Часть 1

– Т\И, это невыносимо, – Николя хмуро вошел в покои девушки, – я всё понимаю, но мои рубашки! Рубашки, Т\И, я же их ношу. – Ну, Николя, – Т\И примеряла перед зеркалом одежду брата, – смотри, как мне идет. – О да, безумно идет, но можно все-таки ставить меня в известность? – С каких пор ты что-то планируешь? – девушка захлопнула шкаф и обернулась к брату, – и вообще, нечего быть таким занудой, Николай, тебе это не к лицу. Кстати, о лице, ты в последнее время какой-то мрачный, все хорошо? Говорят, ты в церковь ходил. Разбитые сердца девушек покоя не дают, или еще какие грехи за тобой имеются? – Впрочем, можешь оставить рубашку себе, – юноша вышел из комнаты, оставив Т\И в полном недоумении. – Варвара Петровна! – незнакомый голос снизу привлек внимание всего дома, – как я рад вас видеть, моя дорогая, как ваше здоровьице? Как детки? Ах, младшая дочь прибыла? Ах, если разрешите почту за честь с ней познакомиться. – Я и сама в состоянии познакомится с людьми, матушка, – девушка вывернула из-за угла, рассматривая гостя. – Т\И, ну нельзя же так! – матушка тут же принялась хвататься за сердце, – не подобает девушкам так разговаривать, и тем более ходить! – шикнула мать, смотря на брюки и рубашку девушки. – Маменька, не напрягайте связки, – она во все глаза рассматривала этого юношу, заметив про себя, что тот недурно одет. – Петр Верховенский, – расплылся в улыбке тот, поцеловав ладонь девушки. – Т\И Ставрогина, младшая сестра Николя, – в ответ улыбнулась девушка. – Не проведете меня к своему почтенному братцу? - с неприкрытом вниманием рассматривал Петр девушку. Находясь в спальне брата девушка не хотела уходить, хоть и замечала напряжение между друзьями. – Т\И, оставь нас, – Николай хмуро глянул на сестру, освещение со спины придавало ему еще более болезненный вид. – Но Николя! – Я к вам зайду, – расплылся в улыбке Верховенский. Сидя в своей спальне девушка сокрушалась от того, как неправильны устои в стране, в которой она живет, и от брата она прекрасно знала о всех делах, о грядущей революции и сама этим горела, хоть и понимала, что страна критически не готова к такому. – Т\И, прошу вас, не серчайте на брата, он сегодня не в духе. Николя говорит, что вы также увлечены революционным духом? – Верховенский с интересом рассматривал комнату девушки, каждый раз проводя взгляд через неё. –Да, но всё же, для этого пора рано, действовать необходимо осторожно. – Не хотите мне помочь? За неделю совместных дел Т\И и Петр очень сблизились, и как казалось девушке, Николай не будет от этого в восторге, но оказалось, что тот даже рад, аргументируя это тем, что ей не скучно. Все это было крайне странным, пока не наступил тот ужасный день. Целое утро Т\И искала брата, чтобы поехать в город, спустя десяти минут поисков, найти брата стало делом принципа. Девушка не слышала, как к дому приехала карета, сердце билось невероятно бешено, перекрывая всякие мысли. Она быстро вбежала в дом, где ей виднелись ноги Николя, вбежав на нужный этаж крик Т\И заставил приехавшего Петра содрогнуться. Он вошел в здание и не мог пошевелиться. Тело Николая лежало неподвижно в ногах девушки, а её собственное тело билось в конвульсиях от истерики. Верховенский медленно подошел к девушке и осторожно обнял ту за плечи. Очередной душераздирающий крик девушки встрепенуло в теле Петра что-то, что давно погасло. – Т\И, надо уходить, слышишь меня? Я тебя увезу, – Петр крепко держал девушку за плечи. – Почему?! Почему он это сделал?! – она кричала, она рвала душу. Николай был чрезвычайно близок ей, и вот такая глупая смерть казалась ей абсурдом. – Я не знаю, – скривил душой тот, – но его уже не вернешь. Мне нужно скорее пропасть, поехали со мной? – Это ты?! – из пелены слез, взглянула на мужчину девушка, – из-за тебя он умер? Это ты! – в истерике девушка заколотила по груди мужчины, продолжая содрогаться в истерике, Петр на её слова лишь крепче обнял и прижал к себе. Матушка Ставрогиных в этот день слегла с болезнью. Смерть одного ребенка и пропажа второго отразилась на ней чрезвычайно плохо. А Т\И, всё ещё не отошедшая от смерти брата, спала на плече Верховенского, который увозил её дальше от этого городишки, впервые задумавшись о семейной жизни.