Alienform: история Эво

      За сотни миллионов местных лет дистанционная эмпатия стала наиболее ценным эволюционным приобретением после разума. Дальние предки Эво, синаптический мицелий которых ещё не опутывал всю внешнюю кору планеты, были гораздо хуже защищены от внешних воздействий и малоподвижны, и для быстрой реакции на проворные атаки хищников им было жизненно важно оттачивать до совершенства два своих навыка, два природных дара: повышенную чувствительность к биоэлектрическим импульсам и способность к быстрому изменению формы. Красноватая звезда этого мира горела неспешно, никуда не торопясь, и времени у прото-эво выдалось предостаточно. Они строили всё более сложные подземные нейронные сети, вплетая свои гифы в уже существующие биолюминесцентные экосистемы. Их колонии росли и объединялись, чтобы быть ближе и повысить шансы на выживание, чтобы лучше понимать друг друга и общаться мгновенно. Они сливались воедино, чтобы стать одним целым. Пока амфибии пробовали передвигать свои громоздкие туловища по суше, прото-эво училось подслушивать сигналы их примитивного мозга, предсказывая, каким из его плодовых тел хищники в этот раз захотят полакомиться. Пока кошмарные зубастые твари сражались на смерть за место под солнцем под кронами гигантских фиолетовых растений, прото-эво выпускало в атмосферу тонны спор, заселяя последние неосвоенные уголки своего мира и готовя климатическую революцию. Тяжёлые тёмные тучи, состоящие из будущего Эво, скрыли солнечные лучи, и в наступивших зловещих сумерках один за другим распускались светящиеся бирюзой и золотом цветы, обманутые внезапным приходом ночи. Но ночь длилась столетиями, а уже в первый год цветы погасли и стали льдом, и казавшиеся непобедимыми хищники окостенели под вечным снеговым покровом. А то, что возникло из спор, покрыло планету сплошным чёрным слоем, играло движущимися формами, с удивлением слыша отовсюду вокруг себя боль умирающих существ, копируя своими подвижными клеточными скоплениями их неподвижные тела. Оно было любопытным и училось, и стало Эво, и однажды сумело осознать себя причиной многочисленных страданий. Став телом и мозгом планеты, оно отрастило огромные грибные фильтры до самого неба, выводя из него остатки своих смертоносных спор и возвращая их в землю; оно позволило миру вновь прогреться строго до благоприятной температуры субтропиков, отыскало и взлелеяло чудом уцелевшие семена растений, перенеся их в благоприятную почву. Оно перемешало океан, подняло с его дна питательные вещества и отрегулировало его солёность. Оно терпеливо ждало миллионы лет, рассказывая истории одним своим полушарием — другому, тоскуя по живым эмоциям иных форм, которые не являлись бы им. Его долгое ожидание было вознаграждено, и со временем такие формы вновь возникли. Но отныне были они кроткими и послушными воле Эво; не сражались за пищу, получая её в избытке от невидимого заботливого садовника, и размножались без излишней агрессии почкованием. А оно чистило и настраивало их генетический код и слышало каждое желание своих симбионтов, каждую боль отмирания и радость клонирования, ощущение тепла или редкого холода, каждое дуновение самого лёгкого ветра. Видя их глазами, слыша их ушами и обоняя их носами, оно прогрессировало в сотни раз быстрее. Так Эво стало большим, чем слепая и всемогущая стихия: стало всеведущим и понимающим божеством, самой Природой.