцеловал в шею. — Какая ты умница~ — никак не покидал Нику мужчина. — Ты тоже умничка~ — она слезла с органа артиста и поцеловала самого мужчину. Его пальцы осторожно ушли к еë лону и нежно погладили его. С еë губ сорвался немой стон, и гитарист ощутил что-то тëплое на своих пальцах. Взглянув на них, он увидел, что это его семя. Вероника облизнула его пальцы и робко улыбнулась. — Ладно, нам, я считаю, пора вернуться, чтобы не вызвать особых подозрений~ — обратился Слава. — Возможно, — улыбнулась девушка и вновь поцеловала артиста.