Глава 2

Киара

—Либо у нас слишком разные вкусы… Либо ты просто слепая.       Я смотрела на этого парня в отчаянной попытке понять, что в нем нашла Люсия. Он стоял у машины вместе с друзьями, активно махался руками, в одной из которых уже тлел фильтр сигареты. Потом парень плюнул в сторону и вытер локтем лицо. Меня чуть не стошнило.       А потом я перевела взгляд на свою шикарную подругу. Длинноногая брюнетка с большими карими глазами, как у бемби, с прекрасной фигурой и хорошим чувством стиля. Она словно сошла с обложки журнала. Может он её приворожил? —Ты посмотри на это недоразумение. На него же без слез не взглянуть, —пыталась я вразумить подругу. —Ты не понимаешь,—мечтательно сказала она.—Это он на людях такой, а когда рядом только мы… —Да-да, твой мозг отключается напрочь и бла-бла,—перебила её я. —Поступай как знаешь, я же не могу тебя связать и бросить в подвал… Хотя идея вполне мне нравится. —Ой, заткнись.       Люсия обиженно пихнула меня локтем и пошла дальше по улице, пока я следовала за ней. Было тяжело, обиженная Люсия вдруг всегда становилась жутко быстрой. —Куда там приедет наше такси?—спросила подруга. —Попросил ждать на этой парковке у входа в здание,—ответила я и ещё раз пересмотрела сообщение от водителя, убеждаясь в своих словах.       Мы остановились у входа в офисное здание. Я хорошо его знала, ведь здесь работал мой отец главным бухгалтером. Я по привычке отсчитала пять этажей и посмотрела на нужное окно. Там был кабинет папы. Я часто так делала в детстве, когда ждала его с работы вместе с учительницей.       Она забирала меня со школы и приводила сюда. Мы ждали пятнадцать минут, рабочий день папы заканчивался. Он выглядывал в окно и махал рукой, а после спускался и забирал меня. По четвергам мы заходили в любимое кафе по дороге и ели мороженное, а потом уставшие, но довольные шли домой.       Мама умерла, когда мне было семь лет. Не смотря на то, что это уже более менее осознанный возраст, я почти её не помнила. В целом, я вообще мало что помню до девяти лет. Так, наверное, было даже лучше, ведь малейшие напоминания о ней всегда вызывали грусть.       Папа растил меня один. Не смотря на то, что много работал, он всегда находил время на меня. Папа подарил мне хорошее детство, лучшее образование и отцовскую любовь, и я безмерно любила его в ответ. —Я просил сделать это ещё вчера…       Услышав мужской голос, я обернулась. У машины стоял высокий крепкий мужчина в смокинге. Его тёмные брови выдавали то, что он был зол, хотя внешне казался спокоен. Задумавшись, я стала его рассматривать. У него были широкие, могучие плечи, сильные руки. Он возвышался словно скала над молодым парнем, стоящим рядом с ним, из-за довольного приличного роста. Я была в нескольких метрах от него, но все равно почувствовала эту сильную мужскую энергию. Я, конечно, люблю таких мужчин, но этот вызывал во мне табун мурашек от накатившего страха, словно его леденящий голос сейчас был направлен на меня. —Ты уволен.       Сказал, как отрезал. Парень даже не смел оспорить это решение. Его плечи расстроенно опустились, а взгляд направился в сторону.       Мужчина, садясь в машину, на секунду обернулся, сталкиваясь со мной взглядом, а после не найдя ничего примечательного, отвернулся. Он сел в машину и уехал, а я застыла. Меня словно током прошибло. Надеюсь, мы больше не встретимся. —Ты где витаешь?—спросила Люсия и дернула меня за плечо.—База, ответьте! —Да я просто задумалась,—отмахнулась я и, разблокировав телефон, посмотрела на экран.—Ой, такси уже две минуты ждёт.       