Арнир

В скопление миров C-137, появилась настоящая катастрофа. Неизвестная зараза, окутанная тьмой, начала стремительно распространяться, заполняя собой всё вокруг. Она появилась внезапно, как тень, что крадется по ночи, и никто не мог предсказать её приход. Темная слизь, словно живое существо, текла по земле, стенам и даже воздуху. Её скорость была неумолимым, как водопад, стремящийся смыть всё на своём пути. Когда всё началось никто не замечал, как Тьма, медленно, но верно продвигалась к центру каждого из миров. Сначала Она появлялась на окрайне Пылетопии, в самых удалённых уголках, и с каждым днём её тёмные потоки приближались всё ближе к центру мира. Изначальные, поглощённые своими заботами и повседневными делами, не осознавали, что их мир был первым на грани уничтожения. Когда же тревога наконец прозвучала? Когда первые жертвы начали кричать о помощи, но было уже слишком поздно. Каждое существо соприкоснувшись с Тьмой испытывало невыносимую боль, словно его душу вырывали из тела. Вскоре после этого они становились частью Тьмя, и оставляя лишь пустоту и ужас в глазах тех, кто каким-то чудом смог выжить после встречи с Ней. Жители Пылетопии оказалась в ловушке, и спастись от этого кошмара смогли лишь немногие. Те, кто успел покинуть заражённый мир, погрузились в пучину отчаяния. Новые климатические условия и незнакомая обстановка лишь усиливали их страдания. Они чувствовали себя потерянными, как рыбы, которых выбросило на берег. И кто знает сколько рыбкам ещё осталось жить. Тем, кто каким-то чудом пережил соприкосновение с заразой, не повезло ещё больше. Их память, как песок, ускользала от них. Они стали тенью самих себя, забыв, кто они были, и что значило быть частью этого мира. Без воспоминаний о прошлом, они были потерянны, теряясь в собственных мыслях и страдая от фантомных болей. *** В городе было много народу. Тьма распространялась, словно нечто живое, поглощая всё вокруг. Существа, когда-то полные надежд, теперь жили в страхе, не зная, что делать дальше. Сначала они лишились одного мира, потом второго, третьего, и так остался лишь верхний мир, или же Арнире. Город, окружённый высокими стенами, был последним прибежищем. Здесь, в его узких улочках и на площадях, собирались те, кто успел переместиться через порталы. Но даже здесь Тьма не дремала. Она уже успела пробраться в этот мир. Она уже витала в воздухе, создавая атмосферу безысходности. И рано или поздно Она доберётся до них. Жители шептались между собой, обсуждая последние события. Кто-то говорил о том, как их дома были поглощены, кто-то вспоминал о близких, которых не удалось спасти. Тьма продолжала надвигаться и в глазах сущест всё больше и больше погасал свет надежды. *** В Зале Совета, где когда-то принимались важные решения о судьбе Арнира, теперь царила напряженная атмосфера. Некогда герои осободившии Арнир от тирании Варнера сидели за столом, их лица были мрачными. Они обсуждали последние новости о Тьме, которая стремительно приближалась к ним. — Мы должны действовать незамедлительно, — заявил Лэфтарион, его голос звучал твердо, но в глазах читался страх. — У нас нет времени. Если мы не остановим её, Она рано или поздно доберётся до нас и поглотит весь Арнир. — Но как? — спросил Зал-травник держа в руках кружку с лунарадием. — Мы уже пробовали всё, что могли. Но всё без результатно. — Ты прав, мы уже провели много экспериментов и все они были безрезультатны — вмешался Изначальный волшебник, его тон был печальным. — Мы не можем сдаваться, — вставил Акула, его глаза сверкали решимостью. — Мы освободили Арнир от террора Варнэра, и сейчас мы должны пытаться сильнее. Доктор Блэк, молчаливый до этого момента, наконец заговорил. Его голос был тихим. — Мы были героями, но сейчас мы ничего не можем сделать. Тьму не остановить, Она распространяется по всюду. Мы пытались раз за разом, но результат был всё хуже и хуже. Что ты ещё предлагаешь сделать? В зале воцарилась тишина. Никто не осмелился