Дома...

***

Секунда. И их тела растворяются в пространстве. Секунда. И по пустому коридору пронёсся злой рык существа. Секунда. И он понял — без этой ведьмы ему не жить. Секунда. И они стоят в Большом зале, под сотней взглядов. Секунда. И зал взрывается сотней обеспокоенных голосов. Секунда. И к ним спешат профессора. Секунда. И из её горла вырвался хрип, когда она зацепилась рукой за предплечье Малфоя, чтобы не позволить себе упасть. Секунда. И крик «Гермиона» двух голосов, слившихся в один обеспокоенный шум, двое парней бегут со всех ног к своей подруге. Секунда. И мужской баритон «Драко» перекрывает обеспокоенные возгласы со стола Слизерина, парень, наплевав на приличия, перепрыгивает стол и несётся к окровавленной паре. — Мисс Грейнджер, мистер Малфой, как же так, — причитала МакГонагалл. — Вас же должны были перенести сегодня утром… — Драко, — Снейп проводил какие-то махинации палочкой, над Гермионой, только чудом остававшейся в сознании, обращаясь к крестнику. — Что с вами случилось? — На нас напали, — прохрипел слизеринец, опираясь на плечо подоспевшего Блейза. — Гермиона, — Гарри и Рон встали по обе руки Грейнджер, поддерживая и не давая упасть. — Поттер, Забини, Уизли, — голос профессора Снейпа перекрыл их обеспокоенные реплики. — В их состоянии трансгрессировать нельзя, поэтому, аккуратно ведите их в лазарет. Мадам Помфри предупреждена. Я наложил на них чары, кровь пока не будет вытекать, но советовал бы вам поторопиться, если вы не хотите лишиться друзей. — Драко, — голос Блейза слышится как сквозь вату. — Друг, потерпи, сейчас мы дойдём до лазарета, и там можешь падать, ладно? Потерпи, дружище… — Герми, сестрёнка, — голос Гарри доносился как из далека. — Пойдём, нам нужно довести тебя до лазарета, слышишь? Пытайся быть в сознании, родная. Ты же сильная… А в большом зале стояли несколько профессоров. А в большом зале сидел Дамблдор, которого впервые, за столько времени мучило чувство вины. — М-м-м, — болезненный стон. — Драко! — мгновенно подорвался Блейз, хватая колбу с зельем. — Пей! — приказ, и губы немного приоткрываются, понемногу глотая живительную влагу. — Отравить решил? — горло содрано. — О да, сразу же после того, как ты придёшь в себя, я тебя лично убью, — прошипел темноволосый слизеринец. Драко открыл глаза. Привычные стены больничного крыла. Привычная обстановка. Непривычно бледный Блейз. — Что с Грейнджер? — Она жива, — сразу ответил друг. — Но без сознания. Она досуха вылила свой резерв на какое-то заклинания, и крови потеряла немало. Но мадам Помфри говорит, что несколько дней, и её можно будет будить. Осознание того, что она жива, приятной волной окатило его тело, сразу же заменившись на злость. Эта глупая ведьма могла умереть! — Драко, что с вами произошло? Тяжело вздохнув, Малфой с помощью друга принял полусидящее положение, и принялся за рассказ. На весь рассказ, изредка прерываемый ругательствами подошедших в самом начале, Поттера и Уизли, и судорожными вздохами более сдержанного Забини ушли несколько часов, под конец которых Драко почти не мог говорить. — В общем, эта сумасшедшая ведьма готова была умереть, — подвёл итоги блондин, отпивая из кружки воду, чтобы хоть немного восстановить голос. — Только чтобы защитить меня. Сама говорила «у двоих шансов выжить больше». И что в итоге? Она кинула в меня невербальный щит, который не давал мне сделать и шагу. Идиотка… — Спасибо, Малфой, — необычно серьёзно произнёс осунувшийся Уизли. — Гермиона может сколько угодно храбриться, но мы знаем, что она была в ужасе всё это время. — Рон прав, — Гарри нервно поправил очки. — Гермиона очень храбрая, но она