Часть 1

У меня нет ничего, Но я бы отдал всё. Всё своё время, Чтобы потратить с тобой       Отличкица Эванс, неприступная и прекрасная. Кто бы знал — какая ты… Являешься ко мне такая дерзкая и манящая. Обольстительная…       Непомню, как всё завертелось, но почти каждый вечер заканчивается с тобой в кровати.       Мы были тайной, даже парни не знали. Вечера в библиотеке, переглядки на уроках и в Большом зале. Встречаясь с тобой взглядом, я даже улыбнуться боялся — знал, ты мне голову открутишь, если хоть кто-то хоть что-то заметит.       Мы сбегали ночью в Выручай-комнату или в пустующие классы, сидели на Астроноической или Северной башнях, продуваемые всеми ветрами, только вдвоём. Никто не знает, что мы здесь и не узнает.       Выяснилось, что ты куришь. Завороживая меня, когда клубы дыма выплывали из твоих губ. Вызывая мою улыбку, когда вытаскиваешь мои сигареты из кармана брюк.       И всё бы было ОК, но ещё до этого я смирился с поражением относительно тебя. По совету Бродяги начал встречаться с другой — Тори. И вроде как надо бы с ней порвать, но… Не знаю, ещё не порвал.       Сейчас Рождество, в Хогвартсе так классно. Парни разъехались, комната пустовало.       Немного зябко, окно неплотно закрыто. За окном такое чувство, что ноябрь промозгло и холодно, ветер свестил между рамами.       А мы лежим на полу, раздетые. Ты смотришь в потолок, не обращаешь на меня никакого внимания!       Я не отвожу глаз, красивая. Бледная кожа, медные волосы в разные стороны. Плавные линии. Как я люблю тебя, так давно люблю, так сильно.       Я цепляюсь взглядом за часы. Пора. Меня ждёт Тори, опять будет беззаботно щебитать, заставляя снова думать о твоей задумчивой молчаливости.       Я поднялся и начал одеваться. Ты приподнимаешься на локтях и следишь за мной взглядом.       — Что, Поттер, идёшь к своей девушке? — нахально спрашиваешь ты.       Эх, Эванс, если бы ты знала, как я хочу остаться, знала бы, как я люблю тебя… Люблю до бесконечности!       Ты подходишь к скоим джинсам и вытаскиваешь оттуда пачку сигарет, закуриваешь. Огонёк зажигалки освещает рыжим светом твоё лицо, и твои волосы, брови и ресницы стали казатся огненными. Ты выглядишь как самая настоящая ведьма, когда смотришь на меня исподлобья своими до-хуя-зелёными глазищами.       — Ты же не будешь читать мне лекции?       — Катись на хуй!       Ты выглядишь безразличной, но я то знаю этот возмущённый тон. Таким ты отчитывала меня всякий раз, когда я подкатывал к тебе. Может ли это значить, что тебе не похуй на меня, Эванс? Может ли это быть тон небезразличия?       Ты куришь, и не думая одеться. Как мне уйти, Эванс? Но если я не прийду сам, то Тори припрётся сюда.       Пора что-то делать! Завтра Рождество и я не хочу встречать его с Тори!       Мы с ней встретились, она слюнтяво поцеловала меня и начала что-то беспрестанно щебетать.       — Слушай, Тори, — резко прервал её я. — Мы расстаёмся.       Тори замолкла, вскочила, а затем опустилась на стул. Я не стал дожидаться её истерики и просто ушёл.       Можете считать меня подонком, но я сделал то, что должен был.       Я вернулся в башню. Тебя уже нет у меня в комнате, только след твоей помады на моей оставленной рубашке. Сука.       Мы встретились на ужине и я аккуратно поймал тебя за локоть после.       — Мы расстались, — сразу скзал я.       Ты лишь только поднимаешь бровь.       — Ты, — я немного нервничаю. — будешь, ну…       Ты целуешь меня, сжимая губы и проводя языкам по моему нёбу. Чувствую себя охуенно счастливым в этот момент. Обещаю, буду хорошим парнем!       Ты отстраняешься от меня и укащываешь вверх.       — Омела, — шепчешь ты ещё мне в губы, но уже в следующий момент. — Иди ты на хуй, Джеймс!       Сука! Это жестоко.       — Бессердечеая! А я ведь люлю тебя!       Ты не представляешь насколько сильно. До бесконечности!       А твои красивые ножки уже уносят тебя в противоположном от меня направлении.