Часть 13

      Собралась с мыслями Юля всего через три дня. Она думала, что этот процесс займёт куда больше времени, но нет — видимо, стыд перед Ксюшей был в Юле куда слабее, чем ненависть к Владу.       Юля позвонила Ксюше, извинилась перед ней, попросила приехать. Ксюша согласилась — будто между ними не было никаких неприятных разговоров, будто бы Юля не прогоняла её меньше недели назад. Юлю это поразило — она бы так не смогла. А Ксюша… Она будто бы совсем не обижалась, хотя было за что. Впрочем, она ещё может себя проявить. И Юля, наверное, это заслужила.       Когда Ксюша приехала, Юля призналась ей во всём, рассказала в мельчайших подробностях. Ксюша выслушала её предельно спокойно — как будто действительно абсолютно всё знала, — после чего спросила:       — Ну и ради чего ты его защищала?       — Не знаю, — потухшим голосом ответила Юля. — Боялась, стеснялась. Ты же ещё на свадьбе меня предупреждала, а я не послушала…       Глаза Юли наполнились слезами, и Ксюша поспешила её успокоить:       — Не реви, слезами уже ничего не исправить. Сейчас нужно собраться, отбросить эмоции. В квартире Влада много твоих вещей? Мебели никакой нет?       — Мебели нет. Вещей… Ну, одежда, да и всё, наверное.       — Отлично, значит я смогу сама всё это перевезти, пока ты тут. Да и в принципе могу квартиру для вас подготовить.       — Как же ты у Влада мои вещи заберёшь? А если он драться полезет?       — Ну, пусть попробует, — усмехнулась Ксюша. — А вообще — не думай об этом. Просто доверься мне.       Юля кротко кивнула, а Ксюша, которую удовлетворил такой ответ, продолжила:       — Далее — развод. Вот об этом тебе придётся позаботиться самой, когда тебя выпишут. Но не факт, что всё случится быстро — всё-таки маленький ребёнок может усложнить процесс. А сам факт брака с Владом делает тебя очень перед ним незащищённой, тем более что он знает, где находится бабушкина квартира. Я, конечно, попробую договориться со знакомыми юристами, но помимо этого, с твоего позволения, я какое-то время поживу с тобой и дочерью, хотя мне этого очень не хочется. Тебе будет нужна защита и помощь с ребёнком, да и мне с племяшкой посидеть только в радость. И ещё — я бы на твоём месте ещё и родительских прав Влада попыталась лишить. Они, на самом деле, дают ему большую власть, он может здорово попортить жизнь и тебе, и ребёнку. Поэтому было бы неплохо ему хотя бы пригрозить и попытаться договориться на выгодных для тебя условиях. Хотя я сомневаюсь, что с ним можно договориться.       Юля молча слушала Ксюшу и с каждым её словом становилась всё грустнее. Всё, что она говорила, даже звучало сложно, а как это осуществить? Конечно, Ксюша обещала помочь, но всё же… Слишком всё это сложно.       Сложно, но в то же время необходимо. Без всех этих шагов счастливая жизнь невозможна. А Юля очень хотела жить счастливо и подарить счастливую жизнь своей дочери. Значит, нужно было постараться. Если хотя бы не попытаться, то Юлю точно не будет ждать ничего хорошего в будущем.       Ксюша, тем временем, закончила давать Юле инструкции по поводу Влада и перешла к чуть менее острым, но всё ещё важным темам:       — А что у тебя с учёбой? Ты же, вроде бы, в этом году должна закончить?       — Должна была, — угрюмо ответила Юля. — У меня даже диплом ещё толком не написан, А что с ГОСами делать я вообще ума не приложу. Наверное, придётся брать академ…       — Нет уж, никакого академа, — решительно отмела эту мысль Ксюша. — У тебя диплом где сохранён, на какой-нибудь флешке?       — Ну да, на флешке. Только я работала над ним на стационарных компьютерах, ноутбука у меня нет…       — У меня есть, я тебе привезу. И если литература какая нужна будет — говори, я достану и тоже привезу. В больнице у тебя будет много свободного времени — вот и займёшься.       — Хорошо, с дипломом разобрались. А с ГОСами-то что делать?       — Думаю, я смогу договориться с твоим лечащим врачом, чтобы тебя и на ГОСы отпустили, и на защиту диплома. Поляну накроете преподавательскому составу и все сдадите. Тебе может показаться всё это сложным и лишним, но брать академ на финишной прямой, да ещё и по вине такого, прошу прощения, уебана, как этот твой Владик… Нет, учёбу надо закончить в этом году. Потом, с ребёнком, будет ещё сложнее.       Впервые за долгое время Юля почувствовала спокойствие. За неё всё решили, ей предоставили план действий, ей пообещали помочь. Самой, конечно, тоже придётся постараться, но когда за спиной есть кто-то надёжный, то всё даётся легче. А Ксюша — надёжный человек. Юля догадывалась об этом и раньше, но в полной мере осознала лишь теперь.       Дверь в палату широко распахнулась. Сначала Юля не обратила на это внимания — думала, что пришли к кому-то из соседок по палате. Но, увидев как Ксюша нахмурилась, смотря на посетителя, Юля всё же повернула голову. Повернула и оторопела.       На пороге стоял Влад. Влад с огромным букетом алых роз. Он никогда раньше не дарил Юле цветы. Сначала Влад не спешил входить в палату — судя по всему, присутствие Ксюши не входило в его планы, — но после будто бы решился и бросился к Юле.       Он упал перед ней на колени, руки покрывал поцелуями, шептал слова любви, умолял простить его, даже плакал. Юля не знала, как себя вести. Сердце её смягчилось — она вновь стала думать о том, что Влад — не такой уж и плохой человек, что его можно исправить, что корнем зла в их семье является свекровь. Юля вновь вспомнила о том, что развод — это, вообще-то, позор, что хороших жен не бьют, а значит, ей тоже надо подумать над своим поведением и как-то его исправить… Ей очень хотелось простить Влада, но в то же время она всё ещё слишком хорошо помнила те боль и страх, что испытала совсем недавно.       Не зная, что делать, Юля с мольбой посмотрела на Ксюшу. Ксюша сразу всё поняла, слегка тряхнула Влада за плечо, чтобы тот перестал причитать, и сладким голосом произнесла:       — Владюшечка, я, конечно, всё понимаю, но не мог бы ты выйти на пару минут? Нам с Юлей нужно ещё кое-что обсудить. Потом я уйду и ты тоже сможешь поговорить с Юлей наедине, если она, конечно, захочет. Ну так что, выйдешь?       Влад недовольно взглянул на Ксюшу, затем на Юлю, понял, что ему придётся это сделать и вышел в коридор, хоть ему этого явно не хотелось. Как только дверь за ним закрылась, Ксюша задала Юле вопрос, ответ на который уже прочла в её взгляде:       — Что, хочешь его простить?       — Я не знаю, — обречённо вздохнула Юля. — Он, конечно, много плохого мне сделал, но мне хочется дать ему ещё один шанс. Ребёнку нужен отец…       — Ребёнку нужен хороший отец, — перебила Ксюша. — По-твоему Влад сможет стать хорошим отцом?       — Мне кажется, во всех наших бедах виновата его мама. Если её не будет рядом…       Ксюша шумно вздохнула и произнесла:       — Я так понимаю, если я стану тебя отговаривать, то опять стану врагом номер один. Что ж, я не буду. Но, раз уж ты собралась простить Влада, то хотя бы поставь перед ним какие-то условия. Не нравится его мама? Пусть она к вам не приходит! Мне нравится, что нет денег? Пусть ищет работу! Не прощай его сразу, пусть докажет, что достоин прощения. И ещё… Я тебе не враг. Ты можешь не рассказывать мне о каждой вашей ссоре, если не хочешь, но не бойся просить помощи. Я не откажу. Могу, конечно, немного пожурить, но я не со зла. Так что, будем дружить?       — Будем, — тепло улыбнулась Юля. — Конечно, будем. И прости, что не доверяла тебе раньше.       — Неудивительно, что не доверяла — я для тебя, по сути, чужая тётка, — расплылась в улыбке Ксюша. — К тому же, я могу представить, что тебе наговорила про меня бабушка, да и не только она. Главное, что мы смогли это преодолеть, и теперь у тебя есть кто-то, кто сможет за тебя постоять. Не забывай об этом, пожалуйста.       Сёстры обнялись на прощание, и Ксюша пошла звать Влада. Юля не знала, как отреагирует он на её требование, не знала, что ждёт их дальше, не знала даже, правильно ли она поступает, давая ему очередной шанс, но тем не менее, была спокойна. А всё потому, что теперь она точно знала — у неё есть защита. Теперь ей есть, к кому обратиться, если Влад вновь её обидит. Теперь за её спиной стояла Ксюша. Ксюша, которую она долгое время считала врагом и которая оказалась одним из самых надёжных людей в её жизни. Казалось бы — выйдя замуж, Юля должна была искать защиты у мужа, но он сам стал источником угрозы. Бабушка, на правах воспитателя, тоже не защитила бы её, даже если бы была жива. Бабушка, скорее, обвинила бы во всём саму Юлю. По итогу бремя защиты и заботы взяла на себя сестра — человек, который имел полное право не делать для Юли ничего, имел право не терпеть её истерик. Однако же Ксюша уже сделала для Юли больше, чем бабушка и Влад вместе взятые. Юля точно знала — она не должна потерять связь с Ксюшей. В противном случае о счастливой жизни можно забыть.       Когда Влад вошёл в палату, Юле совсем не было страшно. Она больше не боялась ни его самого, не его реакции на озвученные ею требования. Она была уверена — Влад заметил произошедшее с ней изменения и связал их с появлением Ксюши, а значит, он тоже знает, что у Юли появилась защита. До смерти бабушки он боялся поднимать на Юлю руку, а ведь она была не самой надёжной защитницей. Теперь же, когда в жизни Юли появилась куда более надёжная Ксюша, Влад должен бояться даже голос на Юлю повысить. А даже если Влад по какой-то причине не воспримет Ксюшу всерьёз — его проблемы, Ксюша точно способна доказать ему, что может защитить Юлю. В любом случае — хуже, чем было, уже не будет. Только лучше.       Но кое-чего Юля по-прежнему опасалась, а именно — развода. Её по-прежнему пугала перспектива быть осмеяной за неудачу в личной жизни и обвинённой во всех грехах человечества. Юля не хотела, чтобы про неё говорили, что она не сумела сохранить семью, что она раз за разом доводила Влада до рукоприкладства, но ещё меньше она хотела, чтобы Влад был жертвой в глазах общественности. Юля хотела, чтобы Влад был тем, кто не работал, бил и издевался, а не обманутым мужем, который делал для своей женщины всё. А ведь его мать вполне может попытаться создать Юле репутацию неблагодарной девки, с которой не стоит иметь дел. Но это всё эмоции — с ними вполне можно справиться, и Ксюша поможет Юле в этом нелёгком деле. Главное — они решили, как Юля будет жить после развода, как справляться с ребёнком. Это — намного лучше, чем неопределённость.       Впервые за долгое время Юля не боялась приближающегося к ней Влада. Не только потому, что в больнице она была в физической безопасности. Юля впервые за долгое время чувствовала в себе силу. Она чувствовала, что теперь настала очередь Влада быть хорошим мальчиком — пресмыкаться, стараться угодить, делать всё возможное, чтобы она была довольна. Юля чувствовала, что может заставить Влада сделать всё возможное для её благополучия.