Часть 1

"Если нет Рождества в твоём сердце, ты не найдёшь его и под ёлкой." — Рой Смит А снег падал такими крупными хлопьями, что Бокуто не успевал за ними уследить. Он бежал, словно маленький ребёнок, сбивая всех с ног, пока Акааши, плетясь сзади, усмехался тому, что Котаро до сих пор не повзрослел. Среди всех друзей Кейджи выделял его, столько талантливого и доброго парня, любящего бежать за порывами ветра и бежащего при первой возможности за мороженым по скидке, не забывая прикупить парочку про запас или же для для лучше друга, каковым являлся сам Акааши. И пока они гуляли по аллее, то даже не смогли заметить того, как столь быстро наступил вечер, поздний, в то время, когда дети возвращаются домой, а взрослые бегут домой с пакетами еды и сладостями для их любимых малышей. Ещё немного времени и фонари точно включатся, думал Кейджи, еле поспевая за парнем, уже успокоившимся, но быстро идущем, поэтому брюнету приходилось прилагать усилия, дабы не остаться позади и пропасть с районе, в котором жил именно Бокуто. — Бокуто, — обратился Акааши, на что друг резко повернул голову и посмотрел, словно радостный ребенок, что только что получил свой подарок на Рождество, — уже темнеет, мне пора возвращаться. Конечно, Кейджи не пытался подбирать сложных слов, чтобы выразить простую мысль, но до Котаро иногда могло не сразу всё дойти до головы, из-за чего брюнет смеялся подолгу, а чаще всего всю оставшуюся дорогу. И это не могло не радовать Бокуто, ведь видеть смех лучшего друга — столь приятно, как ощущать вкус молочного шоколада или клубничного йогурта. — Тебе проводить до остановки? — поинтересовался парень, что делал не по принципу или этикету, а лишь по собственной воле, причиной которой являлась дружба с Акааши, приносившая ему счастье. — Как хочешь. Чтобы Кейджи не делала, просить, как девчонка, он не будет. Котаро сразу все понял, даже без дополнительных слов. Его неопределённость значила «да, проводи, я не против». Акааши всегда знал, что друг его поймёт без лишней информации. Это словно то чувство, которое овладевает тобой, когда ты понимаешь, что перед тобой твой человек, по-другому соулмейт, который все всегда понимает и сможет поддержать лучше кого-то другого. — Когда у тебя следующая тренировка? — спросил Кейджи, рассматривая расписание автобусов. Он тут же увидел, что ближайший автобус будет только через час, но расстраивать Бокуто не хотелось, поэтому брюнет, улыбнувшись, стал ждать ответа от друга, задумавшегося, кажется, на долгое время. — Из-за каникул отменили тренировки на неделю, а может и на более долгое время? — ответил Котаро и сел на скамейку под автобусной остановкой, видимо, для того, чтобы Акааши было не так грустно и скучно дожидаться автобуса одному. — А тренировочные матчи не намечаются? У вас их давно не было, — немного расстроившись, произнёс Кейджи. На самом деле, он правда давно не видел друга в «бою» против других команд. Брюнету было довольно интересно, насколько Бокуто вырос в плане игры, и направился ли он в то русло, чтобы вырасти хорошим волейболистом. — Нет, — засмеялся Котаро, — хочешь посмотреть на меня? Подобные вопросы никогда не пугали Акааши, ведь он знал, что бы хотел услышать друг. — Конечно, ведь ты мой лучший друг. Я в праве смотреть только на тебя, — искренно сказал брюнет, откидывая голову назад и облокачиваясь спиной к стене, и прикрыл глаза, — а ведь совсем недавно ты ничего не умел. Говорил Кейджи в хорошем ключе, даже не пытаясь обидеть парня, который уже давно привык к таким разговорам и обычно реагировал на них, как на ежедневную рутину, которую он должен обязательно пройти. — Я вырос. — Только физически. — Во сколько автобус? — Через час. — Ты классный. Бокуто любил менять темы разговора, что иногда сводила Акааши с толку. Вроде бы Котаро делал это не нарочно, но друг часто задумывался, что мог обидеть его, даже сего не замечая. — Что? — переспросил Кейджи, оставаясь в том же положении, что и до этого. От подобных слов любого может бросить в холод, а то и в жар, если они услышат что-то хорошее о себя, но Акааши прывык к подобным выходкам Бокуто, который будто всегда сделать приятное другу. — Ты мне нравишься. Легкий смех брюнета теперь свёл с толку Котаро, который был честен в своих чувствах, даже при условии того, что признался именно так. — Я серьёзно, Акааши, — проговорил Бокуто и сложил руки на груди, на движение которого Кейджи открыл глаза и увидел, насколько его друг был серьёзен. — Это кто тебя научил так шутить? — снова пытался отделаться брюнет, хоть и понимал, что Котаро такими словами не разбрасывается, и если он признается, то нужно поверить всем сердцем, собрав его воедино со всеми осколками, разбитыми ранее, — так ты всё-таки серьёзно, — Акааши краешком губ улыбнулся, снова прикрывая глаза, — знаешь, иногда ты можешь ошибаться в своих чувствах к кому-то. — Я не ошибаюсь! — прервал друга Бокуто. — А этот кто-то, — продолжил Кейджи, не обращая внимания на предыдущие слова парня, — может воспринять все всерьёз и в ответ получить лишь разбитое сердце в будущем. Не торопись, Бокуто, тебе лучше подумать настолько долго, насколько это вообще возможно… — Но я серьёзно! — крикнул Котаро, хотя это можно было сделать гораздо тише, чтобы удостовериться, что перед Акааши сидит не пятилетний ребенок, а шестнадцатилетнее