Взглядом найдя нужную машину и сверив номера, я потянула подругу к ней. Мы сели на заднее сидение и отвернулись к окнам. Наверняка Люсия сейчас думала про того, прости Господи, парня. Язык не поворачивается его так называть даже в мыслях. Но сделать уже ничего нельзя, если Люсия поплыла, то сам Господь её вряд ли остановит. Мне стоит поставить свечку в церкви, мало ли прокатит.       Расплатившись за такси, мы вошли в многоэтажное жилое здание. В лифте как обычно играла легкая музыка, от которой меня уже начинало треггерить — слишком уж много было её, учитывая, что репертуар не меняется. Как-то раз я застряла в лифте на три часа и задолбалась её слушать.       В квартире пахло чем-то вкусным. Сняв обувь, я тут же с интересом пошла на кухню и нашла записку на столе. «Приятного аппетита вам с Люсией»       Рядом с запиской на большой тарелке лежали булочки с корицей. Я безумно любила, когда он их делал. Папа никогда не показывал рецепт, называя его секретным, делал всегда сам и не давал мне даже посмотреть. Со временем я перестала пытаться узнать эту маленькую тайну и смирилась. —Как раз к чаю,—с улыбкой сказала я и показала записку подошедшей подруге. —Это те самые булочки, которые по твоим словам ни один магазин сделать не сможет?—с каждым словом улыбка Люсии становилась все шире. —Именно,—подтвердила я.       Поставив чайник, я приготовила две кружки, засыпала туда сахар и закинула чайные заварки. —Какой фильм будем смотреть?—уточнила Люсия, садясь за стол. —Не знаю, что первое попадётся,—ответила я.       Сходив в свою комнату, я взяла планшет и вернулась на кухню. Ткнув пальцем в первый фильм, выскочивший в поисковике, я поставила планшет на подставку и села рядом с подругой.       Ещё на титрах я услышала всхлипы и повернулась к Люсие. В её глазах стояли слезы, а губы дрожали. —Как я теперь без тебя буду?—спросила она и крепко меня обняла. —Ну ты чего, я же не на другую планету переезжаю, а всего лишь в Лондон,—сказала я, а глаза стало щипать от слез. —Мы будем разговаривать по видеосвязи, переписываться. Я буду приезжать. —Мы с тобой с детства в одной школе, потом в одном университете, в одной комнате общежития. Ты же мне как сестра.       Люсия была мне ближе всех, помимо отца. Мы действительно везде были вместе, многие нас по отдельности даже не воспринимали. Поэтому я не особо хотела переезжать в Лондон.       Мы закончили университет в Вашингтоне месяц назад. Когда приехали сюда, в Нью-Йорк, папа сообщил, что собирается переехать в Лондон и забрать меня с собой. Там он нашёл мне хорошее место для стажировки, а себе работу. Подготовил жилье и все необходимое. Это была наша маленькая мечта — не просто посетить другую страну, а переехать туда. —Ты мне тоже как сестра,—проговорила я и улыбнулась, взяв лицо подруги в свои руки.—И это не изменит даже тысячи километров и океан.       Люсия ещё сильнее всхлипнула и крепче обняла меня. Сердце разрывалось на сотни осколков от её разбитого голоса и море слез.       Билеты на самолёт у нас были через неделю. За сегодняшний вечер я должна собрать большую часть вещей, которые мы отправим в Лондон. —Хотела бы я еще побыть с тобой,—проговорила Люсия спустя минут тридцать. Она уже более менее успокоилась, вытерла мокрые щеки и посмотрела на меня расстроенным взглядом. —Помочь тебе собрать вещи. —Я все понимаю, тебе нужно ехать,—кивнула я и шмыгнула носом. —Давай просто досмотрим фильм под чай и папины булочки.       Люсия кивнула и села ровнее. Я залила кипяток в чашки и через тридцать секунд поставила их на стол.

