план

Утро встретило его прохладной погодой и серым небом. Его выписали из больницы, прописав таблетки и строгий режим. Дорога до университета, обычно не вызывавшая никаких эмоций, сегодня казалась тяжёлой. Какаши снова чувствовал странные, переполняющие эмоции при виде знакомого здания. В прошлом он любил это место, но не сейчас. Сейчас оно являлось центром проблем, источником мрачных тайн. И он понимал, что если его подозрения подтвердятся, университет, каким он его знал, больше не будет прежним. Но он не мог отступить. Он должен был узнать правду, чего бы это ни стоило. С волей-неволей он направился в кабинет директора. Ему нужно было рассказать Цунаде о своей находке и о своих подозрениях, касающихся исчезновений. Он надеялся, что она отнесётся к его словам серьёзно и поможет ему в расследовании. Подойдя к двери кабинета, Какаши остановился и глубоко вздохнул. Он понимал, что этот разговор может изменить всё. Он не знал, как Цунаде отреагирует на его слова, но он должен был рискнуть. Он постучал в дверь и услышал её властный голос: "Войдите!" Какаши вошёл в кабинет. Цунаде сидела за своим столом, погруженная в чтение каких-то документов. Она подняла глаза и посмотрела на Какаши. – Какаши, – произнесла она, откладывая документы в сторону. – Рада видеть тебя на ногах. Как ты себя чувствуешь? – Всё в порядке, Цунаде-сама, – ответил он. – Присаживайся, – предложила Цунаде, указывая на стул напротив стола. – О чём ты хотел поговорить? Какаши сел на стул и посмотрел прямо в глаза Цунаде. – Это касается расследования исчезновений студентов, – сказал он. – Я думаю, что знаю, кто за этим стоит. Цунаде нахмурилась. – Кто же? – У меня пока нет точного названия, – ответил Какаши. – Но что-то мне подсказывает, что здесь замешана не одна личность. Слишком всё...скоординированно. Цунаде удивлённо подняла брови. – Тайная организация? Что заставило тебя так думать? – Я разговаривал с одним человеком, который знал об этом, – ответил Какаши. – Он утверждал, что они причастны к исчезновениям. Но его убили. – Убили? – Цунаде нахмурилась. – Это становится всё более серьезным. Что он тебе рассказал? – Он был напуган и говорил обрывочно, – ответил Какаши. – Он упомянул какие-то собрания и жертвы. И ещё он дал мне вот это. Какаши достал из кармана небольшой клочок бумаги, сложенный в несколько раз. Он развернул его и протянул Цунаде. – Что это? – спросила Цунаде, рассматривая бумагу. 2 дня назад суббота в 14:56: Дождь барабанил по ветхому зданию, словно настойчивый барабанщик, отсчитывающий последние секунды жизни. Хатаке стоял в полумраке, вдыхая затхлый запах сырости и гнили, пропитавший каждый уголок этого заброшенного места. Он чувствовал холод, проникающий сквозь одежду, и острую тревогу, сжимающую сердце. Он не любил такие места. Они всегда напоминали ему о прошлом, о потерях, о боли. Но сейчас он был здесь, в этом забытом богом уголке города, потому что должен был. Он искал правду. И он надеялся, что найдёт её здесь, в этом прогнившем здании, вместе с человеком, который утверждал, что знает тайну исчезновений. Детектив внимательно слушал Акиру, стараясь не упустить ни слова. Информация, которую он сообщал, была пугающей и тревожной. – И что ещё? – надавил Какаши. – Что вы знаете об этом клубе? Акира замялся, нервно перебирая пальцами по столу. – Это ещё не всё… Я видел, как они собираются. И слышал обрывки разговоров. И к сожалению, я учавствовал в этом. Он говорил всё тише и тише, словно боялся произносить эти слова вслух, словно кто-то мог подслушать их разговор. Какаши почувствовал, как по спине пробегает холодок. Что-то здесь было не так. Атмосфера становилась всё более напряжённой, словно воздух был наэлектризован. – У меня есть кое-что, – прошептал Акира, лихорадочно шаря по карманам. Он достал из кармана небольшой клочок бумаги, сложенный в несколько раз. Его руки дрожали, когда он протягивал его Какаши. – Что это? – спросил он, принимая бумагу. – Это ключ, – ответил Акира. – Это должно помочь вам. Хатаке собирался развернуть бумагу, но внезапно мужчина резко отшатнулся назад, словно испугавшись чего-то, появившегося прямо за спиной Какаши. Его глаза расширились от ужаса, его лицо исказилось от невыразимого страха. – Они здесь! – прохрипел Акира, глядя