Часть 7. Сближающий ужин.

Селена храпела в своей кровати, укутавшись в одеяло с головой. Сегодня было воскресенье, и она случайно проснулась слишком рано — по её меркам, конечно. Решив наверстать упущенное, она отключилась днём и даже не заметила, как часы пробили пять вечера. По комнате прокатились глухие стуки. Ответа не последовало, и дверь мягко отворилась. На пороге стояла Элиза — немного растрёпанная, в уютной домашней кофте. Её рыжие, как пламя, волосы торчали в разные стороны. Жаль, что Селена не унаследовала этот огненный оттенок, но взамен ей достались мамины глаза — странного, переливчатого цвета, где-то между льдисто-голубым и насыщенно-зелёным. Как будто кто-то взболтал мятный лёд с холодной водой в пластиковой бутылке из автомата — того самого, что вечно выдаёт не ту сдачу. Цвет её глаз казался неоновым, то светясь, то темнея — словно зависел от настроения. Увидев спящую дочь, Элиза тихо рассмеялась. — Селена, просыпайся. Мне нужна помощь — накрыть на стол, а потом зови своих друзей, — сказала она мягким, почти мурлыкающим голосом. — Ну мам… можно ещё пять минуточек?.. — Нет, нельзя, — спокойно, но решительно ответила Элиза и стянула с неё одеяло. Селена тут же свернулась клубком, недовольно заворчала, будто потревоженный енот, и зажмурилась крепче, надеясь, что, если она притворится подушкой, её оставят в покое. Но это, как обычно, не сработало. — Селена, — голос матери был терпеливым, но уже с ноткой «ещё секунду, и я включу пылесос». — Мам, я устала… — простонала она, уткнувшись лицом в подушку. — Устала от чего? От лежания? Селена приоткрыла один глаз и смерила мать тяжёлым, осуждающим взглядом. — От жизни. Элиза фыркнула, закатила глаза и без слов взяла её за руку, потянув из кровати. — Ааа! Насилие! — завопила Селена, цепляясь за простыни, как кот, которого несут мыть. — Не позорься, вставай уже, — усмехнулась Элиза, отступая к двери. Селена села на кровати, потёрла лицо и мутно глянула на мать. Та скрестила руки на груди и вопросительно вскинула бровь. — Угу, ладно, иду. — Только побыстрее. Не хочу, чтобы твои друзья пришли, а еда остыла. — Да-да, бегу, — буркнула Селена и поплелась в ванную, зевая на ходу. Плеснув в лицо холодной воды, она уставилась в зеркало. Лицо, как после боя с подушкой. Волосы — взъерошены, будто она спала на вертолёте. Футболка с «Нирваной» выглядела так, будто видела жизнь. Вздохнув, она пошла на кухню. Через пять минут Селена, всё ещё в полусне, вошла в кухню, где Элиза уже раскладывала тарелки, создавая уютное тепло воскресного вечера. — Давай, зови своих, — бросила мама, не оборачиваясь. — Ага, сейчас, — пробормотала Селена, натягивая тапки. Она вышла в коридор. Выглядела она... ну, как человек, которого подняли силой. Короткие волосы до плеч торчали в разные стороны после сна. Окрашенные в глубокий красный с медным отливом, они выглядели как выцветшая закатная неоновая вывеска. Краска легла неровно — где-то темнее, где-то светлее, словно солнце поиграло с её прядями. Глаза ещё опухшие, на щеке отпечаток подушки, а на ней — всё та же домашняя одежда. Уютная, но не совсем презентабельная. С лёгким шагом она дошла до соседней квартиры и мягко постучала. Пока ждала, её взгляд упал на камеру в углу потолка. В темноте её почти не видно, если бы не мигающая красная кнопка, что передавала запись в реальном времени. Странно, как раньше она её не замечала. Дверь открылась тихо, и чьё-то тёплое прикосновение коснулось её плеча. Это был Сал. Селена встрепенулась, вернувшись из своих мыслей в реальность. — Привет, Сел, как ты? — с доброй улыбкой произнёс Сал. Улыбку не было видно, но по глазам — по тем щёлкам в его протезе — это читалось. — Ах, привет-привет, Салли… У меня всё отлично, только недавно проснулась. Мама уже стол накрывает, так что можете приходить. — Ха, по тебе видно. Мы скоро будем, — усмехнулся Сал, слегка качнув головой. — Слушай... можешь Ларри тоже позвать? Я просто хочу привести себя в порядок… — пробормотала Селена, чувствуя, как щеки слегка вспыхнули. — Конечно. Тогда через пятнадцать минут будем у вас, — ответил Сал и тепло помахал