Пробуждение

      На жемчуге несколько больно спать. Ариэль едва могла чувствовать закоченевшие пальцы рук, сложенные на животе. Тело морозило, но поддавалось оно плохо, так что разлепить веки стало испытанием. Каменный потолок, желтоватые светильники в стенах… — Проснулась? — Колдун исподлобья наблюдал за тем, как русалочка старается слезть с кровати — Не пытайся, действие состава влияет и на мышцы. Пройдет не меньше часа, прежде чем ты сможешь плыть.       Не до конца осознавая, где находится, она смогла связать лишь несколько слов, жалобно промямлив: — А как же… Поверхность…       Он громко расхохотался, не веря, что даже после произошедшего, она не умоляет ни о чём другом. Непонятливо, она огляделась, потом поджала под себя хвост и кое-как села: — Мы всё ещё тут? — А ты ожидаешь очнуться в другом месте, когда засыпаешь?       Мурен в пещере не было. И к лучшему, ибо так Ариэль дышала свободнее. Но панику наводили осознание, что она провела тут слишком много времени и загадочный вид Урсула. Он как будто старался не смотреть в её сторону, прикрывая глаза ладонью. Тонкие, голубоватые прожилки вен выступали на коже вместе с белоснежными костяшками пальцев. Рот скривился, будто в отвращении, и русалочка невольно осмотрела своё тело — ничего не изменилось. — Послушай, ведь ты обещал, что я увижу поверхность…       Её мягкий, вопрошаюший тон приятно ласкал уши. Урсул был готов зажать их руками, только бы не слышать этого. А всего минуту назад он жаждал, чтобы она заговорила. Прождав всю ночь ее пробуждения, теперь он с удовольствием усыпил бы её снова.       Во дворце наверняка ужасная паника. Еще бы… У Осьминога была целая ночь на то, чтобы отправить мурен просить выкуп за дочь Тритона, но он провёл её, карауля сон русалки. Такой медленный и тягучий, почти мёртвый. Скрипя зубами он запрокинул голову назад и плотно закрыл глаза: — Тебе лучше вернуться, — он цедил слова сквозь зубы — Тебя уже ищут… — А как же желание?       Черт ее дери, какая неугомонная! Сейчас она была в шаге от существа, способного высосать ее кровь, и все равно стояла на своём! Но… Не так уж он и хотел, чтобы она уходила: — Чтобы препарат подействовал и защитил тебя, нужно еще три дня. Это сложный состав.       Врать было легко, ложь служила нитью, сшивающей события всей его жизни. Для колдуна его ложь стала великим даром и проклятьем для океана. Но не для дочери Тритона — она дала ей шанс спастись, в то время как Урсул, мучаясь всплесками непонятных эмоций, был готов задушить её в своих щупальцах… Лишь бы еще раз ощутить тепло ее тела. — Так мне вернуться? — шустро, она всплыла с кровати, но хвост махал медленно, так что Ариэль стала опускаться на дно — Простите, я вам мешаю…       Он молчал, но она тут же почувствовала, как одно щупальце обвилось вокруг ее талии и мягко вернуло обратно на постель. Затем, колдун сморщился, словно перебарывал отвращение: — Тебе нужна еда? — Что?       Он фыркнул и отвернулся: — Молоко будешь?       В конечном итоге он смотрел, как это бестолковое и абсолютно безрассудное существо опустошает склянку. Явно проголодалась, но… В пещере больше не было. Да и сам Урсул пил его редко, лишь когда чувствовал полный упадок. Из-за жирности оно было несколько противным на вкус, но вполне сытным. — Спасибо!       Лучистые, голубые глаза смотрели ласково и так доброжелательно, что Урсулу пришлось прилагать усилия, чтобы опять отвернуться. Не хватало ещё… Через несколько минут ее необходимо выпроводить отсюда. Но ему стало сложно молчать: — Как твое имя? — Ариэль… — Вот оно как… — осьминог поудобнее устроился на троне — И что же ты, Ариэль, забыла на поверхности? — Мир людей, он совсем новый и неизведанный! Может, отец и запрещает…       На этом колдун захохотал еще громче, чем прежде. Почти обиженно, русалочка пробормотала: — Что в этом смешного… — Ничего, просто твоя наивность рассмешит кого угодно! Правда думаешь, Тритон запрещает это всем-всем? — Да, и отец наказывает отступников… — Это он тебе сказал? — колдун вальяжно потянулся — Ты никогда не думала, откуда в морском дворце столько золота и откуда оно берётся? — У нас есть ювелиры… — Ложь… Наглая ложь… Ах, бедное дитя! — щупальце приподняло ее подбородок — Как ты считаешь, чем полезен русалкам красивый голос? Такой чарующий, почти манящий…       Он опять изменился в лице, зловеще пытаясь поймать взгляд Ариэль. Та, начиная волноваться, даже не находила ответа. Далее наседать он не стал, резко охладев: — А я скажу тебе. Всё золото в море от людей, которые умерли не своей смертью. И их скелеты навеки упокоены песнями русалок… И твой отец прекрасно это знает! — он вздохнул — Скажу больше, он это поощряет, чтобы его любимые дочери ни в чем не нуждались. Все мои деяния так — пустяки, на фоне его преступления против мира людей. Ты всё еще хочешь наверх?       Она не думала ни секунды. Мгновенно, выпалила: — Это ты говоришь мне наглую ложь! Отец… Никогда бы не стал! И я поднимусь на поверхность!       Урсул не ожидал такого ответа. Но дерзость и ее слова нисколько его не раздражали, напротив — все боялись его три сотни лет и вот, о чудо — нашёлся смельчак, который возомнил себя равным! От этого только больше хотелось слышать ее звонкий голос! Но он опять умерил пыл: — Приходи через три дня и… Я все тебе докажу.       Напоследок, колдун одарил Ариэль наглой ухмылкой.