'Люби'

Кейл Хенитьюз сидел один в своей комнате, полумрак сгущался вокруг него, лишь тусклый свет свечи отбрасывал колеблющиеся тени на стены. Он чувствовал себя истощенным, груз ответственности давил на него, как тонны камней. Воспоминания о битвах, потерях и постоянной необходимости скрывать свою истинную сущность терзали его. Он взял в руки лютню, которую обычно игнорировал, и пальцы неловко коснулись струн. Его голос, обычно тихий и сдержанный, дрогнул, когда он начал петь: *Сколько можно так меня не замечать? Маленькой и глупой покажусь тебе опять Повтори погромче, какое я ничтожество Как тебе не нравлюсь, как я не похожа на – Что-то идеальное, что-то симпатичное Лучше залипать на фото девочек столичных Делаешь мне больно, пусть и не физически Будем далеки, так и не ставши близкими Хватит этот бред нести про вечную любовь Мной и алкоголем утешаешь свою боль Штукатурка сыпется на пол, сразу на порог Слёзы тушат уголек, который ты в себе поджёг.* Его голос стал более уверенным, болезненным криком души, вырывающимся наружу. Он вкладывал в каждую строчку всю свою боль, разочарование и скрытое отчаяние. Он чувствовал себя ничтожным, невидимым, словно его жертвы и усилия оставались незамеченными теми, ради кого он рисковал всем. Рон, Ханс, Бикрос – разве они видели его истинное лицо? Или только ту маску, которую он так тщательно выстраивал? Он замолчал, тяжело дыша, и снова коснулся струн. В голове всплыли образы улыбающегося Альбера, заботливого Чхве Хана, веселых котят, которые хоть и не понимали его полностью, дарили тепло. *А ты люби Знаю, заебали эти люди Знаю, невозможно снова поверить Когда твой внутренний мир разбит.* Музыка перешла в более мягкий, ностальгический ритм. Он вспомнил слова древней книги, которую читал в библиотеке графа – о надежде, о вере, о том, что даже в самой темной ночи найдется луч света. *И с каждым годом все больнее в груди Я чувствую, что я совсем один Среди коробок и машин Я пытаюсь развести огонь, но льёт как из ведра Он бы рад гореть, но нет даже зонта, эта искра Только твоя, и в Instagram по номерам Выбирать, как дурак, своему сердцу стафф Снова виноват, ничего, привык Этот крик, этот конфликт по слогам в дневник Хочешь меня убить, мылом и на нить А я просто пацан, который не умел любить.* Кейл прикрыл глаза. Его голос дрожал. Эти слова – о боли, об одиночестве, о неспособности любить – казались ему слишком близкими. Он никогда не позволял себе проявлять слабость, всегда держал лицо невозмутимого стратега. Но сейчас, в темноте своей комнаты, он позволил себе сломаться. *А ты люби Знаю, заебали эти люди Знаю, невозможно снова поверить Когда твой внутренний мир разбит А ты люби Люби Люби А ты люби Знаю, заебали эти люди Знаю, невозможно снова поверить Когда твой внутренний мир разбит А ты люби Знаю, заебали эти люди Знаю, невозможно снова поверить Когда твой внутренний мир разбит* Кейл закончил песню, тяжело дыша. Он не заметил, как дверь тихонько приоткрылась. Его команда – Рон, Чхве Хан, дети-волки и даже Альберт – стояли в коридоре, слушающие. Они слышали каждую строчку, чувствовали каждое слово. Их лица выражали смесь удивления, сочувствия и решимости. Чхве Хан шагнул вперед. '/Кейл-ним…/' - тихо сказал он. Кейл резко обернулся, в его глазах мелькнул испуг. Он хотел спрятаться, снова надеть маску, но не успел. Они уже видели. '/Мы здесь, Кейл/' , - мягко произнес Альберт, его голос был полон тепла. '/Мы всегда будем рядом/'. Рон молча поклонился, в его глазах читалась странная смесь гордости и беспокойства. Дети-волки подбежали и обняли его ноги, а Чхве Хан робко положил руку ему на плечо. В этот момент Кейл понял, что он не один. Даже если он иногда чувствует себя одиноким, его окружают люди, которые любят и ценят его, несмотря на все его недостатки. И, возможно, именно они – тот самый луч света, который поможет ему разжечь огонь в его душе.