...пойдёт дождь?

Дождь, не трожь мою любовь Я спрятал далеко, ты не найдёшь О чем же ты молчишь? О чем поёшь, дождь? @песня Дождь - Алёна Швец Дождь стучал по стеклам офиса, создавая монотонный ритм, который одновременно убаюкивал и угнетал. Каждая тяжелая капля, падая на стекло, оставляла за собой мокрые следы, словно слезы, вытираемые с лица города, который, казалось, плачет о чем-то давно ушедшем. За пределами серого стекла мир выглядел размытым и неясным, как будто все краски были смыты с поверхности, оставив лишь блеклые оттенки серого. В такие моменты даже яркие огни улицы терялись в этой пелене дождя, как будто они тоже были охвачены меланхолией. Бьякуя Тогами сидел за одним из многочисленных офисных столов, его взгляд был устремлен в окно, а на лице застыло отстраненное выражение. Обычно погода на улице была переменчивой: то пасмурной, то солнечной, но дожди такого масштаба случались крайне редко. У Феликса явно был не самый лучший эпизод жизни, но Бьякуя был к этому безразличен в какой-то степени. — Эмм... Бьякуя? — раздался голос сбоку, прерывая его размышления. Он обернулся и увидел Дина, своего помощника. Конечно же, это был он — другого и быть не могло. — Что? — отозвался Тогами, его голос звучал ровно, но в нем чувствовалась легкая усталость. — Ничего особенного, прости, если отвлекаю от чего-то, но... Этот дождь так и должен лить? Мы... ээ... Нам нужно что-нибудь сделать? — Дин выглядел немного обеспокоенным, его глаза искали ответ на вопрос, который, казалось, не имел смысла в этом бесконечном потоке воды. Бьякуя вздохнул, его мысли ускользали от него, как капли дождя по стеклу. Какие грехи он совершил в прошлой жизни, что ему на голову свалился этот помощник? Если у хранителей вообще есть прошлые жизни, он бы задался вопросом, за какие такие заслуги его сделали хранителем, запертым в офисе, в окружении серых стен и бесконечныз кабинетов. — Ничего страшного. Это просто дождь, — произнес он, стараясь придать своему голосу уверенность. В другой день Тогами, возможно, послал бы его куда подальше с расспросами, но звук дождя действовал успокаивающе. Он словно убаюкивал его, позволяя на мгновение забыть о рутине. В этом бесконечном стуке капель он находил своеобразный ритм, который помогал ему оставаться на плаву в этом бурном море мыслей и эмоций. Бьякуя вышел из своих мыслей и встал из-за стола, его фигура, словно вырезанная из камня, выделялась на фоне серых стен офиса. Он потянулся, чувствуя, как напряжение покидает его плечи, и с решимостью направился к двери. Надо бы проверить, как там Феликс. Что-что, а Бьякуя не собирался умирать сегодня. — Ты хочешь его проверить? Можно с тобой? — раздался голос Дина, полный искреннего беспокойства. Не успел Тогами ответить, как за окном громыхнул гром, раскатистый и угрожающий, словно предвестник чего-то ужасного. Дин, испуганно вздрогнув, вжался в Бьякую, как будто тот мог защитить его от бушующей стихии. — Что ты делаешь? — произнес он с укором, стараясь вернуть себе привычное самообладание. Бьякуя явно в негодовании оттолкнул Дина от себя, словно тот был причиной его смятения. Юноша чуть пошатнулся, но, к счастью, равновесие сохранил. Его глаза были полны тревоги, и это зрелище вызывало у Бьякуи смешанные чувства. — Прости... Просто оно так резко... — начал Дин. В его голосе можно было уловить дрожь от волнения, но он постарался вернуть прежний тон побыстрее. — Что это было вообще? На улице точно всё хорошо? Бьякуя, взглянув на него, осознал, что Дин, никогда не сталкивался с громом. Со времени как он тут появился грома ни разу не было. Да и дождя тоже. Неужели он боится? Как глупо, подумал Бьякуя, испытывая легкое раздражение. — Это просто гром. Нет причин для паники, — Голос Тогами звучал уверенно. Бьякуя вышел из офиса, его шаги были быстрыми и решительными, направляясь в комнату с экраном, где они могли бы посмотреть на мир глазами Феликса. Дин увязался за ним, его шаги были неуверенными, но он не отставал. Когда они вошли в комнату, Бьякуя включил экран, и его внимание сосредоточилось на изображении. Впрочем, состояние основы было не таким уж и плохим. Он вполне мог выйти из него сам или, если потребуется, попросить помощи у другой основы — той, что была крайне надоедливой и приставучей. Бьякуя старался не смотреть на Дина, зная, что тот все еще может быть напуган, его лицо выражало тревогу, а глаза искали уверенности. Но в глубине души Бьякуя понимал, что, возможно, ему стоит позволить себе быть более открытым, хотя бы на мгновение. Он начал испытывать вину за то, что оттолкнул Дина, хотя сам и не понимал, откуда взялись чувства такого рода. Это было новое и странное ощущение, которое заставляло его задумываться о том, как его действия влияют на окружающих. Он не привык заботиться о других, но сейчас это чувство становилось все более настойчивым. — Иди сюда, — произнес Бьякуя, стараясь сделать свой голос как можно более спокойным и уверенным. Он похлопал рядом с собой ладонью по дивану, приглашая Дина присоединиться к нему. Юноша, колеблясь, неуверенно сел на расстоянии вытянутой руки от него, его тело все еще напряжено, словно он ожидал новой вспышки грома. На улице все еще шел дождь, и каждый раскат грома заставлял его вздрагивать, но в этот раз Дин не вцеплялся в Бьякую, сжимая диван пальцами так, что они побелели. Бьякуя, наблюдая за Дином, вздохнул. Он понимал, что не может позволить этому страху продолжать овладевать помощником. Он медленно протянул руку и взял Дина за руку, чуть потянув на себя. Пальцы помощника были холодные. Дин легко поддался манипуляциям Тогами, и уже через секунду оказался сжат в неуверенных слабых объятьях. Словно в ответ на это движение, гром вновь прогремел за окном, но на этот раз Дин не испугался так сильно. Он просто прижался к Бьякуе, и в этом простом жесте было что-то успокаивающее. Дин все больше расслаблялся в объятиях Бьякуи, его напряженные мышцы постепенно отпускали, а дыхание становилось более ровным. Тогами осторожно провел рукой по волосам Дина, нежно гладя их, как будто успокаивая его внутренние страхи. Вскоре он заметил, как дыхание Дина стало медленным и спокойным, а его тело постепенно расслаблялось. С каждым новым раскатом грома, который звучал за окном, Бьякуя чувствовал, как страхи Дина утихают, уступая место умиротворению. Вскоре юноша, уставший от переживаний, начал дремать. Его голова медленно наклонилась, и он уютно устроился в руках Бьякуи, словно искал в нем защиту от всего мира. Когда Дин наконец уснул, Бьякуя почувствовал, как его сердце наполнилось нежностью. Он продолжал гладить его по волосам, наслаждаясь этим моментом близости. Внутри него возникло ощущение, что он не только защищает Дина, но и сам находит утешение в этой связи. Гром за окном стал звучать как далёкий эхо, а мир вокруг них постепенно растворился, оставив только их двоих в этом уютном пространстве.