Часть 1

Капитан Жан-Люк Пикард стоял на мостике «Энтерпрайза», его взгляд был прикован к голографической карте сектора, где мерцала тревожная метка. Кардассианский крейсер «Гилор» завис на орбите заброшенной станции, и это не сулило ничего хорошего. — Капитан, — голос Дата прервал тишину. — Кардассианцы активировали прототипное оружие. Расчеты показывают, что его мощность достаточна для разрушения звездных систем. — Открыть канал связи, — приказал Пикард, сжимая кулаки за спиной. На экране возникло лицо с резкими кардассианскими чертами. Женщина в чёрной униформе, её глаза холодны, как космическая пустота. — Капитан Пикард, — её голос звучал насмешливо. — Вы опоздали. «Гилор» уже… — Выключите оружие, командор Талор, — перебил он. — Или нам придётся вмешаться. Она усмехнулась: — Угрозы? Как предсказуемо для Федерации. Но сегодня вы мне нужны живым. ... Их первый контакт был обменом фразами сквозь сжатые зубы. Когда «Энтерпрайз» и «Гилор» атаковали неизвестные корабли-призраки, Пикард и Талор оказались в ловушке на разрушающейся станции. — Ваш оптимизм раздражает, — проворчала Талор, чиня транспортер голыми руками. Её пальцы дрожали от усталости. — А ваша паранойя утомляет, — парировал Пикард, подавая ей плазменный паяльник. Их пальцы случайно соприкоснулись, и она резко отдернула руку. ... Ночью в каюте, когда галактика за иллюминатором казалась бесконечно одинокой, она призналась: — Я видела, как вы рискуете жизнью ради своих людей. Почему? — Потому что это единственный способ сохранить человечность, — ответил он, не отводя взгляда. — Мы не люди, — прошептала Талор, но её голос дрогнул. ... Когда призраки оказались предвестниками древней машины, стирающей реальность, их альянс стал последней надеждой. — Ты права, — сказал Пикард, в последний раз глядя на неё перед битвой. — Мы разные. Но сегодня я доверяю тебе больше, чем себе. Её губы дрогнули в подобии улыбки: — Не разочаруй меня, челове́к. Их корабли сошлись в танце плазмы и света, а запретное чувство, что родилось меж двух огней, горело ярче любой звезды.