посмотреть в глаза Доктора Блюка. Он изменился после инцидента в лаборатории. *** В лаборатории, где когда-то царило спокойствие, теперь витал запах страха и отчаяния. Все выжившие учённые пытались найти способ остановить заразу, которая угрожала уничтожить всё живое. Доктор Блэк и Гэктор не остались в стороне, и погрузились в изучение Тьмы. Дни и ночи они проводили в бесконечных экспериментах, анализируя образцы и пытаясь разгадать тайны, скрытые в Её структуре. Однако каждая попытка завершалась неудачами, и с каждой неудачей Тьма была всё ближе. — Мы должны найти способ, — настаивал Доктор Блэк, его голос был полон решимости, но в глазах читался страх. — Если мы не сможем найти способ уничтожить Её, то все погибнем. — Я понимаю, но лучше не спешить - это может плохо закончиться, — ответил Гэктор, стараясь успокоить своего друга. — Мы должны быть осторожными. Но в тот момент, когда они работали над очередным экспериментом, произошла катастрофа. В воздухе раздался оглушительный треск. Доктор Блэк, не успев среагировать и капля Тьмы попала на его руку. — Блэк! — закричал Гэктор, мгновенно понимая, что происходит. Он быстро воспользовался магией и через секунду размышление, отрубил заражонную руку своего друга, спасая его от неминуемой гибели. Кровь хлынула, и боль пронзила Доктора Блэка, но он всё ещё был жив. Гэктор, дрожащими руками, пытался остановить кровотечение. — Держись, друг! — кричал он, сердце колотилось в груди. — Я перемещу нас отсюда! — Хорошо, — прошептал Блэк, его лицо исказилось от боли. — Но сначала… Мы должны закрыть лабораторию. Эта зараза… Мы должны хотя бы не дать Ей распространица. Из отрубленной руки потихоньку поялвялась Тьма, Она заполняло собой пространство. Сначала она проглотила руку, затем стала перебираться на пол и воздух. Гэктор с ужасом смотрел на всё это. Потом его взгляд зацепился за своего друга, осознавая, что только что сделал. Они потерпели поражение, но не могли позволить себе сдаться. Воля Доктора Блэка не позволила отключиться. — Хорошо, — пообещал Гэктор, глядя в глаза своего друга. Доктор Блэк кивнул, сжимая зубы от боли, и Гэктор готовил заклинание для перемещения, но перед этим загеметезировал лабораторию. Когда они переместились Доктор Блэк потерял сознание, но ему сразу же оказали первую помощь. Когда маг очнулся у него был шок и лёгкая амнезия. Он долго свыкался с мыслью что теперь у него нет руки. *** После недолгой тишины Лэфтарион решил подать голос. — Мы не можем просто сидеть и ждать, — начал Лэфтарион, его голос был тихим. — По расчётом осталось всего полдня. Что мы можем сделать? — Мы все знаем, что шансы малы, — добавил Гэктор, его лицо было мрачным. — Но сидеть в бездействии - это не выход. Нам нужно что-то сделать. — А что, если мы устроим прощальный праздник? — внезапно предложил Акула, его голос прозвучал с искоркой надежды. — Это даст выжившим возможность сказать всё, что не успели сказать, попрощаться и просто побыть вместе. — Праздник? — удивлённо переспросил Изначальный Волшебник. — Разве это уместно в такой ситуации? — Почему бы и нет? — добавил Зал-травник. — Мы все находимся в страхе, и, возможно, это поможет нам отвлечься от плохих мыслей. Мы можем отпраздновать жизнь, даже если она подходит к концу. — Я согласен с Акулой, — поддержал их Гэктор. — Это может дать всем повеселиться в последний раз. Мы не можем позволить Тьме забрать у нас последние часы радости. — Хорошо — кивнул Лэфтарион. — Мы должны объявить народу и подготовить всё. — Хорошо — сказал Акула, его голос стал более уверенным. — Тогда давайте начнём. Мы должны сделать это до того как сюда придёт Тьма. Собравшиеся обменялись взглядами, и в этот момент их души стали немного спокойней. Но они понимали, что конец у них один. *** В воздухе витала тревога и отчаяние. Город, что когда-то наполненный жизнью, сейчас погружался в тишину. Когда осознание пришло ко всем, что осталось всего несколько часов до конца, начали собираться. Арнирский