Глава 14. Неcбывшиеся ожидания.

. Маниса. Сентябрь. 1540 год.    – Природа Манисы мне показалась очень красивой, ещё когда я побывала здесь впервые, но знай я, что здесь такой красоты леса, – завороженно пробормотала Амира.    – Постараемся выбираться на охоту чаще. Если не сюда, то просто в ближайший от дворца лес, – Мехмед бросал изучающие взгляды на завороженную девушку. – Этот лес самый большой в Манисе. Рядом с дворцом поменьше.    – Возможно, такие вылазки пойдут на пользу и вам, Шехзаде, – поддержал идею Лала Паша. После с иронией добавил. – Только не забывайте про свои обязанности.    – Мне говорили, что Шехзаде не вылезает из дел, – удивлённо посмотрела на Пашу.    – Правильно говорили, – широко улыбнулся мужчина. Где-то позади прокашлялся Мехмед. Не особо любил, когда его обсуждали. Улыбка Паши только росла. – Ильяс-ага жалуется, что едва ли может заставить его поесть или пойти спать.    – Шехзаде, мне начинать отправлять к вам Огюза-агу? Раз вам недостаточно его речей о наложницах, тогда добавлю о вашем образе жизни, – подыграла ему девушка.    – Не надо! – Возмутился Мехмед.    – Он ещё и наложниц принимать отказывается? Шехзаде! – Проигнорировал его возглас мужчина и продолжил. – Амира хатун, приставьте к нему вашего устрашающего евнуха. Где это видано, чтобы Шехзаде так себя вёл?    – Я всё ещё здесь, да, – фыркнул Мехмед. Амира улыбнулась, проглатывая смех.    – Амира хатун, – неожиданно Паша подхватил девушку под локоть. – Там заяц, попробуйте подстрелить его.     Мехмед заинтересованно проскользнул к ним. Амира зарядила стрелу и под руководством Паши прицелилась.    – Постарайтесь просчитать, куда он может убежать, если напугается. И постарайтесь действовать быстро, – шёпот наставлений закончился и мужчина отпустил её локоть.    Девушка выстрелила через несколько секунд после. Заяц упал замертво.    – Браво, Амира хатун! – Негромко хлопнул в ладони мужчина и пошёл за добычей.    – Ты молодец, – Мехмед мягко погладил её по плечам.    – С дебютом, – Паша приподнял подстреленное животное.    – Спасибо, – девушка была одновременно рада и разочарована.    Животных она любила, ела в основном птиц, потому что их ей было не особо жаль. Но смысл пищевой цепочки понимала и старалась принять. За спиной Мехмеда послышались шаги.    – Я же говорил, – закатил глаза Шехзаде. Амира не сдержала смешок. Наставник возмущённо посмотрел на него и мужчина выровнялся по струнке под строгим взглядом Паши. .    – Разойдёмся немного здесь.    Воссоединившись с сопровождением, они прошли ещё немного, наставник Шехзаде остановился.    – Амира хатун, Ильяс-ага, возьмите немного воинов и пройдите в ту сторону. Али Паша с Мурадом Паша. Я буду с Шехзаде, – коротко раздал приказы мужчина. Мехмед кажется хотел что-то возразить, но передумал.    – Позже воссоединимся. Ещё целый день впереди, – увидев реакцию подопечного, хмыкнул Паша. Улыбнулся Амире.    Пока шли и рассматривали лес, девушка молчала. Молчали и Ильяс-ага вместе с тремя янычарами за спиной. Девушка замерла, когда увидела косулю.    Первой мыслью было догнать сопровождение, но пролетевшая в нескольких секундах от неё стрела заставила замереть. Животное, услышав характерный свист, удрало прочь.    – Будете стоять на месте, вся дичь убежит, – со злорадством в глазах проговорил Ильяс-ага. Видимо, думал, что она собирается убить её.    Янычары тихой поступью понеслись вслед лани. Не видь их, девушка подумала бы, что неподалёку завывает ветер.    – Я хотела её отпустить, – закатила глаза девушка.    – Глупо упускать такую добычу, – нахмурился хранитель покоев.    – Некоторые не видят добычу во всём, что дышит, – подойдя к нему впритык, прошипела девушка.    Глаза аги сузились, губы поджались. Щеку обожгло ударом кулака. Амира рефлекторно отшатнулась, едва не упав. Её гневный взгляд вернулся к лицу мужчины.    После пришло понимание. Обоим. Ильяс ударил не только девушку, что была выше его по статусу, но и близкую подругу и любимицу Шехзаде среди всех женщин в гареме.    Следующий удар пришёлся ожидаемо. Амира едва успела вывести руку, чтобы смягчить его, но всё же упала. В следующее мгновение он навис над ней и принялся наносить удары. Лицо и плечи ныли, девушка была уверена, что даже начали кровить.    Удары остановились так же резко, как и начались. Ильяс резко поднял голову и тяжесть его тела исчезла. Амира приподнялась на локтях из последних сил. Повернула голову в ту сторону, куда смотрел ага.     Кабан. Чёрт возьми.    Её резко схватили за подбородок.    – Придушил бы тебя прямо здесь, но так даже лучше, – он резко отбросил её голову, вызывая острую боль в позвонках шеи от резкого движения. – Возможно, твоё тело даже не найдут, что очень жаль. Шехзаде будет очень горевать. Но ничего погорюет и перестанет.    Амира откинулась назад и прикрыла глаза. Шаги мужчины понемногу стихли. Было слышно только громкое сопение животного где-то в десяти метрах от её головы и звуки леса. Трава с каплями росы холодила оголённые участки кожи.    Ну нет. Нет-нет-нет. Для этого она что-ли старалась?    Сопение кабана стало сильнее, свирепее. Девушка медленно открыла глаза и осторожно приподнялась. Правая сторона рёбер заныла, под болезненным местом ощутился камень. Кожа на руках ныла, но синяков не было видно. Когда она приподнялась на колени, в теле то тут, то там заныло.    Хоть бы обошлось внутренними гематомами. Их хотя бы не будет видно.    Взгляд поднялся и зацепился за животное. Кабан медленно, готовясь напасть, подходил к ней. Рука, опиравшаяся на бедро, нащупала небольшой охотничий кинжал.     Чтобы отбиться и прибить его сил хватит.     В следующее мгновения, как она достала кинжал, кабан понёсся на неё со свирепым взглядом. Первый её удар принёсся на его горло. Девушка снова повалилась на спину.  Животное взвизгнуло, но отступать не спешило. Ещё один кидок. Удар ножа прошёлся по его брюху. Амира откинулась назад, когда следующего выпада не произошло. Прикрыла глаза.    Она не знала, сколько прошло, но в скором времени дыхание зверя утихло. В следующий раз она открыла глаза, когда на её лицо полилось что-то мокрое. Сознание приходило медленно. Уши словно заложило. Будто сквозь воду она услышала только:    – Жива. Эй! Я нашёл! Она здесь! Живая! .    Мехмед нетерпеливо ожидал Амиру и Ильяса. Они с наставником смогли поймать несколько косуль и зайцев, Шехзаде очень хотел поскорее вернуться и приказать приготовить для неё зайца, словленого им собственноручно.    Но их не было. Ни через пол часа, ни через час.    – Лала Паша, – встревоженно посмотрел на наставника мужчина. Паша согласно кивнул, судорожно выдохнув. Его взгляд тоже был обеспокоенным.    Как только Мехмед открыл рот, чтобы отдать приказ, как кусты зашевелились. Появилась макушка Ильяса.    – Ильяс-ага! Где ты был? Где Амира? – Мужчина заметил за его спиной янычар.    – Мы немного разошлись. Я увидел косулю и попытался пристрелить её. Я думал, что янычары остались с госпожой, но… – Хранителя покоев прервал крик Мехмеда.    – Ищите её! Найдите Амиру! – Шехзаде повернулся к Пашам. – Возвращайтесь к угодьям.    – Шехзаде, – Лала Паша хотел встрять, но был перебит.    – Я присоединюсь к поискам! Если хочешь, то можешь присоединиться к Пашам, – мужчина отправился за одним из отрядом. Лала Мустафа вздохнул, но пошёл за воспитанником, кивнув коллегам. Ильяс напрягся, но решил сопроводить знать.    Лес становился всё гуще. Попадались змеи и другие мелкие твари, что могут быть ядовитыми. Мехмеда пробирала дрожь, когда он думал о том, что Амиру могло укусить что-то подобное.    Раздумья о худшем прервал крик янычара. Кажется, его звали Хасан-ага.    – Эй! Я нашёл! Она здесь! Живая!    Шехзаде со всех ног понёсся в сторону крика. Окровавленная, побитая. Ещё с утра светлые кончики волос окрасились в кроваво-красный. Лицо было изувечено царапинами. Мехмед рвано выдохнул, когда увидел лежащего рядом мёртвого кабана. Её увечья не были похожи на раны, что могло оставить животное. Но это потом.    Мехмед поднял бессознательное тело на руки. Жёсткие приказы вылетали из его рта быстрее, чем он успевал их осмыслить.    – Пусть кто-то пошлёт за лекарем! Предупредите Аслы или Эсму хатун. Оповестите Елизавету! .    Голова была тяжелой. В ушах заложило, тело было ватным, веки слиплись. Горло было сухим, слюна не шла. Контроль над телом приходил медленно.    Она попыталась пошевелить головой, что у неё и вышло, только с последствием. Шею пронзила острая боль, а голову тупая. Из горла, будто не её, вырвался болезненный стон.    – Тш-ш… Всё в порядке, дорогая, – низкий голос Елизаветы резанул слух.    Приоткрытых губ коснулась живительная влага. Едва не подавившись, она сделала несколько глотков. В горле будто прошлись наждачкой. Как сквозь воду она слышала голоса, но едва ли различала их и понимала суть.    – Очнулась? – Знакомый мужской голос. Явно встревоженный.    – Нет. Видно, пришла в сознание на несколько мгновений, но глаз не открывала, – снова голос Елизаветы. – Я дала ей немного воды.    – Возможно, она снова потеряла сознание от боли. – Незнакомый женский. Явно постарше Елизаветы.    Сознание снова уплыло.    Она не помнила, как проснулась. Просто открыла глаза, стараясь игнорировать боль в теле. Зрение плыло, но взгляд смог зацепиться за фигуру на тахте. Мехмед.    Почувствовав взгляд, мужчина посмотрел на неё и подскочил.    – Ты очнулась. Воды? – Он аккуратно помог ей пригубить из чаши.    – Спасибо, – голос сел, стал охрипшим.    – Амира, – она медленно перевела на него взгляд. – Что произошло? Я подозреваю, но хочу услышать из первых уст.    Это была возможность отдалить Ильяса от Мехмеда. Но не стоило ли разобраться с ним самой?    – Я… Мы немного повздорили с Ильясом-агой. Я отстала от них, когда увидела оленя. Он чего-то испугался и убежал, после появился кабан. Напал на меня. Больше ничего не помню, – во взгляде мужчины читалось недоверие, но видя слабость девушки, он промолчал. – Сколько я спала?..    – Несколько дней. Мы задержались на три дня, – он мягко сжал её руку. Взгляд смягчился. – У тебя сотрясение. Около десяти внутренних гематом, неглубокие раны и несильные синяки на лице. Лицо заживёт через несколько недель, самый большой срок, телу нужно больше времени, чтобы восстановиться.     – Когда мы вернёмся? – Не хотела вдаваться в подробности Амира. Аккуратно приподнялась на локтях, чтобы сесть. В голове закружилось.    – Не так резко, – он помог ей сначала опереться на него, а после усесться. – Как только окрепнешь. Ещё хотя бы несколько дней.    – Мы можем отправиться завтра? – Качнула головой девушка. Добавила: – Я хочу поскорее вернуться.     – Мы не вернёмся, пока ты не сможешь хотя бы стоять самостоятельно, – насупился мужчина, осматривая её анализирующим взглядом. На её запястье что-то сжалось. Амира только сейчас поняла, что рука Мехмеда сжалась на её пульсе, как только та села.    – Сомневаешься, что сумею встать до завтра? – Хмыкнула девушка.    – Сомневаюсь, что выдержишь дорогу в таком состоянии, – качнул головой Шехзаде. – Лала Мустафа Паша беспокоился. Постоянно спрашивал про тебя.    – Если сильно переживает, то может навестить меня. Это не запрещено, – слабо улыбнулась управляющая.    – Я передам, – кивнул Мехмед. Улыбнулся. – Рад, что вы нашли общий язык. – Он посерьёзнел. – Амира.    – М? – Её голос так не вернулся в норму.    – Около десяти внутренних гематом кабан нанести не может. Как и любой другой зверь, – тёмные глаза были серьёзны. Амира отвела взгляд полный уязвимости. Шехзаде вздохнул, но настаивать не стал. . Маниса. Февраль. 1541 год.    Крики роженицы разносились по коридорам. Амира стояла возле изголовья кровати, где из последних сил тужилась Джихан хатун. Повитуха то исчезала, то появлялась между коленей девушки; служанки носились из коридора в комнату и наоборот.    Амира наблюдала за этим равнодушным взглядом. Проскользнула мысль том, что в покоях Мехмеда её ждут с новостями и ребёнком на руках Повелитель и Михримах с Шехзаде.    – Ты не стараешься, хатун! – Оклик повитухи вырвал её из дум. Джихан едва открывала глаза от боли. Ещё немного и сознание потеряет. Амире даже стало её жаль. Совсем немного.    – Я больше не могу! Сделай уже что-то, – голосом полным надменности, рявкнула девушка.    Ан-нет, не жаль. И хватает же сил на такое. Одна потуга и разродилась бы уже. Должна же чувствовать.    – Одна потуга! И всё! – Не выдержала женщина, а после кинула виноватый взгляд на блондинку. Та понимающе улыбнулась. Она выбирала эту женщину, знала, что лучшая среди всех в Манисе.    – Джихан, – серьёзный голос Амиры заставил хатун напрячься и начать тужиться.    Блондинка буквально почувствовала, как та закатила глаза. Через несколько минут повитуха отошла к тазу с маленьким и хрупким тельцем на руках. Амира затаила дыхание. Тихий крик младенца заставил её вдохнуть, осознать, что не дышала всё это время.    – Девочка, госпожа, – женщина закутала ребёнка в свёрток и обернувшись, посмотрела на Амиру. Блондинка услышала тихий стук тела о простынь – Джихан разочарованно упала на простыни.    Девушка кивнула на хатун. Повитуха поджала губы, видя реакцию наложницы, но послушалась приказа и протянула свёрток к матери. Громкий вопль заставил служанок вздрогнуть, а повитуху замереть.    – Убери её! Не хочу видеть! – Смотря на дочь, как на что-то противное отказалась Джихан.    – Джихан хатун, – Амира едва не прорычала её имя и требовательно посмотрела на наложницу. Та отвернулась, как избалованный ребёнок и сложила руки на груди.    – Девочка, что толку! Убери её живо! – Блондинка раздражённо закатила глаза и протянула руки к повитухе. Та отдала отдала девочку управляющей с большим энтузиазмом, чем матери.    Амира тихим шагом вышла из покоев, мягко похлопывая свёрток по спине. Огюз-ага и Рабия хатун тут же подскочили к ней.    – Девочка… – Шёпотом объяснила девушка.     – Красавица. Дай Аллах ей долгой жизни, – евнух восхищённо смотрел на младенца.     – Аминь, – поддержала хазнедар.    – Иншалла, – Амира внимательным взглядом рассматривала розовое личико девочки. Отдала тихий приказ. – Закрой хатун в комнате. Не пускай никого, кроме лекарши и служанки. – Встретилась с непонимающим взглядом Рабии. Объяснила. – Она отказалась от неё. Дальнейшую её судьбу будут решать Шехзаде и Михримах Султан. Огюз-ага, со мной.    – Как прикажете, – слуги склонились. Евнух засеменил за управляющей, а Рабия хатун удалилась в комнате фаворитки.