Глава 16. Ожидание.

. Маниса. Февраль. 1541 год.    Повелитель вызвал её к себе с утра. Амира хотела успеть рассказать о возможном браке Елизавете перед аудиенцией с Султаном, но её планам не суждено было сбыться.    – Передай Елизавете, что я буду ждать её на завтраке. Сейчас я встречусь с Повелителем, – на ходу отдавала евнуху приказы.    – Если Шехзаде спросит?.. – Она остановились перед покоями Падишаха.    – Правду, Огюз-ага. Ничего, кроме правды, – отрицательно качнула головой.    – Ой Аллах! Пусть Всевышний будет с вами рядом в этот важный момент, – ага взволнованно прикрыл рот ладонью.    – Аминь, ага, – вздохнула девушка и прошла в приоткрытые двери.    – Повелитель, – девушка низко поклонилась, не поднимая глаз. Напряжение в воздухе оседало в лёгких зыбучим песком.    – Амира. Наша весна, – голос Султана был серьёзен, но не лишён теплоты.    – Вы хотели меня видеть, – она осторожно подняла на него взгляд. Мужчина что-то мастерил, в его руках блеснула драгоценность. Его плечи были напряжены.    – Ты знаешь, почему, – не вопрос, утверждение.    – Знаю, – кивнула девушка. Мужчина отложил инструмент и изделие.    – Это происходит по твоей воле? Мой сын до этого времени не принуждал тебя к чему-то? – Его взгляд был серьёзен, но не гневен.    – Более того, мой Падишах. Ваш сын долго одарял меня знаками внимания, прежде чем я стала отвечать ему, – выдержала его взгляд Амира. – Были моменты, где инициатива исходила от меня. Вы обещали выдать меня замуж по моему согласию.    – Обещал.    – Никях с Шехзаде будет добровольным с обеих сторон. Если на то будет ваша воля, моё согласие у вас есть.    – Согласие Елизаветы? – Подумав, спросил мужчина.    – Я ещё не успела уведомить её об этом. Вчера было поздно, а сегодня вы пожелали видеть меня, – сохраняя самообладание, девушка несмело улыбнулась. Боятся ей было нечего.    – Как думаешь, она согласится? – Флегматичная улыбка не сходила с лица Падишаха.    – Выскажется вначале мне, после Шехзаде. Возможно чуть-чуть попричитает, но согласится, – подумав, ответила Амира. – Ей важно мое согласие, которое у неё будет.    – Возвращайся к себе. О своём решении я сообщу позже, – благосклонно кивнул Султан, а после одарил склонившуюся девушку мягкой улыбкой. .    – И ты не сказала мне?! – Вскочила женщина, когда закончился совместный завтрак.    – Вы спали, я не стала вас беспокоить, – Амира оставалась спокойна.    – Ради такого стоило! – Возмутилась Елизавета.    – В любом случае, Повелитель уже в курсе и принимает решение, – качнула головой на истерику родственницы. Леа слегка сжалась в её руках.    – Я могу поговорить с Шехзаде? – Отойдя от эмоций, спросила аристократка.    – Аслы, попроси у Мехмеда аудиенции для мадам, – служанка поклонилась и упорхнула из покоев. – Я могу присутствовать?    – Это личный разговор, – отказала Елизавета.    – Валиде… – Едва слышно прошипела девушка.    – Это ради твоего же блага, моя дорогая, – женщина прикоснулась к щеке внучки. Амира прикрыла глаза.    – Думайте, что говорите при нём. Он всё ещё Шехзаде, – напомнила девушка.     – Тебе известны здешние порядки. Знаешь же, что на правах наследного принца, он может продолжить брать девушек из гарема в своё ложе? – В голосе настороженность и напряжение. Говорит так, будто внучка не управляла всё это время гаремом.    – Знаю, – но надеюсь, что он так не поступит. Хотелось добавить, но это означало бы дать червю сомнений пролезть в мысли. Надо ей это? Нет. – Не спросите, согласна ли я?    – Что спрашивать-то? Если Султан Сулейман уже вызывал тебя на разговор, а перед этим ты говорила с… – Она подкатила глаза, будто выдавливая слово, – …моим будущим зятем, то твоё согласие очевидно. Стала бы ты сейчас разговаривать со мной тогда?     – Вы успели меня достаточно узнать, – фыркнула девушка.    – Я приехала сюда в первую очередь ради тебя. Глупо было бы сторониться, – в её голосе чувствовались нотки обиды.    – Не разочаровались, встретившись со мной? – Они с Елизаветой не были семьёй. Хорошими знакомыми, связанные кровными узами, но не семьёй в привычном понимании.    У Софи была семья. Большая и счастливая. Со старшей сестрой, большим количеством ближайших родственников и любящими бабушками, дедушками.    Но это было и прошло. Она приняла, что уже не вернётся туда и хотела построить такую же дружную и счастливую семью, уже как Амира. Пускай она и не будет большой, но счастье своих будущих детей для неё стоит на первом месте.    – Трудно разочароваться, когда не строишь особых ожиданий, – пожала плечами Елизавета. – Я ехала сюда, ожидая увидеть неопытную, но сильную духом девочку, коей ты и была.     – Была? – Улыбнулась уголками губ Амира.    – А ты бы назвала себя сейчас неопытной? Ты уже несколько месяцев, как управляешь гаремом почти без ошибок, дружна со всеми, с кем только можешь, – на этих словах её глаза хитро сузились, выделяя сеточку морщинок около глаз. – Считай, пример для подражания.    – Расхваленно, – качнула головой девушка.    – Скажи ещё, что необоснованно, – хмыкнула женщина.    Девушка испустила смешок, но больше не комментировала, да и ворвавшаяся в покои Аслы не дала:    – Шехзаде ожидает, мадам.    – Будьте осторожны в своих словах, Валиде, – напутствовала Амира. Елизавета только успокаивающе улыбнулась внучке. .    – Вы обеспокоены, – Огюз-ага, наблюдавший, как управляющая перебирает отросшие волосы маленькой Айше Хюмашах, решился нарушить тишину. Михримах, сидевшая рядом, стрельнула в него предостерегающим взглядом.    – От Повелителя нет новостей, – вздохнула девушка и стала как можно аккуратней заплетать маленькой Султанше небольшую косу. – Елизавета вернулась от Мехмеда?    – Пока нет, госпожа, – Амира нахмурилась. Почувствовала тёплую руку Михримах на плече, обернулась и благодарно улыбнулась ей.     – Как только покинет, сразу же доложи, – не удержалась от приказа Султанша. Стала размышлять вслух. – Уже вечер. Если тишину отца я ещё могу понять, то брата нет.    – Главное чтобы мирно закончилось, – руки мягко перебирали тонкие детские волосы.    – Иншалла, – вздохнула Михримах.    – Хочешь посмотреть на сестричку? – Амира наклонилась к маленькой Султанше. Озорные глазки засияли и девочка подскочила. – Аслы?    – Хюмашах Султан спит, но я её сейчас принесу, – улыбнулась девушка.    – Иногда я удивляюсь, как тебе удаётся выбирать таких служанок, – полушёпотом произнесла Михримах.    – Аслы была со мной почти с самого начала. Эсма появилась по воле Шехзаде. Он же её и выбрал, – улыбнулась девушка.    – Госпожа, – Аслы, держа в руках тихо сопящий свёрток, передала малышку в руки управляющей.    – Посмотри, – прошептала Амира, наклонив младенца к маленькой Султанше. Улыбка Михримах стала шире.     – А когда она сможет со мной играть? – Вполне предсказуемый детский вопрос заставил улыбки стать шире. Блондинка заметила, как обычно серьёзный Огюз-ага расслаблялся и смягчался в присутствии детей.    – Возможно, через несколько месяцев. Она совсем маленькая ещё, – она смотрела на девочек ласковым взглядом.    – Не пора ли тебе спать, милая? – Михримах пресекла возможный поток вопросов ребёнка. Амира глянула на неё наигранно-укоризненно, но Султанша слегка выгнула бровь.    – Елизавета вернулась в свои покои, – Эсма склонилась перед девушками.    – Пригласи её, – слегка улыбнулась Амира.    – Уложи Хюмашах спать, – Михримах кивнула одной из нянек дочери.    Аслы хотела подойти и забрать Хюмашах с рук управляющей, но та покачала головой. Блондинка встала и подошла к окну, покачивая девочку, рассматривала закат. Она посмотрела на приоткрывшую глазки малышку.    – Разве можно от неё отказаться? Она же такая прелестная, – Амира обратилась к подруге.    – Эта девушка сошла с ума от своих мечтаний и не подумала, что они не всегда сбываются, – Михримах фыркнула и ласково погладила сжатую ладошку племянницы. – Я думала, что она умнее. Аллах ей судья.    Управляющая разочарованно качнула головой.    – Даже если девчонка одумается, Мехмед не сразу вернёт ей дочь, он не настолько мягкосердечный, – продолжила Султанша. – Это будет дозированное общение, которое, я уверена, будешь контролировать ты, как вышестоящая.     – Не хочешь остаться ещё на некоторое время? – Осторожно спросила Амира и села на тахту, прижав малышку ближе к своей груди.    – Будь матушка здесь, я бы с радостью, но не могу оставить гарем без присмотра надолго, – вздохнула Михримах и погладила по голове ребёнка. – Афифе хатун я, конечно, доверяю, но каждому гарему нужна своя твёрдая рука. Пока нет матушки, этой рукой стала я.    – Валиде была бы рада слышать это от тебя, – Султанша благодарно улыбнулась.    – Будь рядом с Хюмашах и братом как можно чаще. Фахрие хорошая калфа и может стать твоей опорой в моё отсутствие, – Михримах прервала вошедшая Елизавета. – Мадам.    – Михримах Султан, – Елизавета склонила голову.     – Я пойду к Айше Хюмашах, – она надавила на колени Амиры, призывая её сидеть на месте. – Доброго вечера.    – Малышка? – Женщина слегка удивлённо посмотрела на управляющую.    – Джихан хатун всё ещё не хочет её видеть, – девушка вздохнула. Малышка приоткрыла сонные глазки, расфокусированный взгляд скользнул по Амире. Девочка снова закрыла глаза, подтянув кулачок ко рту и примостившись в руках.    – Девка очень глупая, раз не приняла ребёнка Шехзаде, независимо от пола. Даже родив девочку, у неё могли быть должные почести, – в голосе Елизаветы послышалось презрение. – Многие женщины мечтают родить собственного ребёнка, а эта отказывается от него, потому что она родилась не желаемого пола.    Амира только вздохнула, покачивая ребёнка.    – Как прошёл разговор? – Спустя несколько минут тишины, сопровождаемой сопением маленькой Султанши, решилась спросить.    Елизавета призадумалась. .    – Шехзаде, – представ перед наследником, Елизавета слегка склонила голову. Мужчина одарил её вежливой улыбкой с толикой теплоты.    – Вы знаете, почему я попросила аудиенции, – сходу начала она.    – Наш возможный брак с Амирой, – кивнул Мехмед.    – Я не буду обсуждать с тобой выгодность этого брака для наших государств, – сразу перейдя на Ты, что заставило Шехзаде хмыкнуть, – я, само собой, преданная патриотка своей страны и веры, но когда дело касается моей внучки, все принципы уходят. Тебе ли объяснять почему.    Мехмед кивнул. Несмотря на все обиды и ссоры, за своих сестру и братьев он стоит горой.    – Моя внучка верна тебе как собака своему хозяину. И как твоя подданная, и как женщина, – она подошла к нему ближе. – Не представляешь, как мне хочется верить, что эта верность взаимна.    – Я думал, что показал это, оставив свой здешний гарем нетронутым, – слегка схмурился мужчина.    – Это не гарантия. Что будет, когда Амира забеременеет? После родов? С годами? Что будет, если она очень сильно провинится перед тобой, даже если на твоё благо? – Елизавета давила морально. Задавала вопросы, ответы на которые были у обычного мужчины, но могли не оказаться у правящего. – В конце-концов, есть ваши обычаи. Скольких Хюррем Султан выгоняла из покоев твоего отца? Скольких избавилась? Даже после брака.    – Я верен вашей дочери с момента приезда в санджак. Был верен даже, когда не был уверен в её чувствах. Амира моё благословение, дарованное Всевышним. Думаете, что возможный отказ в никяхе или время смогут заглушить мои чувства? – Его глаза слегка потемнели.    – У мужчин так бывает. Иногда, даже самые верные в юности изменяют. Я не хочу, чтобы моя внучка жалела о своём решении заключить этот брак, – женщина отступать и не планировала.     – Она не пожалеет. Могу поклясться вам, что ваша внучка не проронит ни одной горькой слезы из-за меня. Если же я это допущу, тогда Всевышний мне судья.    – Я очень надеюсь на это. Иначе я не посмотрю, что ты член правящей династии. Меня это не остановит. .    – Обсуждали выгодные последствия этого брака, – качнула головой Елизавета. И не особо соврала, ведь после угроз начались обсуждения политики.    – Елизавета, – нахмурилась Амира.    – Не переживай, моя дорогая. Живой твой Шехзаде, – закатила глаза аристократка. И совсем не по-аристократски добавила: – Хотя я бы не отказалась сделать его евнухом за то, что не осмелился обратиться сначала ко мне.    – Мадам! – Воскликнула девушка, чем заслужила хнык из своих рук. Малышка открыла глаза и сморщила своё прекрасное личико от нежеланного пробуждения.    – Тише ты! – Снизила голос Елизавета. – Всё будет хорошо, вспомнишь мои слова.     – Тш-ш… – Она мягко качнула потревоженного ребёнка в своих руках.    – Вроде и не твоя, а относишься к ней, как к родной, – умилилась женщина.    – Это в первую очередь ребёнок Мехмеда. Да и могла ли я оставить её, когда даже родная мать видеть не хочет, – ласково прошептала управляющая.    – Если Султан откажет тебе, как возможной матери его внуков, он многое упустит, – Елизавета ласково улыбнулась внучке. Амира только улыбнулась. .    Ночь была неспокойной. Амире изначально плохо спалось, а теперь плач, доносящийся из комнаты Хюмашах и вовсе заставил беспокойству разойтись. Девушка поднялась и накинула себе на плечи халат. В несколько минут оказалась в комнате кормилицы и маленькой Султанши.    – Госпожа, – женщина, что стала молочной матерью, беспокойно тынялась по комнате, пытаясь успокоить девочку.    – Её что-то разбудило? – Блондинка подошла к ним и посмотрела на личико запыхавшейся от истерики девочки.    – Не знаю, госпожа, – женщина потупила взгляд. – Пелёнки чисты, грудь не берёт.    – Дай её мне, – вздохнула девушка и приняла в свои объятия тихо хныкающую малышку. Ребёнок прижался к ней и маленькой ручкой вцепилась в завязку на груди. – Я заберу её к себе. Разбуди Аслы, пускай постелит тебе в комнате служанок. Она может проголодаться.    – Как прикажете, – женщина поклонилась, а Амира вернулась в свою комнату. Полулёжа устроилась в кровати. Разбуженная Леа заинтересованно понюхала свёрток в руках.    – И чего ты раскапризничалась? – Мягко улыбнулась. Голубые глазки смотрели на с интересом. – Попробуем уснуть, м? – Вздох. – Похоже с тобой мне придётся вспомнить колыбельные.