совет решили устроить прощальный праздник — не для того, чтобы праздновать, а чтобы сказать друг другу «прощай». На центральной площади, где когда-то звучал смех детей и играла музыка, теперь стояли столы, накрытые скатертями. Каждый приносил что-то от себя: кто-то выпечку, кто-то приносил фрукты, а кто-то просто поставил бутылку вина. В воздухе витал запах еды, смешанный с горечью. Выжившие, собравшиеся здесь, обнимались, смеялись и плакали одновременно. В каждом взгляде читалась печаль, но и благодарность за то, что они могли быть вместе в эти последние мгновения. Существа которые всю свою жизнь жили в других мирах и не выходили от туда, теперь делились историями, воспоминаниями о счастливых моментах, о том, как жили, как они мечтали и любили. Музыканты решили разбавить обстановку и сыграть что-то весёлое. Легкие мелодии смешивались с шепотом ветра, и казалось, что даже природа скорбит вместе с ними. Кто-то начал танцевать, и вскоре все присоединились, ненадолго забывая о страхе и горечи. В этих танцах была не только радость, но и прощание, с мечтами, с каждым мгновением, которое они могли бы еще прожить и с жизнью. Когда солнце начало садиться, небо окрасилось в яркие оттенки оранжевого и розового. Все те кто остался сели за столы, и начали говорить. Это был момент, когда каждый по-настоящему осознал ценность жизни, даже если она должна скоро закончится. И вот, когда последний луч солнца скрылся за горизонтом, они подняли свои бокалы, произнося тосты за дружбу, за любовь и за то, что они были вместе в это трудное время. Некоторые уже напились и развлекались как могли. Другие ревели навзрыд. Никто из них не хотел умирать, тем-более таким образом. *** Тьма ворвалась в город, как буря, поглощая всё на своём пути. Невзирая на все попытки подготовиться к смерти, страх охватил сердца жителей Арнира. Тех, кто был в центре, начали мучить крики существ, которые были на краю города. Это были крики агонии, крики проберающие до костей. Гэктор и Линда крепко обнимали своих детей, стараясь защитить их от надвигающегося кошмара. — Всё будет хорошо, — шептала Линда, но в её голосе звучала неуверенность, но её щекам уже катились слёзы. — Мы вместе, и это главное. Карл и Дина, прижавшись к плечам своих родителей, плакали, их маленькие тела тряслись от рыданий. — Мы не хотим умирать! — кричали они, и в их голосах звучал страх, который откликался в сердцах всех вокруг. Гэктор и Линда, не в силах успокоить своих детей, лишь прижимали их к себе, чувствуя, как от этого становится ещё больнее. Ведь что может быть мучительней для родителя, как слышать крики их детей. — Мы сделали всё возможное, — сказал Гэктор, хотя в глубине души понимал, что возможно они что-то пропустили. На другом конце площади Лэфтарион допивал свой бокал, чувствуя, как горечь разливается по его горлу. Он обернулся к своему собеседнику, его голос был тихим и полным сожаления. — Я был рад познакомиться с вами, — сказал он, стараясь не показать, как его охватывает паника. Он посмотрел на небо — Мы сделали всё, что могли. — Сказал Лефтарион и закрыл глаза. В ответ собеседник лишь кивнул, и тоже посмотрел высь. Это был момент, когда слова были лишними. Горбатик, утирая слёзы, прощался со всеми. Его голос дрожал, когда он говорил: — Мы были одной семьёй. Мы никогда не забудем вас… Он обнимал каждого, и в этот момент понимал, что даже в самые тёмные времена связь между ними была крепче, чем что-либо. Доктор Блэк, стоя в стороне, смотрел в даль. В его голове проносились воспоминания о хороших временах: о смехе, о дружбе, о надежде. Слёзы катились по его щекам, и он не мог сдерживать их — Мы боролись, — сказал он, — но что если это не было достаточно? Что если мы могли спасти тех, кого любим? В этот момент, когда тьма накрывала город, каждый из них осознавал, что это конец. Но они были вместе, и это давало небольшое спокойствие. Но, как бы они ни старались, Тьма была всё ближе приближалась, и время истекало. В