Часть 1

— Тина. Раздался голос у входа в маленький домик. Девушка отвлеклась от телефона сразу же обратив внимание на вошедшего молодого человека. Она расплылась в самой сладкой улыбке заблокировав мобильное устройство. Отложив его на деревянный пол, она встала с сеновала, прыгая на руки к Дану. Обхватив торс Балана Тина чмокнула его. Молодой человек крепко прижал к себе девушку, немного покачивая на руках. Она не ожидала, что он придет. Она не думала, что после того времени, что между ними ничего не было, он найдет её и придет к ней. Что он будет рядом с ней. Простит или сделает вид. Соскучилась. Она соскучилась. Ей так приятно быть рядом. — Ты холодный. Кароль поморщилась, немного отстраняясь. Опуская её на ноги, Дан захлопнул дверь, разворачиваясь к девушке, чуть наклонив голову к плечу. Его почерневшие глаза прожигали Тину. Она повторила за мужчиной наклоняя голову к плечу, облизнув нижнюю губу. Её пальцы нервно, хотя скорее волнительно или даже возбужденно перебирали край клетчатого пальто. — Зачем пришел? Закусив губу смущенно спросила девушка своего коллегу. Она не знала куда себя деть от такого пристального взгляда молодого молдаванина. Дан же непонимающе уставился на нее, принимая правила игры. — Ты одна, зовешь кого-то на сеновал, как же я могу бросить свою коллегу, вдруг придет кто-то плохой. Кажется, должен был прийти Антон, судя по-твоему инстаграмму, но второй был я, поэтому и пришел. Ответил молодой человек проходя ближе к стогу сена. Опустившись на него, Дан аккуратно потянул за пальто, стоящую возле него девушку. Присев на край, она через плечо посмотрела на мужчину. На её (?) мужчину. В его карих глазах ничего не отражалось, словно он пришел по-дружески, просто пришел, чтобы…чтобы что? — Думала, ты уехал. Проговорила Тина, бегая глазами по его лицу. Её безумно тянуло к нему, так хотелось придвинуться ещё ближе. Она так скучала, так хотела, чтобы именно он пришел. И он пришел. Он рядом. Так давно не было его внимания, прикосновений. Любви. — Собирался. Коротко ответил он, садясь ровнее. — У меня осталось тут дело. Чуть тише проговорил Дан, смотря на девушку, которая была непозволительно близко сейчас. Губы Тины соблазнительно были приоткрыты, а в глазах был тот приятный, заинтересованный блеск. Ей было интересно, слишком интересно, что же заставило Дана остаться в Карпатах, когда вся команда уехала в Киев. — Точнее даже оно ещё осталось с 2020 года. Интриговал дальше мужчина. Тина повела плечом, отстраняясь от него. Опустив голову на свои скрепленные пальцы, она тяжело вздохнула, понимая, что, наверное, тут отдыхает его девушка или пока не его девушка. Или другой дорогой человек, дороже чем Тина, чем их моменты и флирт. — И какое же? Тихо и неожиданно, даже для самой себя поинтересовалась Кароль. Она перевела чуть боязливый взгляд на Дана, который был как всегда спокоен и неотразим. Хотя сердце начинает биться с каждой секундой все быстрее. Девушка боялась ответа, боялась, что надежда, что давали комментарии под её постом о том, что Дан в Карпатах, станет миражом или сном, самым сладким сном, который она хочет видеть каждую ночь. — Тебе правда интересно? Придвинувшись ближе спросил молодой человек, аккуратно повернув её лицо к себе. Она смотрела то в его глаза, то на губы молодого человека. В ушах обоих было слышно собственное сердцебиение. Это то, что они ждали два года, это то, что снилось обоим, это тот флирт, что стал важнее всего остального, это те эмоции и желания, что завязывались где-то крепким узлом внизу живота, та мотивация и влюблённость, что сводила с ума и дарила им незабываемые мгновения. Тина ни раз представляла, как их флирт зайдет непозволительно далеко, Дан же был уверен, что ничего больше не будет, что она не подпустит его ближе телекамер, поэтому наслаждался тем, что было выгодно им для шоу, но в душе засыпал с