прекрасно понимает, что её жизнь могла закончится ещё в первый день, — он протянул ему руку. — Спасибо, что спас её. — Не волнуйся, Поттер, — Драко пожал его руку. — Мои намерения исключительно корыстны. Всё же, она спасла меня, и не раз. — Мистеры Поттер, Уизли, Забини, покиньте больного! Ему нужно отдохнуть, — появившаяся мадам Помфри разогнала парней. — Выпейте, это поможет снять остатки боли. — Что с Гермионой? — прохрипел слизеринец, поморщившись от того, что зелье было просто премерзким на вкус и запах. — У неё сломаны два ребра, лёгкое сотрясение мозга, внутреннее кровотечение, много царапин, синяков и сильных рубцов, — покачала головой лекарь. — Но мы уже всё исправили - приезжали врачи из больницы Святого Мунго, и вас подлатали и её. Осталось дождаться, когда её внутренний резерв хоть немного наполнится, и можно будет выводить её из лечебного сна, — заметив напряжённый взгляд, она мягко добавила: — Не переживайте, мистер Малфой, она выберется. Что же вы, Гермиону не знаете? — Знаю, поэтому готов лично её удушить, когда очнётся, — ответил Драко, расслабленно откидываясь на подушку. — Ну, когда вы попробуете это сделать, я жду вас в лазарете - убирать остатки заклинаний, наложенных на вас мисс Грейнджер. Теперь, когда палочка снова с ней… Что там с палочкой, Драко уже не услышал, провалившись в глубокий и спокойный сон. «Она в порядке. Она жива». — М-м-м-м, — болезненный стон прорезал больничную тишину, и ей в губы тут же ткнули флакон с зельем. — Пей, ведьма, — чей-то хриплый голос. — Отравить решил? — девушка понемногу начала приходить в себя. — Конечно, вот сейчас тебе полегчает, и я лично тебя убью, — Гермиона открыла глаза, когда пульсирующая боль перестала нарастать в голове. — Живой, — облегчённо сказала она, слабо улыбаясь. — Живой, — заверил её бледный до синевы Малфой. — А вот ты сейчас станешь не очень, — сощурил глаза. — Сумасшедшая гриффиндура! Как ты могла так поступить?! А если бы ты умерла там?! Какого драккла ты обездвижила меня?! Если бы ты не кинула в меня этот дурацкий щит, то могла бы пострадать гораздо меньше! Идиотка! Дура безмозглая! Мерлин всемогущий, живая… — и он резко поддался вперёд, обнимая её слабое тело. — Живая… — Малфой, — просипела она, пытаясь отстраниться. — Ты хоть представляешь, что я чувствовал, когда не мог тебе помочь, бессовестная ведьма?! Да я, наверное, поседел! Только на моих светлых волосах этого не видно! Мерлин, живая… — Малфой, — снова попыталась вклиниться в его речь Гермиона. — Сумасшедшая гриффиндура! Я чуть не потерял тебя! Ты могла умереть, если бы не сработала родовая защита! Понимаешь?! Тебя спасла случайность! — Какая защита? Ты о чём? — она всё же смогла отстраниться, и, почувствовав сильную слабость, упала на подушки. — У фамильного перстня множество функций, — немного успокоившись начал Драко, аккуратно взбивая подушки под её головой, и плотнее укутывая в одеяло. — Определение ядов — как ты помнишь — уже помогло нам, в первый день, и ещё много-много других, я тебе потом выдам книгу из библиотеки Мэнора. А жизнь тебе спасла функция экстренной трансгрессии. Она срабатывает, когда носитель перстня, хочет спасти кого-то, больше чем себя. — Ты…хотел спасти меня? — к глазам девушки подошли непрошенные слёзы. — Конечно, глупая, — ласковым движением большого пальца, он убрал слезинку с её щеки. — Мои мотивы абсолютно корыстны - у двоих шансов выжить больше, глупая ты ведьма. — И вовсе я не глупая, — девушка прижалась щекой к его руке, и поцеловала его руку. — Я ведь хотела спасти тебя… Через несколько дней в кабинете у директора состоялся серьёзный разговор. — Мисс Грейнджер, как