часть 2

«Сегодня, около трёх часов ночи, политический деятель Мэтью Брок был найден мёртвым под своим балконом. Экспертиза указала на самоубийство, однако точно такая же трагедия происходит шестой раз за месяц. Пока вероятная закономерность между этими инцидентами не установлена.» — Думаю, мы оба догадываемся в чем тут дело. Окна задёрнуты занавесками, а листы офисной бумаги не оставили свободного места на столах. По всей комнате раскиданы пустые кружки, источающие запах крепкого кофе. Никто не любит посещать его кабинет, который пропитан особой, мало кому понятной атмосферой. Коренастый мужчина сидит, скрестив руки на груди. Привычный угрюмый взгляд карих глаз на этот раз выглядит ещё более хмурым и мрачным, чем обычно. Он то и дело смотрел на поблёскивающие ручные часы, устало перебирающие свои стрелки. — И какой будет в этом смысл?.. Мы опять не сможем ничего доказать. — Во-первых, оставь свою личную неприязнь. Во-вторых, предлагаешь закрыть на это глаза, позволяя людям умирать? Только не говори что правда веришь в «самоубийства». Полицейский держит небольшую комнатку в нервном молчании, взглядом давая понять о том что не готов дать ответ сию секунду. Десять лет назад он сухо дал себе твёрдое обещание: больше никогда не пересекаться с этим человеком. Однако непростая работа в полиции все эти годы вынуждала его нарушать данное себе слово, отчего никак не отпускало странное, но угнетающее чувство. — Кх, принимаюсь за дело. — он неприятно сморщился, заостряя внимание шефа на своём недовольстве, в глубине души надеясь на исход, который никогда не произойдёт. — Отлично, Алан. Искренне ценю твою отдачу работе, даже не смотря на это. Искренне тёплый хлопок по плечу который не встретил взаимности, а лишь удостоился холодного взгляда, к чему остаётся лишь привыкать. — Поставлю с тобой новенького – Клинса. Он, конечно, по большей части компьютерными делами занимается, но опыт следователя ему не помешает. — низкий, но звонкий голос шефа продолжает наполнять тесный кабинет. — Сэр, я могу справиться один. — Дай шанс начинающим. Я тоже таскался с тобой по расследованиям, когда ты был ещё совсем зеленым. Светящаяся улыбка, словно шериф приходился отцом Алану — вечно капризному сыну. — Окей. А теперь я пойду, патруль никто не отменял. — сухо отрезал полицейский, выходя из комнаты. Одна только мысль о возможной встрече с ним омрачает его лицо хуже прежнего, хотя и ранее Дарк не мог похвастаться лучезарностью или улыбчивостью. Смачная затяжка, а за ней последовали серые клубы табачного дыма, облаком отравляющие итак грязный городской воздух. Его коллеги отмечают, что мужчина приобретает более смягченное выражение лица только когда курит. — Что же ты наделал на этот раз?.. — Слышали новости? Брок сбросился с балкона! А ведь он хотел подавать свою кандидатуру в президенты на следующий год.. В столовой старшей школы как всегда стоит оживлённый шум во время обеденного перерыва: множество звонких голосов, ярые дискуссии, лязг посуды, энергичная музыка, раздающаяся из чьих-то колонок сливаются воедино. Рэй не любит это место, заставляющее чувствовать сотни обращённых на себя взглядов. — Мне кажется, уже ясно что его и остальных убили. Красиво сложенная девушка сидит напротив Рэя, скрестив ноги. Ее мягкий взгляд чисто-голубых глаз доходит до каждого сидящего за столом. — А ты что думаешь, Рэй? — она была одной из немногих, кто знает его имя. Все внутри сжалось твёрдым комом, а лицо побледнело, словно тот сейчас упадёт замертво. Руки под столом пробила мелкая дрожь. Его пронзил огромный страх, от которого невозможно спрятаться. В голове тут же бешеным вихрем закрутились мысли, от которых страх давил только сильнее. Пару мгновений молчания и пристального взгляда девушки казались жалящими пытками и неким наказанием за содеянное. «Если попрошу сменить тему, они сразу все поймут. Ибо почему мне так не хочется говорить о том, о чем говорят все?» — Да, мне тоже кажется что это убийство. Только совершенно не желающее привлечь внимание. Наверное, почти получилось.. — на удивление спокойно, но неестественно быстро пролепетал тот, будто подготовив текст заранее. — Это точно. Только давайте не о плохом. А то итак депресняк из-за этих зачётов. — У тебя-то — шутливо закатив глаза, хмыкнула голубоглазая. — Ну да, ну да. Я же не задрот, который втыкает в книги двадцать четыре на семь. У меня же есть личное время. — Шон тоже ехидно улыбнулся подруге, как бы ставя ту на место. — Ах! Просто такому долбоебу не понять ценность времени, которое мы можем посвятить для учебы и самореализации. Потом его уже не будет. — задрав аккуратный носик она высунула краешек своего языка, показывая его шатену. — Да и если это время правильно распределять, свободного времени хватит с лишним. Вот Рэй должен меня понять. Оба обернулись в сторону брюнета, который чуть ли не подскочил от того что услышал собственное имя. Он как всегда сидел словно на