Глава 8: Судьбы плетутся в незримой тоске

Раннее утро начало расцветать мягким сиянием, окрашивая школьный двор теплыми золотыми бликами. Воздух был свежим и чистым, наполненным ароматом росы, впитавшейся в зелёную траву. В утренней тишине раздавался лишь тихий шелест листьев сакуры, едва колышимых лёгким ветерком. Рэн медленно шёл к школьным воротам, наслаждаясь этими моментами уединения, когда его взгляд привлекла знакомая фигура. Сэйка стояла у ворот, обхватив руками две большие коробки, из которых выглядывали бумажные журавлики самых разных цветов. Её сияющая улыбка, казалось, могла рассеять остатки утренней дремоты. — Утро доброе, соня! — воскликнула она, махая ему рукой так, будто они не виделись несколько дней. Рэн ускорил шаг, чуть наклонив голову: — Доброе. Это что за груз? — Помоги-ка мне, — засмеялась она, передавая коробки ему в руки. — Я готовлю сюрприз для школьного фестиваля! Он принял коробки и с искренним удивлением посмотрел на неё: — Ты всегда такая энергичная с самого утра? Сэйка звонко рассмеялась, поправляя выбившуюся прядь волос. — Секрет в том, чтобы никогда не останавливаться! — ответила она с видом человека, нашедшего истину. Рэн лишь покачал головой, ощущая, как её неугомонная энергия легко нарушает его утреннее спокойствие. На уроках Сэйка, сидя за своей партой, почти не обращала внимания на слова учителя. Она склонилась над своей тетрадью, пряча её от посторонних взглядов. Но Рэн, сидевший чуть сбоку, заметил, как её карандаш ловко выводит изящные линии. Когда он наконец смог разглядеть рисунок, то замер. На странице красовался узор, напоминающий крылья бабочки. Линии были изящными, тщательно прорисованными, словно это был не просто рисунок, а часть чего-то большего. Сэйка заметила его взгляд и, поднимая голову, улыбнулась. — Это просто узоры… — сказала она тихо. — Мне они нравятся. Её голос звучал беззаботно, но в нём было что-то скрытое, словно она пыталась убрать завесу, только чтобы тут же снова её опустить. Рэн нахмурился, но промолчал, хотя это чувство странности всё ещё оставалось с ним. На перемене они направились к заднему школьному саду. Тихий уголок, защищённый от остального мира высокими деревьями, был преображён учениками, которые украшают его для фестиваля. Цветные журавлики, развешенные на ветвях, трепетали на ветру, создавая ощущение чего-то почти волшебного. Сэйка вдохновленно раздавала указания: — Давайте, повыше! Пусть журавлики будут видны всем! Её лицо светилось радостью, а её движения были быстрыми и уверенными, как будто она была в своей стихии. Когда оставался последний журавлик, она передала его Рэну. — Этот последний — твой, — сказала она, глядя ему прямо в глаза. — Повесь его с намерением. Рэн взял фигурку, чувствуя её хрупкость в своих руках. Он выбрал ветку, которая находилась чуть в стороне, и аккуратно закрепил журавлика, на мгновение задумавшись. — Интересно, что бы она реально загадала? — мелькнуло у него в голове. Ближе к вечеру они гуляли по аллее, освещённой фонариками, которые начали зажигать. Тёплый свет создавал вокруг мягкое сияние, а звуки музыки и смеха заполняли воздух. Сэйка остановилась у музыкальной сцены, где репетировала школьная группа. Она замерла на мгновение, слушая ритм, затем вдруг начала пританцовывать. — Рэн, потанцуй со мной! — позвала она, повернувшись к нему с сияющей улыбкой. Рэн покачал головой, чувствуя, как его охватывает лёгкое смущение. — Я не умею танцевать. — Неважно! — ответила она, смеясь. — Главное чувствовать ритм! Она потянула его за руку, и вскоре к её веселью присоединились другие ученики. Даже Рэн, сперва нерешительный, позволил себе расслабиться. Её смех, её энергия — всё это окутывало, наполняя ощущением беззаботности. Когда солнце, наконец, начало скрываться за горизонтом, Сэйка вдруг остановилась. Её лицо изменилось: от радости не осталось и следа, вместо этого в глазах появилась тень напряжения. — Мне пора, — сказала она, её голос был тихим, но уверенным. — День был просто великолепным, но… скоро станет поздно. Рэн насторожился, замечая эту внезапную перемену. — Ты так всегда торопишься к закату. Что ты скрываешь, Сэйка? Она задержала взгляд на мгновение, её глаза стали серьёзными, и в них появилось что-то, похожее на предупреждение. — Некоторые тайны лучше оставлять в тени, Рэн. И прежде чем он успел что-то спросить, она ушла, оставив его среди колышущихся журавликов и мягкого света фонариков.