Часть 1

      Агата уставилась в экран своего мобильного телефона, нервно кусая фаланги большого пальца. Она пробежалась глазами по сообщению Александра, присланное несколько минут назад, где говорилось, что им срочно нужно встретиться, прямо сейчас, потому что так больше не может продолжаться. Она и сама это понимала, но не хотела. Она могла предположить, что он ждёт от неё, но не готова принять.       С момента последней их встречи девушка тщательно старается избегать мужчину, придумывая глупые отговорки, лишь бы его не видеть. И у неё хорошо это получилось. До последнего момента, пока он не стал писать ей и названивать.       Агата перебросила свои блондинистые волосы на другую сторону, давая доступ к тонкой и нежной коже на шее. Снова запустила свои тонкие пальчики ему волосы и дёргала назад, потому что знала, как ему это нравится. Александр трепетно целовал её пухлые губы, сжимая ладонями ягодицы Агаты, после чего на них останутся красные следы. Она тихо простонала ему в рот, улыбаясь через поцелуй. Она слегка двинула бёдрами вперёд, задевая возбужденный член парня. Слишком невыносимо и трудно находиться рядом с той, в которую влюблён очень долгое время.       Никто из них давно не испытывал таких сильных чувства, находясь рядом с теми, кто всегда был и находился рядом в трудные моменты жизни. Их отношения не выходили на новый уровень. Простые страстные поцелуи, ласки, объятия, но никак не интимная близость, о которой так мечтал и настаивал Нильсен. С самой старшей школы он мечтал, чтобы это девушка была его.       И он почти добился её. Вот только была одна проблема: она не хотела встречаться с ним. Поставила рамки, за которые никому нельзя было выходить. Никакого секса — лишь поцелуи.       Приметив, что Александр вовсе не против, Агата продолжила двигать легко бедрами, пока мужчина тихо постанывал ей в губы. Ему хотелось большего, хотелось наконец овладеть этим шикарным телом, но те обещания, которые он когда-то дал, не позволяли делать без разрешения самой Агаты. — Мы можем... — он разорвал поцелуй, облизывая губы, на которых находился блеск со вкусом ананаса. Один из пунктов, который они обговорили, прежде чем выполнить эту странную затею в реальность, — это ананасовый бальзам каждый раз на её губах, когда они собираются встретиться. Между ними больше не было душевных разговоров, как у самых лучших друзей.       Они забыли, что когда-то дружили. — Ты же знаешь, Алекс, что нет. Я не готова, — твёрдо перебила Агата, сморщив нос. — Но почему? — он знал ответ на вопрос. Он знал ответ, который каждый раз ранил его чувства, но всё равно спрашивал, чтобы прийти в себя. — Ты не тот человек, с кем я готова провести свой первый раз.       Больно. Горько. Но правдиво.       Она никогда не любила ему врать. Уж лучше грустная правда, чем сладкая ложь. — Я не могу без тебя, мин кэра, — тихая фраза на шведском языке вперемешку с горьким поцелуем со слезами на щеках.       Она собиралась к нему на встречу. Ей хотелось увидеть его, в последний раз прикоснуться к полюбившимся губам, обнять и прижаться к груди, от которой так и веяло приятным ароматом дорогих духов. Цепкими пальчиками схватить за его дорогие белые рубашки, которые специально надевал на их встречи, зная и помня, как девушка их любит.       Целый месяц без него был для Агаты сущим адом. Раньше она могла забыться в его руках — сейчас же приходилось справляться самой. Не получилось забить на проблемы, окружившие с ног до головы. Никто не смог заменить его. Никто даже и не пытался. Он стал настолько близким, родным и любимым, что просто трудно поверить в существование без него.       Она шла до их места встречи. Всего в ста метрах от её квартиры, в которой часто проводили свободное время. Им было проще добраться до скромного дома Харрис, чем тащиться до особняка Александра. Да и он никогда её туда не приглашал, придерживаясь того мнения, что и так очень много знает.       Десять метров — никого не видно.       Прошла ещё пять, но вокруг ни одной души. Ничего не было, что ей бы напоминала о нём.       Неужели он передумал? Это было в его стиле. Он часто переносил их встречи, оправдываясь тем, что у него слишком много работы. Но она знала, что дело далеко не в работе. Он скрывал от неё что-то. Но она не настаивала, так как не только у него были от неё секреты.       Остановилась на конечной точке, опустив взгляд на выключенный экран мобильника. Ждала хотя бы элементарное сообщение, что у него не получится прийти.       Ничего.       