на прощание. Девушка мягко улыбнулась и тоже помахала ему на прощание. Затем повернулась направо и неспешно направилась обратно в свою квартиру. Едва переступив порог, Селена крикнула: — Мам! Гости будут через пятнадцать минут! Не дождавшись ответа, она зашла в свою комнату. Схватила с тумбочки расчёску и, усевшись перед туалетным столиком, начала распутывать взъерошенные пряди. Волосы после сна выглядели, мягко говоря, не лучшим образом. Через пару минут, закончив с расчёсыванием, Селена схватила первую попавшуюся резинку и быстро собрала волосы в лёгкий, небрежный пучок на затылке. Пара прядей выбилась вперёд, мягко обрамляя лицо. Всё выглядело так, будто она не старалась, но в этом-то и была прелесть — простота, уют и естественность. Она усмехнулась своему отражению — вполне сойдёт. Краситься не захотела. Настроение было больше домашнее. Из шкафа Селена достала свою чёрную обтягивающую футболку и такие же чёрные шорты, вместе они смотрелись как цельное боди. Поверх накинула оливковую клетчатую рубашку — мягкую, уютную, слегка велюровую. В таком наряде было комфортно, и выглядела она вполне себе в духе «дома, но с шармом». В этот момент в дверь послышался стук — вероятно, Сал и Генри уже пришли. Селена вышла в прихожую и открыла входную дверь. Перед ней — две знакомые сине-голубые макушки. — Здравствуйте, мистер Фишер, — с тёплой улыбкой поздоровалась она, делая приглашающий жест рукой. — Здравствуй, Селена, — ответил Генри с лёгкой усталостью, но всё же улыбнулся. Селена ещё раз улыбнулась ему, а затем перевела взгляд на Сала. Парень стоял чуть позади отца, и, заметив её взгляд, тихонько шагнул вперёд. Девушка подошла и аккуратно обняла его. — И тебе привет, Салли. Ты позвал Ларри и Лизу? — спросила она, отпуская объятие. — Ага. Сказали, что скоро подойдут, — ответил Сал, проходя внутрь. Селена кивнула. Парень вдруг замер, заметив её собранные волосы. — Т-тебе идут волосы, когда они собраны, — немного растерянно, но искренне сказал он. — Ой, да? Спасибо большое, аахах, — хихикнула Селена, чуть покраснев. Они прошли в гостиную и плюхнулись на диван. Девушка украдкой посмотрела на мать — та всё ещё разговаривала с Генри на кухне и почти не отрывала от него взгляда. Селена улыбнулась, заметив, как по-доброму её мама смотрит на мистера Фишера. Она перевела взгляд на Сала — тот, оказывается, всё это время смотрел на неё. Уловив её взгляд, он тут же отводит глаза. — Хаха, Сал, что случилось? — спросила Селена, прищурившись. — Н-ничего, — пробормотал он, делая вид, что рассматривает обстановку. — У тебя милая квартира. Уютно. — Оу, спасибо, — тепло сказала Селена. — Кстати, а почему ты раньше не приглашала нас к себе? — спросил он снова, немного посмелев. — Хмм… я думала, мама против гостей-мальчиков. Оказывается, не всё так строго, — усмехнулась она, пожав плечами. — Ну, раз уж она не против, спасибо ей. И тебе тоже. — А? За что? — За приглашение. Это… приятно, — произнёс Сал, чуть улыбаясь, и его глаза в щели маски сузились от теплоты. — Аэ… да не за что… — растерялась Селена, чувствуя, как лицо покрывает лёгкий румянец. Это простое «спасибо» растеклось по телу Селены тёплой волной. Она сама не заметила, как расплылась в улыбке. Осознав, что сидит с «дурацкой рожей» уже больше минуты, она поспешно отвернулась. Прошло несколько минут, и в дверь снова постучали. Селена моментально вскочила. — Мамуль! Это миссис Джонсон и Ларри! Я открою! — крикнула она, уже направляясь к двери. Открыв, она увидела двух знакомых, почти родных людей. — Здравствуйте, Лиза, как у вас дела? Мама уже накрывает стол — можете присоединиться, — вежливо и тепло произнесла Селена. — Ах, приветики, Селена. Всё отлично, спасибо, что спросила, — Лиза с улыбкой нежно ущипнула девушку за щёку и направилась на кухню. Селена взглянула на Ларри. — И тебе привет, Ларри, — улыбнулась она. — Йоу, чувиха, как жизнь? — с привычной нагловатой ухмылкой спросил он, проходя в зал. — Отлично, — усмехнулась Селена, прикрыв за ними дверь. Они втроём уселись на диван и начали болтать — как обычно, легко, с подколами и смехом. Им бы и дальше