***

      Люсия ушла спустя два часа. Заплаканная и поникшая, она крепко обняла меня на прощание и быстро покинула квартиру, чтобы не заплакать сильнее. Мы не любили долгие прощания, которые бы с каждой минутой превращались в море слез.       Я пошла в свою комнату и начала складывать вещи в коробку. Слезы настойчиво просились, но я держалась. Это всего лишь другой город...и страна… и континент.       Входная дверь хлопнула, а я заинтересованно выглянула из комнаты, видя папу. —Ты на два часа раньше, чем обычно,—удивлённо сказала я. –Всё в порядке?       Папа провел рукой по коротким волосам и глубоко вздохнул. Он был разбит и выглядел так, словно сейчас ему предстоит сказать что-то тяжёлое. —Нам нужно серьёзно поговорить, Киара.       Он прошёл ко мне в комнату и сел на кровать. Я внимательно на него смотрела, ожидая продолжения. Он редко называл меня по имени, а когда называл, то предстоял трудный разговор. —Говори.       Я села рядом с ним и мягко положила руку поверх его. Папа посмотрел на меня взглядом, полным слез и боли. Сердце екнуло в ужасном предчувствии. —Я так не хотел втягивать тебя в это, но выбора нет. Компания, в которой я работаю… я не просто бухгалтер, Киара. Я веду тайные счета, чёрную бухгалтерию. Наш с тобой переезд был запланирован не просто так. Я хотел сбежать, забрав тебя с собой. Жить спокойно и мирно, чтобы не бояться, что когда-нибудь за мной или тобой придут. —Это ведь не все?—уточнила я, тяжело сглотнув. Мне не верилось, что мой отец, всегда добрый и отзывчивый, участвовал в этом. Я бы подумала, что это шутка, не будь он так серьёзен. —Шейн Мосс, глава компании, узнал об этом. Это жестокий человек, Киара. Он никогда такого не прощает и не спустит с рук. Но тем не менее он человек слова. Шейн сказал, что если я приведу тебя, то с ним тебе ничего не будет грозить, пока я делаю свою работу. Но если я не приведу тебя до шести вечера к нему в компанию, то он лично придёт тебя убить, а меня оставит живым. Это его самый жестокий урок, который он преподаёт провинившимся.       Землю выбило из-под ног, а дышать я и во все перестала. Сидеть не было сил, я встала и начала расхаживать по комнате в попытке успокоить чрезмерно бьющееся сердце. Паника захватывала каждый миллиметр моего тела, а кончики пальцев и вовсе перестали ощущаться. Страх. Животный страх захватил меня. —Если я не приду к нему сама, он убьёт меня...—голос дрожал от осознания того, что я только что произнесла. —Прости меня, принцесса, —папа не выдержал, по его щекам потекли слезы. Он подошёл ко мне и крепко обнял, прислонившись губами к макушке. —Я не хотел, чтобы с тобой что-то случилось, как с твоей мамой. Хотел дать тебе самое лучшее, что только мог. Но тогда, пятнадцать лет назад, я не мог даже предположить, что все так обернётся.       У меня не было слов. Слезы текли водопадом, пока я цеплялась за папу как за спасательный круг. Я не хотела идти к незнакомому мужику, не хотела губить всю свою жизнь и находиться в плену чужих стен. Ровно так же, как не хотела умирать и причинять этим боль папе. Он потерял маму, не представляю, что с ним будет, если потеряет меня из-за себя же. Но страх перед этим Шейном брал верх над разумом. Где я буду? Как он будет со мной обращаться? Что вообще будет дальше? —Сбежать мы не можем?—уточнила я с надеждой. —Уже нет, —сказал папа, а меня словно током ударило и парализовало. —Я готовил наш переезд в Лондон год, медленно и аккуратно делал все, купил поддельные документы. Теперь их копии есть у Шейна, нам не с чем уезжать. Под своими именами он быстро нас отыщет, у него слишком много связей. —Он точно меня не обидит?       От сказанных слов меня захватило отчаяние вперемешку с ужасом. —Я буду делать все, что он попросит. Поэтому не обидит. Каким бы ужасным он не был, но Шейн всегда держит ответственность за свои слова.       Голос папы был непривычно тихим и измученным. Надеюсь, он сам верил в эти слова, потому что я хочу сама в это верить. —Тогда у нас есть еще несколько часов, чтобы провести спокойно время вместе,—проговорила я, пустым взглядом глядя в стену и понимая, что с этого момента моя жизнь пошла по чёрной полосе и неизвестно, будет ли ей конец.