чадо, что только внешним видом показывает свое недовольство. Хотел бы Кейджи сказать, что чувствовал прямо сейчас, но в этом не было необходимости. Молчание ничего не могло прервать. Казалось, что эти минуты длились вечно ровно до того момента, когда приехал автобус Акааши. — До завтра, — грустно сказал Бокуто и, отвернувшись от друга, поплелся в сторону своего дома, находившегося неподалеку, что не могло не радовать. Заходя в автобус, брюнет следил за Котаро вместо того, чтобы не упасть или чего похуже. На самом деле, ему был интересен друг, возможно, даже в том же плане. *** С самого утра гремел гром, но дождь всё не начинался, будто дожидался какого-то плохого события, чтобы наверняка подстроиться под настроение человека. Бокуто бежал по району Кейджи счастливый, так как думал, что сейчас сможет всё обсудить с другом, что необычно ответил на признание несколько дней назад. Судя по настроению блондина, должно было светить солнце, а не изредка капать дождь, но, видимо, всё не так просто. Постучав в дверь, Котаро ожидал, пока ко входу кто-нибудь подойдёт. Спустя нескольких минут бездействия со стороны родителей друга и самого Акааши Бокуто постучал вновь, на что снова получил игнор. — Парень, к кому ты стучишься? Не к Акааши-сану ли? — произнесла старушка, стоящая позади парня и с интересом наблюдая за ним. Когда Котаро повернулся, то бабушка решила незамедлительно продолжить, ибо без слов поняла, что юноша искал именно Кейджи, — он с родителями переехал в другой город, разве ты не знал? То ли сердце перестало стучать, ли кислород больше не поступал в лёгкие, но Бокуто ощутил мгновенную пустоту внутри себя, словно кто-то оторвал кусочек тела, не успев предупредить хозяина и заставив почувствовать боль. — Спасибо, что сказали, — слабо улыбнулся парень, на что старушка тоже улыбнулась и продолжила идти туда, куда направлялась до этого. Начался дождь, да с такой силой, что без зонта никто не выходил из дома. А Котаро, оставшись стоять в недоумении, мок под дождём, не замечая никого и ничего. Ему было всё равно: хоть он заболеет, хоть прямо сейчас кто-то выстрелит в него пулю. Всё внутри него рухнуло. Всё, что он так долго строил обвалилось с треском, ведь его лучший друг, Акааши Кейджи, переехал, даже ничего не сказав. Бокуто лишь усмехнулся и закинул голову назад, прикрывая глаза. Вроде бы он почувствовал то, что до этого не испытывал: такое чувство обидо, что пронзало насквозь. — Чёрт, Акааши гребанный придурок, — пробормотал Котаро. *** Иногда Бокуто удавалось побороть боль, которую ему причинил Кейджи, но с каждым новым звонком другу он все больше замыкался в себя, чувствуя виноватым в данной ситуации. И несмотря на всю поддержу со стороными членов команды и всех друзей, Котаро забыл, что значит «чувствовать». *** Причина, по которой Акааши так неожиданно покинул город, не было. Всё получилось настолько спонтанно, так как его отец получил работу, но был обязан переехать в другой город, находившийся в сотнях километрах отсюда, как можно быстрее. Кейджи бы не смог перенести расставание с другом, поэтому, чтобы не делать больно и себе, и Котаро, он, ничего не сказав, уехал. Несколько лет спустя — Бокуто, ты не забыл про наше с тобой свидание? — поинтересовалась девушка, когда они вышли из университета. Рядом шли другие студенты, но, к счастью и сожалению, никому не было друг до друга дела. — Конечно нет, — усмехнулся блондин и широко улыбнулся, глядя на возлюбленную. Кто бы знал, что после некоторого времени Котаро начнет встречаться с человеком противоположного пола. Он не забыл Акааши, а лишь изредка вспоминал, как раньше они гуляли после его тренировок, ели мороженое и делали ангелов, валяясь на снегу. Ехать до парка оставалось совсем недолго, ведь университет находился недалеко от того парка, в котором до этого гуляли Бокуто и Акааши. — Тут так красиво! — радовалась девушка, держа Котаро под руку и улыбаясь каждому прохожему. От неё так и веяло теплом и радостью, которую так хотелось получиться. — Да, — согласился парень. Шли они некоторое время до конца парка. Сев на последнюю лавочку, девушка положила голову на плечо Бокуто и начинала что-то рассказывать про прошлое, которое Котаро так хотел услышать. Раньше он что-то редко слышал от его предмета обожания, но сейчас всё в точности наоборот. *** Как только блондин проводил девушку до дома, находившегося не сильно далеко от его собственного, то сразу направился в ближайший супермаркет для покупки сладостей, которые юноша так полюбил после ухода из его жизни Кейджи, ведь именно они помогали ему тогда не окунуться в депрессию, вырабатывая эндорфин. Бокуто решил взять необычные сладости, ведь скоро должно было быть Рождество. А этот праздник раз в году, поэтому отпраздновать нужно незабываемо. — Эти моти точно подойдут, — пробормотал Котаро, вглядываясь в цену. Как только он отвёл взгляд, то перед собой он увидел столь знакомый силуэт, что парень пытался долгое время забыть, но иногда срывался и звонил, получая полноценный игнор. — Привет, Бокуто, — произнёс брюнет, держа такие же моти, что и у парня в руках. — Ты... Не веря своим глазам, Котаро случайно уронил упаковку на пол, на что продавец тихо выругался, а Акааши только усмехнулся, поднимая их и отдавая бывшему другу. Все слишком изменилось. Они изменились.