Роковая ошибка

Ах, детские сны мои – какая ошибка, В каких облаках я по глупости витал! У природы на устах коварная улыбка… Видимо, чего-то я не рассчитал. (с) Булат Окуджава - Вы «Вертера» читали? - Нет-с! Сей я тоже не читал роман! - Прочтите обязательно, шарман! (к/ф Гусарская баллада, https://youtu.be/hU0h9bRxKSk) В детально разработанном плане Дарта Сидиуса по обретению молодого тела, способного совладать с его темной энергией, многое пошло не так с самого начала. Перевоплощение должно было произойти на огромной арене ситхского храма, в присутствии тысяч адептов Темной Стороны Силы, но шустрая Рей накрыла собирающегося в храм Сидиуса в его личных покоях, в компании всего шестерых гвардейцев. - Добро пожаловать домой, внученька, - прошамкал стремительно дряхлеющий Сидиус, на ходу перестраиваясь на более камерный, домашний лад. - Ты, что ли, убить меня хотел, дед? – потребовала сердитая Рей, кивая на вооруженных гвардейцев. – Пусть они выйдут! - Прочь! – сипло крикнул на гвардейцев Сидиус. – Оно и верно, дело у нас с тобой семейное, можно сказать, интимное. Не убить тебя я хотел, а хотел, чтобы ты избавила меня от бремени этой разлагающейся плоти. Дух мой пребудет с тобой, будущая императрица ситхов… Но Сидиусу не удалось завершить свою прочувствованную речь, полную соблазнами Темной Стороны, потому что Рей не нужно было просить дважды, и в грудь Сидиуса вонзился голубой клинок, после чего из горла Императора вырвался предсмертный хрип, а его дух, зловеще восхохотав, впорхнул в тело Рей. К удовольствию Сидиуса, его предсмертный хрип встревожил командира его гвардии, и тот вошел в покои Императора, направившись мимо Рей к его распростертому телу. Но вот к дальнейшему Сидиус был не готов. - Сдох наконец-то, собака! – сказал командир гвардии, наклоняясь над трупом Сидиуса, и непочтительно попихал его ногой. Обугленная рана на груди Императора ни к каким действиям командира гвардии не побудила, кроме как к мысли о том, что внучка наверняка ненавидела деда так же, как и все остальные, и против такой отходной над его телом возражать не будет. - Ах ты прохвост! – вскрикнул Сидиус, удивляясь своему звонкому девичьему голоску и чувствуя, что от обиды к его горлу подкатывают слезы. - Ай, помолчите, дамочка, - отмахнулся от него командир гвардии, и Сидиус подумал, что внучка-то его подкузьмила – без ситхского ритуала переселения душ на виду у всех, без прилюдного объявления Рей наследницей трона трудновато ему будет заставить всех адмиралов, гвардейцев и иерархов культа воспринимать всерьез смазливую молоденькую девчонку, в чьем теле Сидиус теперь оказался. Впрочем, Сидиус знал много способов заставить с собой считаться, и он поднял руки, чтобы угостить молнией Силы зарвавшегося солдафона – но молния сорвалась и получилась даже не вполсилы, потому что Сидиус вдруг заметил, что у него не накрашены ногти, маникюр его ужасен и кошмарен, а кутикулу нужно бы удалить. Ошарашенный такими мыслями, вольно бродящими в его голове и не желающими униматься, Сидиус пропустил момент, когда командир гвардии успел улизнуть от справедливого возмездия за дверь, и воспользовался Силой для того, чтобы подслушать результаты своего внушения. Раньше пострадавшие от гнева Императора испытывали только страх и желание убраться подальше, а, может, иные чувства они умело прятали и ни в коем случае не выражали вслух – ведь не в один момент родилось у гвардейцев Сидиуса отношение, выразившееся в реплике «Сдох наконец-то, собака!» Но теперь командир гвардии, не подозревая в Рей способности шпионить через Силу, вышел из покоев Императора, потирая пострадавшую руку, и сообщил сослуживцам, что у маленькой стервочки дедов характер, но зато отличная попка. Слово «задница», примененное к своей особе, Сидиус кое-как бы еще пережил, тем более что в бытность канцлером Палпатином его порой так и называли, когда думали, что он не слышит. Но от мысли, что теперь солдаты будут провожать его прицокиваниями, причмокиваниями и замечаниями про попку, Сидиусу стало плохо и ему захотелось, чтобы у него был внук, а не внучка. Тем временем новое тело Сидиуса жило своей отдельной жизнью, и, вернувшись из своих мыслей, Сидиус обнаружил у себя в руках розовенький смартфон, на