куда-то поверх плеча Какаши. И в этот момент, в полной тишине, нарушаемой лишь стуком дождя по крыше, раздался странный, приглушенный звук… Словно щелчок сломанной ветки. Или тихий вздох вырывающегося из груди воздуха. Акира издал короткий, предсмертный стон и обмяк, упав на стол. На его спине проступило тёмное пятно крови. На бумаге была нарисована сложная схема, состоящая из символов, чисел и букв. Она напоминала какую-то головоломку или шифр. – Он называл это ключом, – пояснил Какаши. – Сказал, что это поможет найти правду. Цунаде внимательно изучила схему. – Выглядит сложно. Что ж, нам нужен эксперт. Я позвоню Шикамару. Пока её профессор был занята разговором по звонку, Какаши вспомнилось, что он не до конца проверил архивы на старом этаже. Возможно он там ничего там не найдет, но по интуиции казалось что это важно. Он не заметил как отвлёкся на свои мысли, когда профессор обратил на него внимание. Цунаде положила трубку и посмотрела на Какаши. – Шикамару будет здесь через час, – сказала она. – А пока давай ещё раз внимательно изучим эту схему. Может быть, мы что-нибудь заметим. Какаши кивнул и снова взял в руки клочок бумаги. Он смотрел на запутанные символы, чувствуя, как в голове роятся вопросы. Внезапно Цунаде ахнула. – Какаши, посмотри! Она перевернула клочок бумаги и показала его Какаши. На обратной стороне, еле заметными чернилами, было выведено одно слово: – Акацуки, – тихо произнесла Цунаде, словно пробуя это слово на вкус. – Никогда о них не слышала. – И я тоже, – ответил Какаши. – Я просмотрел все известные мне базы данных, но ничего похожего не нашёл. Цунаде вздохнула. – Это плохо. Если о них нет никакой информации, значит, они очень хорошо законспирированы. Или же… это что-то совершенно новое. – В любом случае, нам нужно узнать о них как можно больше, – сказал Какаши. – Может быть, в архивах университета есть какие-то упоминания? – Возможно, – ответила Цунаде. – Я попрошу библиотекаря покопаться в архивах. Но не думаю, что это даст много. Если они такие скрытные, вряд ли они оставили какие-то следы. Оба замолчали, погружённые в раздумья. В комнате повисла гнетущая тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов на стене. – В любом случае, будем ждать звонка от Шикамару, – прервала тишину Цунаде. – Он у нас последняя надежда. Прошло около часа. Какаши и Цунаде сидели в кабинете, перебирая старые документы и пытаясь найти хоть какую-то зацепку, связанную с исчезновениями. Но всё было тщетно. Казалось, что Акацуки – это призрак, существующий лишь в воображении умершего. Внезапно зазвонил телефон. Цунаде схватила трубку и приложила её к уху. – Цунаде-сама, это Шикамару, – раздался в трубке сонный голос. – У меня есть новости по поводу схемы. – И что же? – с нетерпением спросила Цунаде. – Мне понадобится немного больше времени, – ответил Шикамару. – Я никогда не сталкивался с чем-то подобным. Шифр очень сложный и запутанный. Мне нужны дополнительные ресурсы и время. Цунаде нахмурилась. – Сколько времени тебе понадобится? – Не знаю точно, – ответил Шикамару. – Может быть, день, может быть, два. Я сделаю всё возможное. – Хорошо, Шикамару, – сказала Цунаде. – Я рассчитываю на тебя. Но помни, время не ждёт. – Я знаю, Цунаде-сама, – ответил Шикамару. – Я буду держать вас в курсе. Цунаде положила трубку и посмотрела на Какаши с разочарованием. – Шикамару нужна больше времени. Шифр оказался слишком сложным. Какаши вздохнул. – Это плохо. Без расшифровки схемы мы в тупике. – Не совсем, – возразила Цунаде. – У нас есть название. И мы должны использовать это. – Но как? – спросил Какаши. – Если о них нет никакой информации, будет сложно. Цунаде задумалась. – Есть один способ, – сказала она. – Риск, конечно, большой, но у нас нет выбора. – И что это за способ? – спросил Какаши. – Мы должны выманить их, – ответила Цунаде. – Мы должны сделать так, чтобы они сами вышли на нас. Прозвенел звонок, оповещая о начале лекций. Какаши вздохнул. Долг звал, но мысли его были далеко от учебных планов. – Нужно идти, – пробормотал он скорее себе, чем Цунаде. – Лекции не ждут. Цунаде кивнула, её взгляд был серьёзен. – Иди, но будь предельно осторожен. Какаши кивнул в ответ, не обещая ничего конкретного. "Осторожность – это моё второе имя," – подумал