Дисплей так и не загорелся. Прикоснулась к кнопке, включила телефон и вновь прочитала его сообщение, которое успела выучить наизусть. Поднесла большие пальцы к клавиатуре, уже готовясь печатать текст, как услышала за своей спиной тяжелые шаги. Развернулась и наткнулась на парня, которые каждый Чертов день занимал все её мысли. Такой красивый и грубый. — Прости, что опоздал. Пробки, — грубый голос пробрался ей под кожу. По всему телу прошлась волна мурашек, которые ощущала каждый раз, когда виделась с ним.       Она развернулась и замялась на месте; прикусила засохшие губы и потупила глаза в пол, потому что не знала, что ему сказать. Какая-либо уверенность покинула её. Между ними всегда было напряжение, особенно в последние месяцы встреч, когда речь заходила насчёт секса.       Её внимание привлекло кольцо на безымянном пальце левой руки, которое раньше не видела или просто не замечала. Она сощурилась, так как лучи яркого солнца падали прямо на него, из-за чего ярко блестело. Это было обручальное кольцо. Задержала дыхание, прикрыла глаза, надеясь на то, что ей это просто привиделось.       Хриплым голосом озвучила мысли, которые сильнее впивались в её сердце: — Ты женат? — она вновь посмотрела на его левую руку, чтобы убедиться, не показалось ли ей. Она подняла голову и устремила глаза вдаль, где стояла маленькая девушка, прижавшая к своей груди руки и что-то лепеча себе под нос.       Молчание, сказавшее всё за него. Конечно, он женат. Он бы не стал ждать её столько лет, тратя время впустую. А когда выпал такой хороший шанс, он не стал его терять, пользуясь девушкой, как только душа пожелает. — Сколько? — она сглотнула ком боли и обиды, который не давал ей ни одного слова выдавить из себя. — Уже два года, — ни один мускул на его лице не дёрнулся. — Почему ты мне ничего не говорил? — её сердце было готово выпрыгнуть из груди.       Все эти полгода он её обманывал. Нагло врал ей, не задумавшись о последствиях, которые были так очевидны. — Потому что не видел в этом никого смысла. — Но… — она хотела сказать важные ему слова, которые сразу же привели их обоих в чувствах, но он даже не стал её выслушивать, грубо перебив. — Мы даже не трахались, Агата, — возмущённо ответил ей. — С чего это ради я вообще должен тебе такое говорить? — эти слова были явно сейчас лишние, и он это понял только тогда, когда боковым зрением заметил, что Харрис замерла.       Он так нормально и не посмотрел на неё. Постоянно отводил свои яркие голубые очи, которые бегали из стороны в сторону, но так не хватило мужества сказать ей это прямиком гладя в глаза. Струсил, потому что знает, какой сильный эффект она производит на него, даже если заплачет.       Влюблён в неё по уши.       Агата громко засмеялась с очередной шутки парня. Старалась всячески прикрыть рот рукой, чтобы приглушить смех. Она обняла его за шею, уткнувшись носом, вдыхая новый запах дорогого одеколона. Затихла, стараясь услышать его дыхание и сравнять со своим. Они весело провели время на колесе обозрения, а сейчас решили заглянуть в дорогой ресторан поблизости. Но не поесть, а в уборную, потому что хотели уединиться, а ведь так себя вести неподобающе в людном месте, как им часто сообщали официанты. Им не раз говорили, что скоро будет занесены в чёрный список элитных ресторанов города, поэтому каждый раз, как приспичит понежиться друг с другом, они оставляют свои вещи за столиком, а сами идут в мужскую уборную, пока их никто не заметит.       Александр не мог так сильно жертвовать, потому что сразу проколется, выдав себя с потрохами. — Где ты был все эти две недели? — она убрала спадающие волосы с его лба, нежно глядя ему в очи.       Её отношение к нему с каждым разом все менялось, как и мнение. Она не считала его таким навязчивым, каким казался ранее. Он был любящим и милым. Постоянно, когда ей было плохо и она звонила ему, он тут же брал трубку, приезжал, лишь бы только успокоить. Но это было не моральное успокоение, а физическое. — Мне пришлось работать в три смены, — с ней он умело научился врать.       Нет, он взял выходные дни, чтобы больше времени провести со своей женой в постели. Он трахался, пока она находилась на благотворительности в детском доме, на которую же и пригласил сам Александр. Ему не было стыдно смотреть ей в глаза, далеко не так, потому что за какой-то благотворительностью скрывался секс, пусть и не с любимой женщиной. — Ты собирался мне это когда-нибудь рассказать? — сдерживала в себе последние силы, чтобы не расплакаться перед мужчиной. Он не любит, когда она плачет. Он любит, потому что приходится успокаивать и идти на уступки. Но сейчас ситуация и причина слез были иные. Не такие, как раньше. — Сейчас, — он ухмыльнулся. Сам не мог поверить, что так все быстро закончилось, толком и не успевшие начаться. Но его вины в этом не было, так он считал. Виновата только Агата, не хотевшая выводить их отношения на нечто новое, интимное. — Она знает? — коротко, грубо, чтобы скрыть свои истинные чувства.       