вы себя чувствуете? — Хорошо, спасибо, директор, — Гермиона слабо улыбнулась, присаживаясь на стул. — Мне следует перед вами извиниться, — Дамблдор тяжело вздохнул. — Это с моего разрешения, вы попали в то место. Это испытательный полигон. Раз в пятьдесят лет, от всех волшебных школ избираются два самых лучших ученика, которые должны будут провести пять дней на одном из полигонов, полных разными монстрами. Ученики всегда выбираются тщательно, на это могут уходить месяца. Всегда есть четкие критерии: умение здраво мыслить в стрессовых ситуациях; владение минимум двумя беспалочковыми атакующими и одним защитным заклинаниями; ученики должны уметь отключать эмоции и работать в команде даже с тем человеком, кого на дух не переносят и многие другие. Мы прекрасно знали, что вы не просто так носите звания Лучших учеников Хогвартса, и имеете в запасе «пару козырей». Ваша ситуация немного усложнялась тем, что вы долгое время соперничали. К нашему счастью, всё обошлось. Мы не знали, что на том полигоне появился некий Хозяин, который очень разозлился, когда вы убили его слуг, — он покачал головой. — Поймите, у этого места никогда, на моей памяти, не было Хозяина, и мы спокойно отправили вас туда, выдав всё необходимое, кроме палочек, которые могли бы с лёгкостью заменить большую часть всего, что было в сумочке мисс Грейнджер. — Но зачем всё это нужно? — спросила Гермиона, всё больше хмурясь. — Чтобы будущие могучие волшебники не всегда полагались на свою палочку, мисс Грейнджер. Ведь, часто, получив звания лучших, ученики начинают считать себя всемогущими, совершенно забывая, что палочку так легко выбить из рук. Я приношу свои искренние извинения, я ни в коем случае не хотел, чтобы вы пострадали, но вас должны были переместить ещё тем утром, ведь задачу вы выполнили — нашли книги по невербальной магии. К сожалению, мы не смогли пробить купол, который кто-то создал над тем местом. Вероятно, это был Хозяин, который разозлился на вас. Двое лучших специалистов по портальной трансгрессии старались пробить купол раз за разом, но... — Ясно… — после недолгой тишины проговорил Малфой, осмысливая сказанное. — Мы пойдём? — Да-да, конечно. Ещё раз приношу свои извинения. Буркнув что-то неразборчивое, Драко вывел под руку задумчивую Гермиону. — Мы едва не погибли, из-за очередной блажи Дамблдора, — сказал слизеринец, приобнимая её за плечи, всё ещё боясь отпустить далеко от себя, невольно вздрагивая, и хватаясь за палочку на каждый подозрительный звук. — Ну, зато теперь мы выживем в любой ситуации, — нервно хихикнула гриффиндорка, оттягивая рукава свитера. — Драко! — крик нарушил тишину коридора. И пара студентов увидели обеспокоенную Нарциссу, едва сдерживающуюся, чтобы не бежать на встречу к сыну. — Мама, — парень делает несколько шагов вперёд и раскрывает объятия. — Сынок, — женщина крепко обнимает Драко, борясь со слезами. — Когда нам сказали, что тебя переместили на испытательный полигон, я едва не сошла с ума, ведь я очень много раз слышала об ужасах, хранящихся там. Но когда несколько дней спустя, прилетела сова Блейза Забини, где он описывал, в каком виде ты появился… — она всхлипнула. — Мама, ну что же ты, — парень обеспокоенно гладил мать по спине. — Сын, — в холодном голосе Люциуса чувствовалось несказанное облегчение. — Отец, — кивок головы. — Я рад…кхм…я рад что с тобой всё в порядке, и что ты смог выиграть на этом…испытании. Гермиона чувствовала себя лишней, на этом трогательном моменте, и сделала тихий шаг назад, собираясь покинуть их. — Мисс Грейнджер, — Нарцисса оторвалась от сына, сделав несколько шагов к застывшей Гермионе, заключая