мыслью, что однажды все изменится и она позвонит не только для того, чтобы обсудить как петь в один микрофон, а поел ли он тот салат, что она оставила ему на обед. — Ты даже от голоса отказался. Вдруг вспомнила девушка, как обиделась на своего коллегу, когда тот наотрез отказался возвращаться в кресло. Непонимающе тогда смотря на него, Тина поругалась с молодым человеком, послал его обратно на родину, столько слов было сказано в пустую, лишь бы задеть, лишь бы он почувствовал ту обиду и досаду Тины. Не брала трубку, не отвечала на сообщения, игнорировала даже при случайной встрече. А он потом пропал, ушёл из её жизни, как она и хотела. Когда она поняла, что соскучилась, гордость не позволила ему написать. — Играть больше не с кем? Усмехнулся молодой человек, тут же замечая, как беззвучно открывается её рот, а потом самый растерянный взгляд, который он когда-либо видел. Убрав руки от её лица, он сел ровно, осматривая помещение, в котором они находились, делая вид, что он не видит растерянность девушки. Тина глубоко вздохнула, «мучая» свои пальцы. В ней сейчас боролись самые разные чувства, но самое главное, это боль, что все это время, Дан думал, что она играет им, что она вовсе не любит его. Неважно, что об этом говорят фанаты, коллеги или посторонние. Важно лишь то, что её любимый человек не верит ей, все это время считая ответные действия лишь для рейтинга. Тине было невероятно сложно открываться, но неужели он не видит эту теплоту, которую она дарит всем, потому что её сердце влюбилась в этого молдаванина. — Дан, ты идиот? Уверенно спросила девушка, резко подняв голову на молодого человека, который до сих пор делал вид, что изучает помещение. Тот сдвинув брови переводя взгляд на любимую (?). Минуту, если не больше, они испепеляли друг друга взглядом. Сердце Тины в какой-то момент попрощалось бы с ней от волнения, от приятного онемения кончиков пальцев, от головокружения, от того, что уже долгое время, она перестала дышать, не разрывая связь с мужчиной. Она до последнего боролась с собой, до последнего пыталась сдержать их в рамках коллег, друзей, но это сильнее её, любовь, сильнее всех сплетен, всех слов, желтых статей, чужих мнений, принципов и прочего «чужого». Они хотят. Они любят. Наперекор всему и всем. Это сильнее всего. Сильнее разума и сильнее времени. Тина облизала губы и резко сокращая между ними расстояние, села ему на колени. Не дав опомниться молодому человеку, она впилась в его губы требовательным поцелуем, прижимаясь всем телом к груди, поднимаясь на коленях, запуская пальцы в его черные как смоль волосы. Оставив без ответа все вопросы, которые её разум крутил все это время, оставив здравый смысл, доводы и рассуждения. Она любила, любила сильно, преданно и со всей душой. Это было единственное, о чем она мечтала. Чувствовать его привкус на губах, ощущать его одеколон, его сильные руки, видеть его светящиеся любовью глаза. Быть его от макушки до кончиков пальцев. Отдать ему свое сердце и забрать его себе. Дан охотно ответил на поцелуй, чуть отстраняя девушку от себя. На что та недовольно протянула сквозь поцелуй, ещё теснее пододвигаясь к мужчине. — Глупенька. Разорвав поцелуй прошептал Дан ей в губы. Просунув руки между ними, он дрожащими от возбуждения пальцами расстегнул пуговицы на пальто, запуская руки ей под кофту. — Ох. Выдохнула девушка, покрываясь мурашками. Прильнув к его губам, они упали в сено, громко засмеявшись. Дан, крепко прижал её к себе, не отпуская её губы. Так долго, два года, два года они хотели чувствовать губы друг друга, но никто-никто из них не позволял себе ничего больше, кроме их фанатов. А сейчас, сбывались мечты. Сейчас они не могли насладиться прикосновениями, поцелуями, вниманием и счастьем, что опьяняло их с каждой секундой все больше. — Дан. Томно прошептала Тина, отстраняясь от него. Оперевшись на его плечи