хотелось так сидеть, но тут Элиза вмешалась. — Так, стол накрыт! Ларри, Сал, Селена — рассаживайтесь! — хлопнула в ладони Элиза, пересчитав всех взглядом. Она сама села рядом с Лизой и Генри, аккуратно поправляя салфетки и одновременно бросая взгляд на пирог. Селена плюхнулась на своё место между Ларри и Салом, поправляя рубашку на плечах. Она скользнула взглядом по столу — сердце защемило от этого тёплого, почти домашнего кадра. Большой деревянный стол, с маленькими шрамами от ножей и вилок, небрежно брошенная, но любимая скатерть с цветочками, немного в пятнах. Из глубокой миски клубился пар от пюре, маслянистый и густой. Куриные ножки с хрустящей корочкой источали аромат, который доводил до истерики желудок. Яблочно-коричный пирог шипел на противне. Воздух был пропитан запахами, как будто бабушка приехала с дачи и развернула весь запас любви на кухне. — Будете что-то? — с тёплой улыбкой спросила Селена, глядя то на одного, то на другого. — Уфф, мне, пожалуйста, эти шикарные куриные ножки и пюре! — взмолился Ларри, чуть ли не слюну сглатывая, глядя на мясо. — Ахах, какой ты чудный паренёк, — с улыбкой отозвалась Элиза и уже тянулась за тарелкой, ловко накладывая еду, будто знала наизусть, сколько кому положить. Пока Элиза расспрашивала Ларри о чём-то весёлом, Селена скосила глаза на Сала. Тот сидел тише воды, и взгляд у него был задумчивый, будто он не за столом, а где-то далеко, в своём мире. Девушка чуть наклонилась, так чтобы никто особо не услышал, и мягко спросила: — Хей, Салли… А ты что будешь кушать? — её голос был тихим, почти шёпотом, а на лице — та самая особенная улыбка, которой делятся только с теми, кто тебе действительно важен. Сал поднял на неё взгляд и кивнул: — Хм… Наверное, то же самое, что и Ларри, — немного смущённо произнёс он, чуть отворачиваясь. — Хех, как скажешь. Всё по королевскому заказу нашего Сала, — усмехнулась Селена, поднимаясь с его тарелкой. Она ловко положила пюре, аккуратно выбрала ножку, чтобы не слишком костлявая, и поставила тарелку перед ним. Сал, кивнув в знак благодарности, медленно расстегнул нижний ремешок протеза. — Хей, Сал, — вдруг произнесла Элиза, слегка наклонившись вперёд. — А ты чего свою маску не снимаешь? Ты ведь уже дома… Моментально по столу пробежала тишина. Воздух загустел, даже ложки зависли в полёте. Ларри бросил короткий взгляд на Сел. Генри слегка напрягся. Селена сжала пальцами край рубашки. — Это протез, — одновременно ответили Сал и его отец. Элиза сразу побледнела, в лице пробежала растерянность. — О господи… Прости, пожалуйста. Я не знала, честное слово. Я не хотела поставить тебя в неловкое положение… — она затихла, чуть опуская глаза. — Всё нормально, — тихо ответил Сал, не глядя в её сторону. На секунду повисло странное молчание, но Селена сразу вступилась, как будто переключила волну: — Мамуль, помнишь, ты обещала Ларри рассказать, как ты в 80-х танцевала с каким-то басистом? — бросила она спасательный круг в виде истории. И всё — воздух снова ожил. Элиза чуть засмеялась, Ларри оживился, Лиза прыснула со смеху. Генри поднял брови. *** Прошёл час. Подростки уже начали ерзать на стульях — наелись до отвала, даже Ларри больше не мог есть. Животы были сыты, а души — довольны. За столом взрослые, кажется, только разошлись — Элиза с Лизой вовсю болтали, хохотали, а Генри с доброй улыбкой вставлял редкие, но меткие фразы, которые заставляли женщин смеяться ещё громче. — Ребята, мы, наверное, на диван перекатимся, — протянул Ларри, лениво поднимаясь. — А то у меня сейчас живот лопнет, и вы тут всё своими пирогами зальёте. Селена тоже поднялась и кивнула: — Пошли, парни, а то вы сейчас тут в спячку впадёте. Они втроём двинулись в гостиную, оставляя взрослых в их уютном шуме и полутёмной кухне, где пахло яблоками, корицей и чем-то невероятно родным. В зале горела мягкая лампа, где-то тикали старые настенные часы, и вечер обволакивал их мягким, ватным уютом. — Окей, — Селена встала с дивана, потянулась, и её рубашка чуть задралась, обнажив полоску кожи на животе. — Ща принесу десерт, вы сидите. Там пирог мамин, вы офигеете. — Если в