её в объятия. — Блейз передал нам рассказ Драко, как вы спасли его несколько раз. Не передать словами, как я вам благодарна. — Миссис Малфой, — девушка несмело обняла её в ответ. — У двоих шансов выжить больше, чем у одного. — Да, именно поэтому ты лишила меня возможности помочь тебе, — закатил глаза Драко. — То есть? Драко, что это значит? — нахмурился Люциус, а Нарцисса отошла на шаг, переводя взгляд с Гермионы на своего сына. — Она накинула на меня невербальный щит, который не позволял мне двинуться с места, и не позволял монстрам дотянуться до меня, — с затаившейся злостью сказал слизеринец. — А сама бросилась в эпицентр того безумия который был. Одна. Без палочки. С сомнительным заклинанием, которое никто никогда не использовал, и мечом. Ах да, точно! Она ещё и использовала это заклинание, вычерпав до дна свой резерв! — Мисс Грейнджер, — Нарцисса неверующе уставилась на покрасневшую гриффиндорки. — Зачем? — Я не хотела, чтобы он умер, — тихо сказала она, старясь смотреть куда угодно, только не в их глаза. Ведь это звучало как признание. — А я хотел, чтобы ты умерла?! — рявкнул потерявший терпение Драко. — Да я чуть не умер от страха, когда тебя полоснули когтями! — А что бы чувствовала я, если бы тебя так полоснули?! — не стала молчать Грейнджер. — Ничего! Потому что меня не задели вплоть до самого конца, безголовая ведьма! — Неотёсанный чурбан! Я всего лишь пыталась тебя защитить! — Я тоже пытался тебя защитить! И если бы ты не решила всё сама - как обычно - шансов выйти из того побоища целыми, было бы больше! — он подошёл ближе, нависая над ней. — По крайней мере, у тебя было больше шансов выжить без серьёзных травм! — она вскинула голову, буравя его взглядом. — Тогда как у тебя был всего один из миллиона, на то, чтобы хотя бы выйти из этой передряги на своих двоих! — Зато ты бы не пострадал, если бы, то существо не разрушило мой щит! — Зато ты могла бы погибнуть прямо там, на моих глазах! Ты думаешь, долго я смог бы прожить, зная, что ты умерла из-за меня?! — Но я жива! — Я тоже! И лишь поэтому, я всё ещё не запер тебя где-нибудь в высокой башне, с антимагическим куполом, чтобы ты не смогла себя как-нибудь угробить! — Не смей решать что-либо за меня! Я могу сама за себя постоять! — Постояла уже! При смерти оказалась! — Кхм… — неловкое покашливание заставило подростков оторваться от своей ругани. Родители с удовольствием наблюдали за перепалкой подростков. Впервые, на их памяти, сын так беспокоился о ком-то. — Мисс Грейнджер, думаю, что тут вы правы оба, — Нарцисса обратилась к Гермионе, справедливо рассудив, что сына сейчас ничем не возьмёшь. — Предлагаю вам присоединиться к нашему ужину в субботу вечером. — Да, конечно, с удовольствием, — пробормотала ошарашенная гриффиндорка, которая никак не не ожидала, что Малфои пригласят её на ужин. — Отлично, — хлопнула в ладоши миссис Малфой и в воздухе появился конверт, запечатанный сургучом с изображением герба Малфоев. — А теперь, убедившись, что вы с Драко в полном порядке, мы удаляемся. До встречи, сынок, мисс Грейнджер. И супружеская пара удалилась, оставляя ошарашенных студентов стоять посреди коридора.  — Идиотка, — прошептал Драко и обрушился на её губы поцелуем, вкладывая в него все бушевавшие в нём чувства. Злость, раздражение, страх за её жизнь и дикое облегчение от того, что она здесь, она рядом, живая, здоровая. Его. Его Гермиона. — Невыносимый придурок, — шёпот в его губы, когда она на мгновение оторвалась от него, и тут же припала к его губам властным поцелуем, путая пальцы в отросших прядях. Он жив, он рядом. Он её. Её Драко. И она никому не позволит напасть на него.