Часть 1

Он вновь держал нож над своей рукой, подрагивая, раздумывая: «а стоит ли оно того?». Эти шесть лет боли и мучений, от которых ему не избавиться… не избавиться от этих воспоминаний, не избавиться от этого чувства. Что-то больно ноет в душе, колет, с каждым обидным словом вздрагивая и нанося ещё больше страданий. «Монстр…» — отражалось у него в голове, но сегодня он узнал больную, горькую правду. Да. Он — монстр, он был рождён демоном, и никому, никогда не был нужен. Гаара… мать одарила его этим омерзительным именем, прежде чем умереть. Демон, вот, кто он, был рождён таковым, его судьба решилась ещё с самого рождения. Быть монстром, убийцей… Когда малыш пытался измениться, всё шло как всегда, наперекосяк. Пытаясь делать добро, с каждым разом он получал всё больше зла в ответ… испуганные глаза при его виде, крики взрослых и детей. Почему? Он ведь в этом не виноват, он этого не хотел… но был монстром, от этого не отвертеться. Очередной вздох. Гаара возносит над грудью клинок, готовясь сделать последнее действие в своей жалкой жизни. К чему продолжать существование, когда ты никому не нужен? Когда тебя презирают буквально все, кто увидят, или услышат хоть слово о тебе… скрежет зубов, робкое молчание, и клин, со свистом идущий в сторону его кожи. Прикрыв глаза, Гаара принялся дожидаться своей быстрой, столь долгожданной смерти… но песок вновь встал за него, прикрыв, и клин вонзился в сыпучую защиту, остановившись. Так кончалась каждая попытка умереть, словно все его прокляли, не дав спокойно уйти, даже если очень захочется. Он — демон. И с этим ничего не попишешь. Упав на каменный пол, взорвавшись на эмоции от подступающих к груди слез, боль, вся боль, которая все эти годы таились у него в сердце сейчас вырвались наружу в душераздирающем крике, вопле, будто сам царь мёртвых восстал, и желал во чтобы то ни стало отомстить смертным за всю эту боль… но никто не вставал за него, даже родной дядя. Единственный дорогой Гааре человек, и тот предал его этой злосчастной ночью, оставив одного, совершенно одного… да лучше бы ему умереть от клинков, но не мучаться от сердечной боли всю оставшуюся жизнь. Его слишком боялись, чтобы впустить в свои сердца любовь к нему, любовь — единственное лекарство от ран сердца, то, что ему никогда не постичь. Где-то в глубине души, демон, заключённый в нем, шептал о своих злоключениях. Грозился вырваться на волю, когда малыш заснёт, желал смертей… с чего же ему, Гааре, быть милосердным по отношению к тем, кто ни разу в жизни даже не протянул ему руку? К тем, что считали его монстром… какой смысл пытаться, притворяться, показывать то, что он совсем не такой, если каждая попытка оканчивается побегом, и ещё, ещё большей болью! Его удел — убивать, он нашёл свой смысл жизни. В одиночестве, в полном безразличии к кому-либо. Назвали демоном… относились, как к Демону. Вот, пожинайте плоды своих трудов! Перед вами — монстр, каким и желала его видеть мама, каким и дала ему имя. Ставши зверем, могучим и непробиваемым, Гаара нёсся на своего врага. Голубоглазый мальчишка отчаянно пытался спасти своих друзей… вот глупец. Не понимает, что если сражаться только за себя, он станет сильней! Но взгляд этого генина из деревни листвы был ему до боли знаком… одиночество, что когда-то жило в его сердце. Одиночество… Казалось, одно движение, одна техника, и желтоволосому мальчишке конец. Но что-то не давало ему этого сделать, пока Шукаку вновь не рассвирепел, и из груди получеловека, полу-монстра раздался душераздирающий вопль.