последнии минуты все думали о том, за что им выпала такая участь. За что они получили это наказание? Неужели они прогневали своих Богов? Мысли о грехах, о том, что могли сделать не так, терзали их умы, как острые шипы. Ещё больше страха и отчаяния переплетались в их сердцах, и никто не мог дать ответ на вопрос. Если бы только они знали, что Боги давно мертвы, что они пали первыми, когда ещё пытались остановить Тьму. Их предсмертные крики, крики полные боли и страха, раздавались в никуда. Как долго длилась эта агония? Некому уже было это сказать. Но Боги боролись, сражались с Тьмой, но в конце концов оказались не в силах противостоять этому злу. Боги, которые когда-то были символом надежды и защиты, сами стали жертвами, оставив своих последователей один на один с ужасом. Но жители Арнира уже об этом не узнают. В последнии мгновения они будут помнить лишь о своих страхах и потере, о том, что им не дано было понять истинные причины своего страдания. Они будут проклинать судьбу, искать виновных, но никогда не узнают, что их боги были такими же, как они — слабыми и беззащитными перед лицом Тьмы. *** Стало тихо. Никто больше не кричал. Тишина накрыла город, как плотное одеяло, поглотив все звуки, оставив лишь эхо былых страданий и надежд. Когда больше не осталось живых существ, тьма, как безжалостный хищник, начала доедать остатки мира. Она медленно, но верно поглощала всё на своём пути, оставляя после себя лишь пустоту. Сначала исчезли последние огоньки жизни — тёплые воспоминания, смех, радость. Затем пришла очередь самого города. Каждый уголок, каждая трещина в стенах напоминали о том, что здесь когда-то кипела жизнь, существовал Арнир, полый надежд и мечтаний. До того момента, как от мира и вовсе ничего не осталось. Тьма поглотила всё: дома, улицы, деревья, пространство, мечты и даже воспоминания. Всё закончилось. Больше не существует Арнира. Больше нет такого места, которое когда-то было домом для многих существ. Больше не существует жителей Арнира — тех, кто любил, страдал, мечтал и боролся. И нет больше никого, кто мог бы помнить не только об Арнире, но и о других мирах, входившие в скопление. Память о них, об их героях, истории, и простых о жителях растворилась в пустоте, как капли дождя в океане. Никто не остался, чтобы рассказать о том, как здесь когда-то кипела жизнь, как смех слышался в воздухе, а надежда светилась в глазах живых. Тьма окончательно всё завоевала, и с ней ушло всё, что когда-либо имело значение. Это было не просто уничтожение — это было полное забвение, которое оставило лишь холодное эхо, где когда-то раздавались голоса, полные жизни. Грустная симфония конца, в которой не осталось ни нот, ни мелодий. Лишь тишина. Хотя есть маленькая надежда, что ещё хотя бы одно живое существо помнило об Арнире. Такое существо было, Мироходец, блуждающий по всевозможным мирам мог помнить о существовании Арнира. Но воспоминания о нём уже слишком давно исчезли из его памяти. Они были настолько далеки, что казались всего лишь призраком, тенью, которая когда-то мелькала в его сознании, но так и не обрела четких очертаний. И была забыта как что-то неважное. Так канула история об Арнире, история полная интересных и захватывающих событий. Каждый уголок этого мира хранил свои легенды, свои мифы и свои трагедии, но история Арнира стала лишь ещё одной потерянной каплей в океане времени. Для всех событий приходит конец, и, как правило, после конца остается какой-то поучительный урок. Но здесь его не будет. Арнир исчез окончательно, словно его никогда и не существовало. Никаких свидетелей, никаких записей, никаких рассказчиков. Тьма стерла всё, что могло связывало людей с этим местом. В памяти мира остались лишь шепоты о том, что когда-то здесь кипела жизнь, но теперь даже эти шепоты затихли, оставив лишь пустоту. Всё сложилось так, как будто Арнир был неудачным проектом, про который хотелось забыть и стереть с лица земли. Словно его и вовсе не существовало.