он с иронией. Сейчас его жизнь была похожа на хождение по минному полю. Выйдя из кабинета Цунаде, он ощутил тяжесть ответственности. Студенты, университет, расследование… Всё это давило на него, словно груз. Ему хотелось просто отдохнуть, забыть обо всём, но он не мог. Он должен был продолжать, ради тех, кто пропал, ради тех, кто еще мог пострадать. Погружённый в свои мысли, Какаши механически направился к аудитории. Он думал о том, как выманить виновников, какие шаги предпринять, чтобы не допустить новых жертв. Название, полученное на визитке, вертелось в голове как навязчивая мелодия. Он почти не заметил, как дошёл до аудитории. Открыв дверь, он увидел своих студентов, ожидающих его с привычным смешением любопытства и зевоты. Какаши натянул на лицо свою фирменную полуулыбку и вошёл в аудиторию. Но даже во время лекции его мысли были далеко. Он продолжал обдумывать поставленный план протектора, взвешивая все за и против. Рисковать собой было привычным делом, но как обезопасить студентов? После лекции Какаши быстро собрал вещи и направился обратно в кабинет Цунаде. Ему не терпелось обсудить детали плана и начать действовать. Каждый потерянный час мог стоить кому-то жизни. Но в этот раз Какаши шел более внимательно, стараясь замечать каждую мелочь. Он чувствовал себя мишенью, за которой кто-то наблюдает. Паранойя? Возможно. Но лучше перестраховаться. Исчезновения студентов становились всё более загадочными, словно город пожирал собственных детей. Ему нужно было найти хоть какую-то зацепку, вырвать из лап безвестности хоть ниточку, прежде чем исчезнет кто-то ещё. После лекции он направился в библиотеку, это хранилище знаний и тайн, надеясь отыскать в пыльных архивах что-то полезное. Шумные читальные залы сменились тишиной и запахом старой бумаги, заставляя Какаши на подсознательном уровне говорить шепотом, даже если рядом никого не было. Он искал тихого и немного сумасшедшего старика, который обитал в библиотеке больше, чем в стенах университета. Джирайя –гениальный, но невероятно ленивый, казалось, впитал в себя все знания, что здесь хранились. Был уволен из-за скандального поведения, но всё ещё посещает библиотеку ради исследований. – Эй, Джирайя, – позвал Какаши, стараясь не нарушать царившую тишину. Другой мужчина зевнул, небрежно прикрыв рот ладонью, и посмотрел на Какаши мутным взглядом. Весь в книжной пыли, – пронеслось в голове у Какаши. Какаши решил сразу перейти к делу, отбросив светскую болтовню. – Не знаешь, кто в последнее время интересовался старыми архивами? Особенно теми, что касаются истории университета? Меня интересует всё странное и необъяснимое, – добавил он, надеясь, что он поймёт намёк. Джирайя нахмурился, словно пытаясь вспомнить что-то важное. Какаши терпеливо ждал, чувствуя, как внутри нарастает нетерпение. – Погоди… Кажется, Саске Учиха что-то спрашивал, – наконец, произнес он, словно выныривая из глубин своего разума. – Да, точно, он. Только зачем тебе этот хмурый тип? У него вечно вид такой, будто он собрался кого-то прибить. Саске Учиха… Имя показалось Какаши знакомым. Он попытался вспомнить, где он его слышал, но в голове была лишь пустота. Он знал лишь то, что он брат старосты его курса. – Саске Учиха? – переспросил Какаши, стараясь придать своему голосу непринужденность. – А что именно он искал? Бывший профессор пожал плечами, давая понять, что больше ничего не знает. – Не знаю, не вдавался в подробности. Спроси у него сам, если осмелишься. Только не надейся на откровенность, он не из разговорчивых. Какаши кивнул, благодаря ему за информацию. Нужно было поговорить с Саске. Его интуиция подсказывала Какаши, что Саске – это ключ к разгадке, тонкая нить, за которую нужно ухватиться. Попрощавшись с Джирайи, Какаши направился к выходу из библиотеки. В голове роились мысли, обрывки информации, имена и даты. Ему нужно было всё систематизировать, разложить по полочкам, чтобы увидеть общую картину. Но времени было мало. С каждым часом опасность возрастала. В этот момент он увидел Саске, идущего по коридору. Капюшон скрывал лицо, оставляя лишь узкую полоску бледной кожи и тёмные глаза, в которых читалась какая-то глубокая, болезненная тайна. Какаши ощутил, как по спине пробегает холодок. Что-то в этом парне было не так.