Часть 1

После Абербаргойда Кардифф казался центром вселенной. После Лондона Кардифф кажется тем, чем является — небольшой столицей небольшого края. Лондон — воронка, которая затягивает двадцатилетнего валлийца с головой. Сияющие вершины, сверкающее дно — это как посмотреть. Для Люка Лондон одновременно и то, и другое. У него проблемы с ориентацией в пространстве и времени. Слишком много Лондона. У него проблемы даже с сексуальной ориентацией. Слишком много Боя Джорджа — и на сцене, и в жизни. В жизни Бой тоже фрик — но не такой, как его Ли Боуэри, и не такой, каким его играет Юэн Мортон. И его интерес к Люку не простирается дальше дружеских советов. Хотя Люк был бы не против. Слово «нет» он потерял где-то между Кардиффом и Лондоном — единственная утрата за эти годы. Хотя нет, еще и невинность. — Чуланы хороши для пауков, — говорит Бой, смывая сценический грим и нанося еще более яркий — повседневный. Говорит он так же ярко — широкими, точными мазками. Люк думает, что если и в постели Бой таков, то… Но он не интересует Боя. Наверное, для Боя он слишком «стрейт». — Где, как не в Лондоне, когда, как не в двадцать. Люку кажется, что Бой — это как Биг-Бэн и Тауэр… если их раскрасить и напялить нелепые блестящие крыши. — Абербаргойд — несуществующее место. Ты уверен, что родился именно там? Люк не уверен даже в собственном существовании. Определенно существует только Бой. Остальные факультативны. — Стоит иногда вынуть член изо рта, чтобы сказать то, что думаешь. Когда Люк дает интервью представителю «Адвоката», он думает о Бое и даже невольно использует его интонации. * * * Интервью Люка попадается на глаза Бою случайно. Он, конечно, помнит молодого актера, с которым работал в прошлом году. Он пробегает текст глазами и хохочет. — Лучше бы ты не вынимал член изо рта, Эванс, — роняет он, отбрасывая пролистанный журнал. Но через несколько минут тянется за ним снова и со странным удовольствием перечитывает скандальные строчки. Лондон выпрямляет людей. Джорджу ли О’Дауду этого не знать.