тысячах иголках, нервно переплетая в голове все сказанное ранее. — Знаешь, иногда ты слишком отдаёшься учебе. От отдыха ещё никто на жизненном пути не терялся. Че ты несёшь? — Кому-кому, а отдых нужен тебе. В последнее время выглядишь как раздавленная помидорка. — светловолосая говорила с искренним беспокойством в голосе, будто сняв с языка то, что давно хотела сказать. Она наклонилась к юноше поближе, заправив непослушную прядку волос за маленькое ухо. — Чувак, Ви права. Если что, ты всегда можешь к нам обратиться. Рэй явно занервничал от внезапно нахлынувшей, такой чуждой для него заботы. Даже нет, парень бы напрочь забыл о значении этого слова если бы не эти двое — вечно веселые, такие беззаботные и одни из немногих на земном шаре, кто каким-то образом разглядевшие в нем что-то больше чем скучный, неуверенный и сломанный в себе человек, что так избегает любого контакта с другими людьми. Порой он задается вопросом, а не иллюзией ли являются Шон и Виоль, ибо образ друзей до сих пор кажется Рэю нереалистичным и не способным оказаться в действительности. Однако каждый раз слыша заразительный смех Виоль и искромётные высказывания Шона, тот осознаёт их реальность. Иногда от этого осознания хочется улыбнуться. И чаще всего с искренней грустью. — Я в порядке. Спасибо вам. Он сказал это даже не задумываясь. — Ладно, Ви, нам уже пора. — шатен приподнялся, кинув взгляд на ручные часы. — Рэй, сейчас литра, надо занять последние парты! — Ага. — Сэр, что нам о них известно? Недовольный вздох полицейского, словно к нему пристает ребёнок с глупыми вопросами. Алан встал, демонстративно хрустнув крепкой шеей. — Мне очень жаль что новичка привлекли к такому делу. — мужчина оперся своей большой ладонью о стол, держа расстояние между ним и Вуди. — Прежде чем вводить в курс дела, хочу рассказать о кое-каких нюансах. Во-первых: дело это секретное. Далеко не все отделение знает даже об их существовании. Ты не должен нигде об этом болтать, будь то репортеры, коллеги или даже родная мать. Если люди узнают о них, в городе сразу вспыхнет паника. Нам это совершенно не нужно. Во-вторых: хоть ты и новичок, но я не собираюсь с тобой нянчиться. Думаю, ты подошёл к выбору работы осознанно и понимал, к чему идёшь. Вуди слушал своего будущего напарника с упоением, впитывая в себя его каждое слово, каждый жест и мимику, не упуская ни одной детали. Его охватил некий ажиотаж и таинственность происходящего, а разливающееся волнение перед первым серьёзным делом лишь усиливал эффект. Алан же бесцеремонно расселся перед парнем прямо на столе, разговаривая сухо, даже не стараясь окрасить свою речь. Для него это уже не первое и не десятое расследование, потому это все превратилось в какую-то рутину, потерявшую прежние краски. — Не томите, сэр. Я хочу скорее узнать о том, что известно на данный момент и с чем предстоит работать. — Хах, какой дерзкий паренёк. Ладно. На триста процентов понятно, что так или иначе к серии якобы «самоубийств» причастна преступная организация, рассеявшаяся по всему нашему городу – мафия. Совершали ли они это прямо или косвенно – не имеет значения. Однако проблема в том, что она действует не пару лет. И за все время их существования ещё никому не удалось юридически доказать что они нарушали законы. Мы имеем дело с крайне хитрыми, умными и гибкими гадами. — одно только упоминание мафии заставляло лицо Дарка неприятно скривиться. — Но почему вы так уверены в их вине? — Я один из немногих, кто непрерывно отслеживает их действия настолько, насколько это возможно. Полгода назад, мафия заключила с Броком некий договор, а также имела с ним тесные связи, за что его даже несколько раз привлекали. Тоже самое и с остальными погибшими. Да и почти вся преступность в нашем городе является их заслугой. — Этого слишком мало для привлечения к уголовной ответственности. Может стоит взглянуть на это с другой стороны? — Ты собрался перечить мне и шефу? — оттенок его голоса сразу приобрёл раздражённый оттенок. — Ладно. Мы просто их проверим, как обыкновенных подозреваемых. Если же нет – продолжим искать. — С чего начнем? — Начнём с того, что какой-то определённой точки их пребывании как организации никем не найдена, либо ее просто нет. Однако за долгое время слежения удалось зафиксировать пару примерных. Устроим засаду и схватимся за первого попавшегося. Парень сидел приподняв голову, переваривая поток поступившей информации. Свет, бьющий из приоткрытого окна приобретал все более красный оттенок, говорящий о приближении захода солнца. Цифры на электронных часах размеренно сменялись одна за другой, одна за другой.. Обстановка не напряжённая, однако никакой теплоты в ней не было. Нелюдимому и отталкивающему Алану в очередной раз не понравился его коллега, а молодому и казалось бы лёгкому и общительному Вуди так и не понравился его «наставник».. — Когда начнём? — Завтра. Нельзя терять времени, когда жизни уносятся одна за другой.