Часть 1

      Михаил передернул затвор своей потрепанной «Сайги» и чертыхнулся. Механизм заедал и был изношен, но заменить его было просто нечем. И это несмотря на регулярную чистку. Скорее всего, вскоре он лишится своего верного оружия, не раз спасавшего ему жизнь. Он взглянул на нее — все пережитые им события сказались на ее внешнем виде. Погнутое и выправленное кое-как цевье — последствия падения из окна во время побега от зараженных. Он тогда и успел что подхватить припасы, ненужные уже документы и свое верное оружие. Охотником он был неплохим, что и спасло его во время первой волны заражения. Треснувший приклад — во время ограбления оружейного магазина поцапался с другими рейдерами. Патронов не было — пришлось отбиваться вручную и бежать. Быстрые ноги и натренированная пробежками выносливость — это вторая причина его выживания. Третьей же было то, что лес для него — мать родная, а не мачеха. Именно в лесу он прожил в своей охотничьей избушке эти три месяца, изредка выбираясь в город за инструментами. Еды и так хватало благодаря дичи, а вот все остальное легче было украсть… Хотя какой это грабеж, если все владельцы и продавцы или мертвы, или ходят в виде живых зомби? Михаил с надеждой и опаской ждал первых морозов. После ядерных ударов он ожидал очень долгой и холодной зимы. Но, с другой стороны, может, все зараженные наконец-то передохнут? Послышался заунывный вой вдалеке, а это значит, что волки почуяли зараженного. Перекинув на плечо ружье и надев противогаз, мужчина вышел на улицу. Стелящейся походкой он побежал в ту сторону, откуда доносился вой. Лучше сразу убить зараженного, чем он ночью подберется к тебе. Бежать пришлось пару километров, и на границе рыжего, от радиоактивных осадков, леса, где не было ничего, кроме голых стволов сухих сосен, а также тушек мертвых птиц и животных, получивших ударную дозу радиации, он увидел зараженного. Мертвенно бледная девушка в ободранном окровавленном костюме снегурочки, в прорехах которого виднелись омерзительные гноящиеся раны. Ее волосы практически полностью выпали, вместо них остались жалкие клочки грязных комьев. Глаза белесые, водянистые, а рот сокрыт маской. Только рот, не нос. Михаил усмехнулся и поправил противогаз.       — С новым, — мужчина присел на одно колено, вскинул винтовку и прицелился через неровную мушку. Целиться приходилось, учитывая не только кривую мушку и упреждение, но и кривизну самого немного гнутого ствола. У него не было права на ошибку — каждый патрон на вес золота, да и оружие может полностью отказать в любой момент, — 2022-м годом, сука!       Раздался громкий хлопок выстрела, наполняя воздух едким запахом пороха, пуля мгновенно пролетела разделяющее их расстояние и попала в голову девушки, снеся ей половину черепа. Иронично, но именно после этого из затянувших небо облаков пошел снег, припорашивая содержимое черепной коробки Снегурочки. Михаил огляделся, прислушался и, не услышав больше шевелений или воя, отправился обратно по дуге, чтобы не оставлять своего запаха. Скорее всего, зараженная зашла сюда случайно. Обычно они нападают на анклавы выживших или просто выполняют действие, которое совершали последним при жизни. Он сам видел, как некоторые из них делают движения будто пьют водку или едят салаты. Он сам вспомнил тот новый год. Все еще живые тогда родственники и друзья, говорили, что хуже 2020 года быть не может, и что уж 2021-й будет гораздо лучше. Но они все забыли одну истину. Всегда может быть хуже. Гораздо хуже.