нём есть корица, я женюсь на нём, — пробормотал Ларри, уже мечтая о еде. Селена усмехнулась и пошла на кухню. Сал остался сидеть, глаза уставились в одну точку, но мысли давно уплыли. Он слышал, как она что-то весело говорит Элизе, как смеётся — этот смех мягко щекотал где-то в груди. Голос у неё был… как фон, который хочется слушать часами. Без надрыва, без пафоса — просто тёплый, живой, как радио где-то на фоне, когда в комнате уютно и безопасно. Он даже не понял, как перестал слышать слова — остался только тембр. Как будто она говорила не с кем-то, а пела где-то внутри его головы. Его взгляд непроизвольно снова скользнул в сторону кухни — и он залип. Не на фигуре. Не на том, как она двигается. А на ней — целиком. Как на человеке, который умудряется быть громкой и тёплой, но не утомлять. В ней было что-то, чего ему вечно не хватало. — Алё, Земля-Салли, приём! — Ларри щёлкнул пальцами перед лицом друга. Сал резко моргнул, возвращаясь в комнату. — Чего? — Я спрашиваю: ты яблочный или вишнёвый хочешь? — Селена уже стояла перед ним, держа две тарелки. — Я обе принесла, но один кусок — тебе, один — Ларри. — Эм… Яблочный, — выдавил он, немного смутившись. — Ха, ты выглядел так, будто я тебе крикнула «предложение руки и сердца», — подколола Селена, протягивая ему тарелку. Сал покраснел, но ничего не сказал. Просто принял пирог и тихо кивнул. Она снова уселась рядом, болтая с Ларри, а он — ел, слушал, и знал, что это всё, чего ему хотелось в этот вечер. Просто сидеть рядом и слушать, как она смеётся. *** Когда за Ларри и Лизой закрылась дверь, квартира словно выдохнула. Стало тише, даже чайник на кухне замолк. Генри уже собирался уходить, но Элиза настаивала на втором куске пирога и очередной чашке чая. Селена стояла у окна в своей комнате , глядя, как улицы потихоньку засыпают. Сал подошёл ближе, в руках крутя брелок с черепом, рассеянно щёлкая пальцем по металлическому кольцу. Она заметила его движение боковым зрением, улыбнулась. — Устал? — спросила, не оборачиваясь. — Чуть-чуть… Но как будто по-хорошему, — он сел на край дивана. — Было круто. Уютно. Она кивнула, всё ещё глядя в окно. —Я рада, что всё вышло хорошо. А то я боялась, что будет неловко. Ну, ты знаешь, родители, гости, куча разговоров… — Она повернулась к нему и прислонилась плечом к стене. — А ты весь вечер такой тихий был. Сал слегка пожал плечами. —Иногда хочется просто слушать. Ты когда говоришь — ну, типа болтаешь с Ларри или с мамой — это, ну… клево. Селена приподняла бровь. —Типа приятно? —Типа… хочется слушать, — пробормотал он, опустив взгляд. Его пальцы теперь крутили ремешок на колене. Наступила короткая пауза. Легкая, но заряженная. Селена подошла ближе и села рядом. —Ты чего-то хотел сказать? Он вдохнул. Потом ещё раз. Потом выдохнул резко, как будто нырнуть собрался. —Ты... слышала про бал-маскарад, который на следующую неделю в школе? —Ну да. У нас весь класс трещит про эти костюмы, — усмехнулась она. — Одни хотят быть вампирами, другие — инопланетянами. Сал кивнул, теребя манжет рукава. —Я... ну… если ты не с кем-то идёшь уже... — он глянул на неё, коротко, будто боялся застать в глазах смех. — Может, мы могли бы... ну, вместе пойти? Типа парой? Селена чуть прищурилась, будто обдумывая. —Парой? —Ну… — Сал снова сбился. — Типа... как друзья. Ну, если ты хочешь. Если нет, тоже норм. Просто, ну, ты классная, и с тобой круто, и бал, и... маски, и всё это... Он замолчал, уставившись на кроссовки. Несколько секунд — тишина. Потом Селена протянула руку и шлёпнула его по плечу, несильно, скорее как поощрение. —Салли, ну ты дурак милый. Конечно, пойдём. Только я не обещаю, что не приду в костюме пиццы. Сал рассмеялся — искренне, выдохнув всё напряжение. —Окей… Тогда я буду, не знаю… Пакетом с соусом? —Комбо, — хихикнула она. — Мы будем легендарны. Он снова глянул на неё — чуть дольше, чем нужно. Но она не заметила. Она уже болтала, какой костюм можно сделать самой, и как отговорить Ларри не прийти голым, намазавшись серебрянкой. А Сал сидел, слушал и знал: бал будет особенным. Даже если она пока всё ещё видит в нём просто друга.