Часть 1

      День сбора дани. Раз в трайн, каждый трайн, уже пять столетий. Значимый день для любого гелфлинга. День, когда можно продемонстрировать Лордам Кристалла свою преданность и уважение. Для скексиса же…       СкекСо восседал на временном троне, который всегда устанавливался в тронном зале вапранского дворца на время его визитов в Ха’рар. «Дворец» совершенно не радовал Императора ни архитектурой, ни контингентом, и каждый раз, наведываясь сюда, он вновь и вновь убеждался, что столица Вапры была той ещё дырой. Лучше, чем у клана Стоунвуд – их «дворец» вообще представлял из себя огромный сарай, спасибо, что хоть лэндстрайдерами не провонял. О других кланах и говорить нечего. Нет, он больше никогда не перенесёт столицу ни в один из них: Все-Мадрой больше никогда не будет не вапранка. Посещать Ха’рар раз в несколько десятилетий было хотя бы терпимо.       Но не сегодня. Макрак дёрнул его прислушаться к Камергеру, который насоветовал ему порадовать низшую расу своим присутствием во время ежегодного сбора подношений. Длинная очередь из гелфлингов за последние несколько часов, казалось, нисколько не уменьшилась. А их плоские лица уже давно смешались для Императора в единую массу. Их дары не вызывали ничего, кроме раздражения.       – Твоё подношение принято, – бесстрастно заключила Все-Мадра со своего намного более скромного и низкого трона, взмахом кисти отпуская очередного фермера. Тот начал неумело раскланиваться. СкекСо шумно вдохнул и выдохнул. Стоявший по правую руку от него скекВар, почувствовав настроение своего Императора, издал глухой рык, и фермер, вздрогнув, ретировался. Следующий подношенец держал в руках трёхструнный музыкальный инструмент.       Нет. Нет, только не это.       Опустившись на одно колено, гелфлинг запел, аккомпанируя себе.       СкекСо сжал пальцами подлокотники до скрежета когтей по металлу. Будь проклят тот день, когда он разрешил черни платить налог песнями. Это было невыносимо. И это даже не первый раз за сегодня. И не второй. Седьмой или девятый. За всё то время, пока дань собирали исключительно Сборщица и Хранитель свитков, Император уже успел подзабыть, как резко увеличивается число песен в списке подати, когда это делает он лично. И каждый раз одно и то же. Они поют о его невероятной красоте и мудрости, поют в выражениях, что он слышал уже сотни тысяч раз, поют мучительно долго, тянут высокие ноты, насколько хватает голоса... СкекСо чувствовал, что ещё немного, и от бездарных завываний певца у него кровь из ушных отверстий пойдёт. Слишком громко. Слишком невпопад. Слишком…       Раздался высокий неприятный звук. Это лопнула струна под напряженными пальцами гелфлинга. А вместе с ней – терпение скекСо.       Он резко поднялся с трона. Все-Мадра глянула на него с опаской, а неудачливый подношенец замолк и съёжился.       – Да как ты смеешь так оскорблять своего Императора?! – после секундного промедления взвился скекВар. – Сир, прикажете мне…       Не удостоив ответом ни верного Генерала, ни растерявшуюся правительницу гелфлингов, ни неудачливого певца, скекСо, подхватив полы богато расшитого черного платья, стремительно зашагал к выходу. После того, как он покинул зал, гелфлинги из очереди начали перешёптываться. Десятки взглядов устремились на певца. Послышались недовольные возгласы:       – Какой позор!       – Даже инструмент не потрудился настроить!       – Навлечёшь беду на весь клан!       СкекВар колебался. С одной стороны он хотел последовать за своим Императором, убедиться, всё ли в порядке, но с другой… С другой скекСо не давал ему разрешения покидать тронный зал. И не отдавал приказа останавливать церемонию. Что ж, похоже, его прямая обязанность сейчас – довести начатое до конца.       – Это подношение не достойно… – начала Все-Мадра, но тут же замолкла, когда Генерал решительно занял императорский трон.       – Следующий! – рявкнул скекВар. – А ты, – он покосился на изрядно побледневшего певца и фыркнул. – Марш отсюда, чтоб я тебя больше здесь не видел. Никогда. ***       Длинные полы черных одежд волочились за Императором по промерзшей брусчатке улиц Ха’рара. Заледеневший камень неприятно холодил босые ступни и хвост, но скексисы не носили обуви. Когда-то на заре Империи Орнаменталист с гордостью представил скекСо своё новое изобретение – высокие платформы, вставая на которые можно было защитить ноги от мозолей и временно увеличить свой рост. Передвигаться на них не казалось сложной задачей – скекЭкт к тому времени уже опробовал похожие на себе и освоил этот навык в совершенстве. Только вот… пока сам скекСо гордо дефилировал на них по Замку, произошло беспрецедентное. Он споткнулся, подвернул ногу и совершенно унизительно грохнулся на пол, сломав лодыжку. Благо, в тот самый момент вокруг не было никого из скексисов, а через несколько минут в коридоре так удачно появился верный скекВар – ползти до лаборатории самому было бы ещё унизительнее, чем падать. Но с тех пор больше ни один из Лордов Кристалла не надевал платформ, а Орнаменталист никогда не упоминал обувь.       Гелфлингов на улицах не было. Смеркалось. Возвращаться во дворец скекСо желанием не горел. Рассудив, что бродить и дальше, да ещё и в ночи, ему вообще-то не по статусу, Император осмотрелся и зацепился взглядом за заведение, похожее на кабак. Впрочем, может, и не кабак, а что-то уровнем повыше, но долго раздумывать всё равно не было смысла: это столица самого богатого гелфлингского клана, ничего лучше Ха’рар предложить просто не мог.       Входя, ему пришлось пригнуться, но благо, потолки внутри были не настолько низкими, чтобы его корона-полумесяц острым металлическим краем царапала свод. В ноздри ударил запах вина. Разговоры стихли. Под удивлёнными взглядами пары десятков гелфлингов скекСо с толикой презрения во взоре прошествовал к столику в самом конце зала. Приподнял полы одеяний и сел. Скамейка, не рассчитанная на вес скексиса, жалобно скрипнула. Присутствующие смотрели на него с благоговейным трепетом, ожидая его дальнейших действий.       – Все вон, – бросил Император. Не хватало ещё делить пространство с чернью. Снова.       Посетители потянулись на выход. Последним собирался удалиться вышедший из-за стойки светловолосый гелфлинг, но он был остановлен взмахом императорской руки. Идиот. Кто наливать-то будет?       – Чем могу услужить, мой Лорд? – сконфуженно поинтересовался вапранец, явно нервничая.       – Какова максимальная выдержка здешнего вина? – сразу перешёл к делу скекСо. Гелфлинга этот вопрос, похоже, поставил в тупик. Он замешкался. Император закатил глаза.       – Двадцать… Тридцать трайн, – наконец отозвался гелфлинг, похоже, досчитав что-то в уме.       Император поморщился. СкекАюк выдерживал вина хотя бы по полстолетия, но как правило дольше. Однако выбора у него, похоже, сейчас особо не было. А потому он вновь махнул рукой и произнёс краткое:       – Неси. ***       – …И потом они начинают петь… И каждый раз очевидно: они просто не хотят отдавать налог чем-то хоть сколько-нибудь ценным, а это единственный способ… Я не могу им запретить, чернь это знает, и каждый раз одно и то же… – пожаловался скекСо прислуживающему ему вапранцу после третьей бутылки.       – Может вам просто… вежливо попросить так больше не делать? – осторожно предложил гелфлинг. Ему ещё ни разу в жизни не выпадало чести лично разговаривать с Лордом Кристалла, и не просто Лордом – самим Императором, поэтому он отчаянно пытался не сплоховать, поддерживая беседу, как мог. Что было не так сложно: уже после первой бутылки властитель всея Тра резко стал намного более дружелюбен и словоохотлив.       – Император никогда не просит, – возразил скекСо, осушая кубок. – Собирать подать – обязанность Сборщицы, но в этот трайн я сделал исключение для клана Вапра.       – Это очень великодушно с вашей стороны, мы навсегда запомним вашу доброту.       – Да… Да-да, – едко протянул Император, тонкими пальцами подтолкнув пустой кубок в сторону гелфлинга. Тот, поняв намёк правильно, тут же наполнил его вином.       «Навсегда запомним».       СкекСо усмехнулся. Память низшей расы ещё короче, чем их жизнь. Ничего они не запомнят. Неблагодарные.       В проёме на другом конце зала вдруг показался знакомый массивный силуэт.       – О-о-о, Генерал! – радостно воскликнул Император, наблюдая, как скекВар, пригнувшись недостаточно низко, ударился о дверной косяк головой, после чего сердито фыркнул. Подойдя к столику, он втянул клювом воздух. Запах его возлюбленного плотно смешался с запахом алкоголя. Понятно.       – Что лицо такое сложное? – спросил скекСо, а потом пьяно рассмеялся. – Расслабься, Генерал, – он схватил наполненный кубок и протянул скекВару, но его движения были раскоординированы, а потому большая часть вина выплеснулась на стол. И на скекВара.       – Сир, вам пора… – начал было он, но Император перебил его:       – Куда? Неужели церемония всё ещё идёт?       – Церемония закончилась. Я её отсидел.       – Не говори глупостей, ты не отсидел, это скекНа отсидел! – тут скекСо вновь залился хохотом. СкекНа в данный момент мотал очередной срок за очередной проступок в темнице Замка Кристалла. Это было его привычное состояние. Другие скексисы тоже уже перестали этому удивляться.       СкекВар бросил недобрый взгляд на светловолосого вапранца с бутылкой в руках. Тот съёжился.       – Нам пора, – настойчиво повторил Генерал, а затем, аккуратно взяв своего единственного за плечи, поставил на ноги. Его прекрасного Императора шатало.       – Не-е-ет, давай танцевать! – скекСо потянулся руками к плечам скекВара, но начал терять равновесие и неминуемо упал бы, если бы Генерал не поймал его. СкекВар покачал головой. Он сам, к слову, танцевать не умел, что не мешало ему изображать какие-то движения рядом с Императором, когда требовалось. Император всегда вёл в их паре. Он вообще считался одним из самых умелых в этом деле скексисов. Он, Орнаменталист и так ненавистный скекВару Камергер. Но сейчас, когда его возлюбленный едва стоял на ногах, о его танцевальных навыках говорить не приходилось.       – О-о-о, – протянул скекСо, после того как скекВар подхватил его. В его льдисто-голубых глазах плескалось веселье, но теперь добавилось что-то ещё… Ну как, «что-то»… Известно, что. – Здесь как-то душно стало, не находишь? – промурлыкал Император, его изящные пальцы коснулись застежки его платья у воротника. Поняв, к чему всё идёт, Генерал мягко перехватил его кисть.       – Не надо. Мы сейчас пойдём на улицу, вы замёрзнете, – вообще-то он надеялся, что свежий воздух немного остудит пыл его возлюбленного. Сейчас было не место и не время.       – Вот как…       – Вот так, – тут Генерал, вспомнив о чем-то, резко повернулся к гелфлингу. Тот вздрогнул. – А ты. Забудешь обо всём, что видел и слышал здесь сегодня. Если не хочешь последствий.       – Да-а, это государственная тайна, – неожиданно подключился скекСо. – Иначе мне придётся тебя… как ты там сказал? Вежливо попросить так больше не делать! – он хищно ухмыльнулся.       – Я не подведу вас, Лорды! – спешно заверил вапранец и низко поклонился. СкекВар больше не удостоил его ни единым взглядом, он подхватил своего Императора на руки и покинул заведение.       Морозный воздух ничуть не протрезвил скекСо, он водил пальцами по лицу скекВара, то и дело норовя залезть ему под шарф или шлем. Сделать это было сложно, но Император не отчаивался.       – Когда придём, давай…       – Нет, мы не будем.       – Почему?       – Вы пьяны.       СкекСо не сдавался. От избытка алкоголя он начал мешать слова гелфлингского с их родным языком, а вскоре и совсем перешёл на скексисный, воркуя что-то полуразборчивое в ушное отверстие Генерала. А скекВар… СкекВар никогда не отказывал своему единственному. Никогда за исключением вот таких вот случаев. Что с того, что они регулярно делили ложе в течение последних столетий? Император сейчас собой не владел. Пользоваться его слабостью было бы низко.       Генерал и без того знал, что скекСо пожалеет об этом вечере. Пожалеет, что напился даже не в окружении своих собратьев, а при представителе низшей расы… Возможно, пожалеет, что ушёл с церемонии. Но это будет завтра. А пока что... СкекВар опустил взгляд на возлюбленного, который пару минут назад провалился в сон, прильнув к его широкой груди. Пока что пусть отдыхает. А завтра…       Завтра будет завтра.