экране которого было имя какой-то Дженни, обрамленное сердечками, а пальчики с ужасным маникюром, которые обязательно нужно привести в порядок сегодня же, отстукивали по экрану бестолковое сообщение. «Дженни, ты сейчас упадешь! – прочитал Сидиус, внутренне надеясь, что на Экзеголе нет обычной галактической связи, но потом вспомнил про роуминг. – Сидиус сделал меня императрицей своей Галактической Империи…» - Внучка! – мысленно позвал Сидиус, но Рей не отвечала, зато Сидиусу захотелось повышивать, а потом привиделся Бен Соло без рубашки. – Когда я рассчитывал, что мы будем едины, как и я един со всеми ситхами, бывшими до меня, я имел в виду, что ты будешь куда больше похожа на меня. И дело даже не в Темной или Светлой Стороне... - Лично я пошел отсюда, - ехидно заметил в голове Сидиуса Экзар Кан. – Как-то мне не улыбается, чтобы меня поимел во всех позах сын контрабандиста и Скайуокера, да еще и названный в честь довольно зловредного джедая. - И я пошел, а тебе будет поделом, мой подлый ученик, - злорадно прокомментировал Дарт Плэгас, которого Сидиус зарезал во сне, нет бы вызвать на честную дуэль и превзойти мастерством. – Прислушайся к своим чувствам – ты ведь хочешь этого носатого и волосатого? Сидиус с ужасом понял, что его проницательный учитель прав, а исход ситхов прошлого, сила которых раньше поддерживала Сидиуса, все продолжался. - Мне вот неохота постоянно слушать мысли про то, какой лак для ногтей моден в этом сезоне. И что такое альдераанский маникюр, я не знаю и знать не хочу, - заявил Дарт Бейн. – А когда я придумал «правило двух», я не думал, что они будут вытворять друг с другом то, что у тебя на уме всякий раз, когда ты вспоминаешь про этого носатенького. И нет, я не ханжа, но вот вся эта романтика на закате и открытки с сердечками! Тьфу! Просто воротит с моей ситхской души. - Полностью с вами солидарен, коллега, - поддержал Дарт Реван. – У меня тоже были проблемы с двумя частями души, но во мне боролись Свет и Тьма, а не желание мелко напакостить ближнему или посплетничать о нем. По мере того, как от Сидиуса отворачивались его предшественники, силы его таяли, и ему становилось все труднее бороться с обуревавшими его постыдными для главы ситхской империи мыслями – а когда его новое тело, совершенно выйдя из-под контроля, начало напевать «Муси-пуси, муси-пуси, сладенький мой…», деморализованный дух ситха, истошно воя, оставил свое новое тело и устремился к рубежам галактики и еще дальше, куда даже Траун южан-вонгов не гонял. Поэтому Бен Соло, прорубившись к покоям Сидиуса, чтобы спасти Рей из его лап, застал рядом с безжизненным телом Сидиуса уже настоящую Рей. - Опять ты весь растрепанный, - ласково сказала Рей и пригладила вихор у Бена на макушке. – И пуговица на манжете оторвана. - Между прочим, я с шестью форс-юзерами сразу сражался, а потом еще с шестью - заявил Бен, в очередной раз удивляясь, что женщины первым делом обращают внимание на мелочи. - Я знаю, это же я тебе меч кинула, - ответила Рей. – Но пуговица у тебя ведь оторвана? Связь Бена и Рей в Силе становилась с каждым месяцем все прочней, и Бен стал припоминать, что во время боя по этой связи до него доносилось что-то несуразное, от чего многие мужчины ломанулись бы на край галактики вслед за Сидиусом. - Слушай, ты что, все это серьезно? – наконец спросил Бен, и от нахлынувших воспоминаний о том, что пришлось пережить Сидиусу всего за полчаса, Бен начал офигевать лицом прямо как его отец. – Ну вот про маникюр этот, про прически, про занавесочки и цветочные горшки на окнах, про неумолкающий розовенький мобильник… - Да нет, я просто над Сидиусом издевалась, - улыбнулась Рей. – А девочки бывают разными, Бен. Некоторым, как мне, достаточно просто собрать волосы на затылке, чтобы не лезли в глаза. Хотя тебе, за твои-то грехи, могла бы достаться модница и скандалистка. - Я бы лучше умер тогда, - откровенно сказал Бен, простой солдат и большой мальчишка. – Слушай, поклянись, что тебя интересуют только дроиды и сейберы, а про альдераанский маникюр ты и не знаешь ничего. - Альдераанского маникюра не бывает, Бен, - чуть лукаво ответила Рей. – Честное слово. - Ура! – наивно обрадовался Бен, не полностью поняв смысл ответа, и смело поцеловал Рей.