Часть 1

Не так давно Василиса узнала, что ее приглашают судить некоего часовщика, имя которого умолчали, и вот сейчас, сидя в зале Правосудия, она в глубоком смятении рассматривала дело Маркуса Ляхтича, Дианы Фрезер и Фэшиара Драгоция, в котором вышеозначенный Ляхтич обвинялся в неполном зачасовании феи и часовщика. В сотый раз перечитывая уже знакомый текст, Василиса надеется, что факта расчасования их обоих будет достаточно, чтобы закрыть дело, но судейская коллегия думает иначе. Когда в зал суда вводят Марка, почва будто уходит из-под ног Василисы. Она захлебывается эмоциями, ей хочется верить, что все это сон, но, несмотря на это, Марк стоит перед ней и даже не думает куда-либо исчезать. Василисе даже кажется, что он нагло подмигивает ей, из-за чего она нервно сглатывает. Не в силах оторвать взгляд от давней и, казалось бы, запрятанной в самые дальние уголки души любви, Василиса приходит в себя только после того, как слышит громкий голос какого-то часовщика, вопрошающий к ней о решении суда. Василиса пытается собраться с мыслями. В голове сами собой всплывают все прошлые встречи с Марком, его голос, манеры, взгляд. Она помнит его дело наизусть и знает, что его приговор ─ виновен, но это выше ее сил. Одного только взгляда на обманчиво расслабленного часовщика хватило, чтобы разжечь пламя ее чувств вновь. Василиса медлит. Суд присяжных в полном составе признает Марка виновным, а у Василисы перед глазами проносится битва перед поражением Астрагора. Она вместе с Фэшем входит в рябящуюся гладь зеркала и оказывается в необычно украшенной комнате. Драгоций с негодующим криком «Ты! Что ты тут делаешь, подлец?!» выхватывает часовую стрелу и кидается на неизвестно как оказавшегося здесь же Марка, чье лицо так и не покидает ухмылка. Ляхтич плавными грациозными движениями отражает все эферы Фэша и заносит руку для того, чтобы затем провести перед лицом друга косую черту. Драгоций пытается уклониться, но не успевает, и огненный крест вспыхивает перед ним, кажется, даже шепча его числовое имя и заставляя юношу застыть с выражением гордого неповиновения на лице. Василиса не успевает осознать потерю лучшего друга, когда рядом появляется Мортинова. Женщина гневно сверкает глазами и хищно улыбается, медленно доставая часовую стрелу. А затем с ее губ один за другим слетают запрещенные эферы, заставляя Василису уворачиваться от них, кружась, словно в диком танце. Василиса теряется в шквале проклятий, растворяясь среди взмахов часовой стрелы, и словно сквозь сон слышит хриплый, но все так же гипнотически прекрасный голос, чувствует горячее дыхание у своего уха, а потом все перестает иметь значение, потому что в висках оглушительно стучит лишь одно ─ «Хладокровь. Ее имя ─ Хладокровь». И Василиса, словно зачарованная, сотворяет перед лицом Мортиновой крест зачасования и произносит, наблюдая, как уверенность в глазах часовщицы сменяется презрением и неверием, одно единственное слово: ─ Воркодалх. И Мортинова застывает каменным изваянием с вытянутой в защитном жесте сверкающей часовой стрелой. Ощущение потерянности спадает медленно, а, очнувшись, Василиса видит перед собой усмехающегося Марка, который в следующее мгновение растворяется в воздухе. Василисе кажется, что в тишине звенят-переливаются его несказанные слова, и лишь потом она замечает на том месте, где он стоял, парящий в воздухе букет васильков и тускло мерцающие буквы, складывающиеся во фразу «Госпоже Келисав». Даже когда появляется Астрагор, Рок, отец и Миракл, синие цветы не покидают ее мыслей. И хотя с тех пор прошло несколько лет, которые они с Фэшем не потратили впустую, Василиса до сих пор хранит этот букет, часто вспоминая того, кто его подарил. Поэтому мысль о том, что Марк совершенно точно виновен, не дает ей покоя. Она не может его оправдать ─ даже тот факт, что он помог ей расправиться с Мортиновой, не спасет Марка. А Василиса не может пойти против истины. В последнюю очередь. Стрелка часов тикает слишком медленно, отдаваясь внутри Василисы гулкими ударами и тихим-тихим звоном. Она думает, что, наверное, с таким звуком бьются сердца. Мгновения растягиваются в маленькую вечность, опутывая Василису с головы до пят, и звонко рассыпаются в пыль, когда в зале звучит решающий вопрос. ─ Каково же решение Судьи? Василиса не готова. Любое ее решение тенью последует в будущее. Огнева понимает, что запомнит этот миг навсегда, потому что такое врезается в память ярче, чем собственное имя. Василиса медленно поднимается, старательно избегая взглядом Марка, хотя тот, кажется, вполне спокоен и даже нахально ухмыляется. Она не может не отметить, что он все еще ужасно красив. Ее слово ─ закон, а Время беспристрастно. Василиса прочищает горло и, взмахнув часовой стрелой, оглашает вердикт. Она признается себе, что ее слова будут громко стучать рядом с сердцем. Но это будет потом. А сейчас громогласное эхо отражается от сводов зала Правосудия и застывает в воцарившейся тишине. Не виновен.