руками, девушка отстранилась. Её волосы спадали на лицо, скрывая легкий румянец. Грудь вздымалась, а дыхание было сбито, а взгляд затуманен. Приятное тепло разливалось по её телу, словно она только что выпила что-то алкогольное, опьянев в момент. Но она пьяна. Пьяна, так, как никогда, она влюблена до мурашек, до опьянения и дрожи в него. В человека, который сейчас лежит и смотрит на нее самыми влюбленными глазами. Она так мечтала ощутить его губы, самые родные губы, что раньше только касались её щеки, макушки или уголка губ. — Что малыш? Тяжело дыша поинтересовался молодой человек, поглаживая её теплую кожу, холодными пальцами. Она сводила его с ума, заставляла совершать безумные поступки. Бывает такое, что ты сходишь с ума от прикосновений другого человека, будто бы это было единственное, что ему не хватало в жизни. — А какие у тебя тут дела? Спросила Тина, садясь ровнее на нем. Собрав волосы в хвост, что мешали им целоваться, девушка улыбнулась. Дан поднялся, оставляя короткий поцелуй на её губах. — Да у меня тут девушка любимая, хочу побыть с ней, признаться в чувствах. Пожал он плечами, замечая, как улыбка сползает с лица Тины, а в глазах моментально собирается соленая жидкость. Она судорожно попыталась встать с его колен, умоляя себя не разрыдаться при нем. Да, она позволила себе чуть больше, чем, когда либо, и заставила молодого человека потерять с ней голову, когда где-то его любимая девушка. — Дан, прости, я, прости… Вскочив на ноги, она судорожно застегивала пальто, не понимая, почему молния не поддается её похолодевшим от волнения пальцам. — Кароль, ты дура? Спокойно спросил Дан, наблюдая, как девушка оставила наконец-то в покое молнию и уставилась на молодого человека. Балан просто сидел на сеновале и смотрела на потерянную девушку, которая как вкопанная остановилась. — Ты каждый раз будешь сбегать после моего концерта? или после очередных статей в Инстаграмме или после комментариев? Тин. Он встал, подходя к девушке ближе, заключая её в объятия. Она уткнулась носиком в его грудь, тяжело вздохнув. Ничего не понимая, Тина продолжила молчать. — Тина Кароль. Начал молдаванин, подняв её лицо аккуратно за подбородок. — Я Вас люблю с самой первой секундой, никогда и не за что не оставлю. Не представляю жизни без тебя, не хочу доказывать никому и ничего, кроме тебя. Тина, люблю, хочу каждый день радовать тебя, доказывать свои чувства, хочу всегда быть рядом и видеть эти блестящие глаза, Тина. Ты для меня стала солнцем, Тина. Не хочу быть на голосе объектом достояния, не хочу, чтобы обсуждали нашу постельную жизнь, не хочу, чтобы все видели нашу любовь, а не наше творчество. Тина, солнце, не могу видеть, как тебя обнимают другие, поэтому я отказался, чтобы не рвать себе душу. Смотря в её глаза говорил путанно Дан, убирая текущие по щекам слезы девушки. Стерев слезинку с её щеки, он оставил там короткий поцелуй. Сильнее прижав её к себе, словно это была последняя их встреча. Словно, она его воздух, последний вздох, последняя жизнь. И необходимость. — Дан. Она не успела ничего сказать, как Дан, отстранился и подняв соломинку, встал на одно колено. Тина беззвучно открыла рот, наблюдая за действиями молодого человека. Её нижняя губа была искусана в кровь, а ледяные руки дрожали от волнения, что распространилось по всему телу. — Дай руку, пожалуйста. Улыбнувшись попросил Балан. Протянув ему, она будто бы с ней отдавала своё сердце. Взяв её маленькую и нежную руку, он оставил поцелуй на каждом пальчике, заставляя её, хотя может уже и его, своё сердце биться с невероятной силой. Она так влюблена, она так ждала, ждала именно этих бабочек, именно эту сказку именно это чувство, что заставляет её душу наслаждаться. Вернувшись к безымянному пальцу, Дан завязал соломинку, на несколько узелков, словно это маленький бриллиант. — Тина, нет, Таня, Таня Либерман, я люблю тебя.