Она незаметно сжала ладони в кулаки, впилась ногтями в кожу, на которой совсем скоро останутся кровавые следы в виде полумесяцев. Ей хотелось кричать, ведь тело так и ломило. Она даже не успела заметить, как влюбилась в него, ведь раньше ничего такого не было. Раньше она не могла представить своего друга в роли парня.       У них даже не было секса по дружбе, что уж тут говорить об отношениях. — Давно. И была не против всё это время, потому что видела, что рядом с тобой я становлюсь счастливым. Для неё моё счастье — это как смысл жизни, — он наклонился к её лицу, опаляя горчим дыханием щеку. Она смотрела на него, пока Александр наслаждался её беззащитностью. Она ничего не сможет сделать против него.       Теперь она сможет почувствовать себя на его же месте, когда Агата столько лет игнорировала по уши влюблённого Нильсена.       Она ослаблено упала на колени, прижимая ладонь ко рту, чтобы не дать вырваться крику на волю. Слюна потекла по подбородку, смешиваясь с солеными слезами. Она дала волю слабине, за что сама сейчас и получает. Она позволила влюбиться в того, кто обманывал двух девушках на протяжении такого огромного промежутка времени. Вот только одна смогла отпустить и забыть, а другая винит себя, что посмела впустить его в свою жизнь. — Что я могу для тебя сделать? — он хотел исправить всё, но уже было поздно.       Нужно было признаться раньше, нужно было не смотреть равнодушным взглядом, а извиняться перед ней. Умолять, чтобы она простила. — Вырви, разбей мне сердце. Избавь от этой боли, — из её уст это прозвучало тихо, с мольбой, что из равнодушного и грубого человека Александр стал чувственным, таким родным, как несколько лет назад. — За что ты так со мной?.. За что ты так с нами?       Она задыхалась от недостатка воздуха в её легкие. Она была разбита и уничтожена. Она была зла только на себя, ведь снова ошиблась в человеке, снова допустила, чтобы с ней обращались отвратительно. У неё не было сил кричать на него, ругаться матом или даже просто дать пощёчину. Она просто устала. — Я не могу без тебя, мин кэра, — единственная фраза, которую он считал своим спасением. Единственная фраза, которую она понимала на шведском. Единственная фраза, которая добивает её до конца и разбивает все надежды на счастливое будущее.       Он даже не пытался сделать её счастливой, о чём мечтал столько лет. Он дал себе обещание, которое даже не пытался выполнить. Он разрушил их дружбу, особенную связь, которой так дорожил. Он разрушил ещё тогда, когда посмел поцеловать её в злосчастном кино. Но виновато далеко не кино. — Не говори так! Не ври мне, потому что мы оба знаем, что если бы ты меня правда любил, то давно бы признался, — она посмотрела на него заплаканными глазами, потом на девушку, которая всё это время стояла сзади них. Она не сдвинулась с места, стоя покорно, как и велел её муж.       Муж...       Агата смогла разглядеть сквозь пелену, каким тёплым взглядом она смотрит на того, кто её не заслуживает. Она искренне его любила, прощала предательство, пока он изменял ей и открыто об этом заявлял. — Я могу бросить её ради тебя, — до последнего Александр думал, что Агата простит и примет обратно, потому что любит его. Но с каждой прошедшей секундой он понимал, что теряет её, что никогда не вернёт, если не сделает что-нибудь. — Не стоит ради меня идти на такие жертвы, — её нижняя губа трескаюсь, пока Агата стирала с щёк потекшую тушь. — Она любит тебя, она может дать все что угодно, когда я — нет. Она сможет простить твои измены, когда я не смогу тебя даже простить за простой обман, — она устало покачала головой. Сил больше не оставалось.       На дрожащих руках и ногах Агата поднялась с холодного асфальта. Ей было всё равно, как сейчас выглядит. Мысли были лишь только об одном: поскорее уйти отсюда, забыть этого человека и зажить с чистого листа, снова залечивая новые раны.       Так она и поступила. Шла медленно с гордо поднятой головой, когда к плачущему, разбитому Александру подбежала его жена, обнимая со спину и успокаивая. Он сам разрушил всё. Ничего уже было не спасти.